Ректор поневоле (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 67

Переселенец вздрогнул, но искорку плетения сбросил и, поклонившись, сказал:

— Готово.

Я кивнула и бодро порысила к выходу. Уж в таком-то обличье узнать меня невозможно — самое то, чтобы навестить Локхар. И побыстрее. Время поджимало все сильнее. Не сможет же Карна скрывать мое отсутствие неделю!

Все шло по плану, и, тем не менее, две ошибки на тот момент я уже совершила. Первая проявилась почти сразу. Мое погорячившееся высочество, выбирая личину, совершенно не подумало о том, как будут смотреть на проезжающую мимо черначку в доспехе, да еще верхом на породистом боевом варане. Меня даже попытались арестовать, решив, что ящера я украла. Слава Создателям, старший в отряде оказался достаточно сильным магом, чтобы увидеть привязку рептилии к хозяйке. Мысленно осенив себя святым кругом, я поспешила покинуть Питруг. В следующем демонстрирующем служебное рвение патруле могло и не оказаться такого продвинутого командира. И сидеть мне тогда в застенке до утра в ожидании штатного ментала, а потом полдня доказывать собственную благонадежность.

Вторую ошибку я заметила, только сообразив, что до темноты остается от силы часа полтора, а мое высочество бодро скачет через лес, и до ближайшего, хоть и последнего из нужных, портала еще ехать и ехать.

— Ну, где были мои мозги?! — взвыла я, глядя на стремительно темнеющее небо.

Вопрос вполне закономерный, учитывая, что время на дорогу мое безголовое высочество рассчитало по порталам, совершенно упустив из виду их особенности. Далеко не у каждой портальной арки хватит мощности на перемещение ящера весом в полтонны. Столкнувшись с этим в первом же городке, я машинально изменила маршрут, не подумав, что он стал длиннее как минимум вдвое!

Конечно, как дочь Правителя, я могла на любой портал стянуть энергию всех окрестных и отправится хоть к ифиту на хвост. Для этого надо было всего лишь оставить каплю моей крови на арке. Ага… Проще уж сразу отправить Папочке письмо, куда и зачем скачет его своевольная дочурка, и подождать боевиков из Тайной канцелярии в ближайшей таверне!

Сплюнув, я съехала с дороги: по ночам одиночки, на Тракте не появлялись. Впрочем, мелкие отряды и караваны следовали их примеру. И даже мое торопливое высочество не пренебрегало этим правилом с тех пор, как на моих глазах ночная гарча сорвала со спины варана дюжего наемника-тролля, а минуту спустя в пыль упала его мумия. Меня спасло только то, что в тот момент над моей пустой головой нависала длинная ветка.

Собирая в сгущающихся сумерках хворост для костра, я вспоминала портальную сетку Белого континента. Но возможностей как-то сократить путь не было. Разве что прямо из Питруга отправиться в главный город северной провинции, на окраине которой и притулился Локхар. Но, во-первых, оттуда до проклятого Локхара я добиралась бы еще дольше, а, во вторых, в том, что сообщение с мятежным замком еще не взяли под контроль, я сильно сомневалась. Если, перемещаясь короткими скачками, разделенными пешими переходами, я еще могла избежать пристального внимания Тайной канцелярии, то прямой перенос уж точно бы их заинтересовал.

Костер разгорелся быстро. Пристроившись рядом на расстеленном плаще, я нанизала на тонкий прут кусочки холодного окорока, прихваченного в последнем поселке, и закрепила над огнем.

И тут где-то за границей освещенного пламенем костра круга со стороны Тракта хрустнула сухая ветка. «Расслабилась!» — мелькнуло в голове, а в ладони уже плясал сгусток раскаленной плазмы. Охранный контур я, разумеется, поставила сразу, как собрала хворост, но мало ли на свете монстров, которым такая защита на два удара лапой?!

— Ровной дороги и чистого неба! — донеслось из темноты, но гасить плетение я не спешила.

На Тракте и без монстров хватало опасностей. Да и вообще, правильно как-то сказал бывший хозяин трактира «У наемника»: «Самый опасный монстр — человек». Он знал, о чем говорил — самые страшные шрамы на его покореженном теле оставили как раз люди.

— И тебе ровной дороги! — отозвалась я, впервые услышав собственный новый голос, пока ругалась со стражниками, как-то не до того было. Ну и гадость! — С чем пришел?

— С миром, — отозвался поздний гость и шагнул в круг света.

Я резко выдохнула и забыла вдохнуть. В трех метрах от меня стоял Никс. Пока мое оторопевшее высочество глупо шлепало губами, чернак присел с другой стороны костра и произнес что-то непонятное. Судя по отрывистым рубленым звукам, говорил он по-чернакски, но я-то этого языка знать не знала. Меня, в отличие от Максы и Алексана, ему не учили.

— Совсем маленькой с Черного континента уехала? — с сочувствием проговорил Никс, по-своему поняв мое молчание.

— Угу, — буркнула я, кое-как совладав со сжавшимся горлом.

Мысли метались, как стая взбесившихся варанов. Прогнать незваного соседа я не могла. Не гонят на Тракте одиноких путников по ночам. Разве уж гость совсем распоясался, но и то это считалось очень дурной приметой. Но и сидеть вот так рядом… Создатели! За что вы так со мной?!

— Не бойся, не обижу, — мягко улыбнулся чернак, видя, что я продолжаю молчать. — Не рассчитал, думал, успею до города, а тут ящер захромал.

— Прямо тут и захромал? — не удержалось мое язвительное высочество.

Чернак не обиделся:

— Нет. Это я, болван, решил скостить путь. Тут Тракт петлю делает, знаешь, небось. А я через осыпь поехал. Ну, и… — он развел руками.

— Ясно.

Про изгиб дороги, обходящий старые каменистые осыпи, я прекрасно знала, но при всей своей торопливости рисковать переломать варану ноги, а заодно и себе шею, не стала и туда не сунулась. Чернак оказался более рисковым. Или торопился больше? Неужели узнал, что проклятая ректорша испарилась из Академии, и мчится доложить об этом хозяину?

— Если я тебе мешаю… — начал было Никс, наконец, правильно поняв мою угрюмую мину, но у моего высочества на этот счет мнение уже изменилось.

— Не мешаешь, — перебила я. — Есть хочешь? Угощайся.

Я сняла прут с поджарившимися кусками мяса и разломила его пополам. Чернак чиниться не стал и угощение принял. А взамен над костром появился котелок, в который он мгновенно натянул воды из воздуха. Пока мы доели мясо, на весь лес уже пахло ароматным травяным чаем.

— Долг платежом красен, — улыбнулся Никс, зачерпнув жестяной кружкой кипящее варево и искоркой остудив его до приемлемой температуры.

Я пригубила напиток, одновременно принюхиваясь. Как бы мое упрямое высочество ни отбрыкивалось от зельеваренья, но учили меня на совесть, и уж такие простенькие настои я могла разложить на составляющие по одному запаху. Но ничего вредного или опасного в этом вареве не было.

Когда кружка опустела, я уже окончательно успокоилась и даже решила, как действовать дальше. Никс меня не узнал, да и не мог узнать. Глупо было бы этим не воспользоваться. Мое подлое высочество и воспользовалось, старательно не обращая внимания, как саднит глубоко в груди.

Допивая отвар, я с преувеличенным вниманием вглядывалась в темноту за спиной чернака. В какой-то момент мои усилия увенчались успехом, и Никс обернулся. Этого мгновенья мне хватило, чтоб бросить в кружку щепотку серой пыли из кисета за поясом.

Когда он снова посмотрел в мою сторону, я как ни в чем не бывало протянула ему пустую кружку. Ну, почти пустую. Но кто в темноте заметит налипший на влажные стенки порошок? Никс не заметил.

— Что там? — спросил он, зачерпывая настой для себя.

— Показалось, наверное, — пожала плечами я, отчего-то чувствуя себя последней сволочью. Даже захотелось вскочить и вышибить кружку из рук чернака. Но я была принцессой. Меня с детства учили подавлять эмоции и прочие вредоносные порывы. Поэтому мое невозмутимое высочество спокойно смотрело, как переселенец пьет.

— Как меня от тепла разморило, — потянулся Никс, выплеснув в кусты остатки настоя.

— Бывает, — усмехнулась я. — А что тебя по тракту носит?

— Это раньше носило, — хохотнул чернак. — Теперь я оседлый. Ну, пока оседлый.