Универ Вредной магии (СИ) - Шин Миара - Страница 10

— А как не быть? — удивился Емеля. — Для водников вход с моря, подводный, для воздушников — верхний, для тех, кому отворот-поворот, им справа подъезд, для гостей, кто к студентам намылился, им слева.

Сижу и ушам своим не верю. Нет, если тут все так, надо писать в школу, пусть остальных ведьмочек присылают, правда… диплом магистра Вредной Магии, он же вообще нигде не котируется, с таким в приличное место не устроишься.

Но чем ближе мы подъезжали, тем больше восторга в душе вызывало это учебное заведение. И трепет какой-то. Помнится, когда я поступала в Межрасовую Академию, там тоже потрясное здание было: белый мрамор, переходы в ста метрах над землей, башни, вспарывающие облака, но ощущения чуда не возникало. Да, красиво, да, архитектура в стиле ангелов и эльфов, но вот сказочности не было. Правда, я все равно недели три проревела, когда провалилась на вступительных. Потом дядя помог поступить в Керимскую ведическую школу, и, несмотря на то, что в ней ни пафоса, ни мраморных башен не было, там оказалось как-то уютно и по-домашнему приятно, мы любили преподавателей, они души не чаяли в нас… Да, хорошо было. Но я очень рада, что и будет все, вроде, очень даже неплохо. По крайней мере, УВМ мне с первого взгляда понравился.

Но я даже представить себе не могла, что со второго взгляда в него просто влюблюсь!

Мы проехали по хрустальному мосту через озеро, покрытое цветущими кувшинками, вместе с Емелей радостно помахали резвящимся русалкам, правда, моя улыбка несколько померкла, едва одна их хвостатых крикнула:

— О, новая кикимора! А где грибочек потеряла?

После этого я занялась прической. Космы пригладила, лицо кое-как рукавом обтерла. Нет, у меня все было — и гребень и платки — но все находилось в сундуках, а сундуки в печи. Так что к воротам, огромным, кованным, подъезжала все такая же страшная, а вот только приехали…

На воротах оказалось изображено лихо одноглазое! Да не просто так, а с тремя огненными мечами в руках, которые над головой чудища и скрещивались. Странненько. Нет, я все понимаю, кроме одного: а каким макаром он третий меч держал?

На этом странности только начались, ибо, едва ворота открылись, к нам запрыгал черт. Запрыгал. Черт!

Нет, я все понимаю, сатиры в последнее время в моде и все такое, но прыгающее к нам полуголое рогатое создание сатиром не являлось. Это был черт! На каблуках, имитирующих копыта, в меховых трусах, округляющих бедра и прячущих хвост, с гладко выбритыми грудью, плечами и спиной, но островками торчащей из-под подмышек растительностью, с рогами, явно нахлобученными на его собственные, и круто завитым париком.

Так вот, это нечто пропрыгало по сверкающему, словно покрытое льдом озеро, двору, кривовато поклонилось нам и пропело тоненьким голосом:

— Зло пожаловать в обитель вредоносной магии, разврата, шабаша, анархии и лени!

Я испытала некий шок, вследствие чего севшим голосом поинтересовалась:

— А сатир где?

Чертик как-то разом скуксился, испуганно оглянулся на главный вход, понизил голос до шепота и затараторил:

— Да что я, виноват, что ли? Я ему сразу сказал: винцо на поганочках настояно, кикиморы одолжили, а он: "Жажда у меня, жажда", — и выпил. С первого глотка его и вырубило, бегает теперь по саду, жар-птицу изображает. А мне декан, коли узнает, хвост в ж… в смысле, куда не надо запихает…

В моей душе впервые шевельнулось что-то сродни жалости к черту. Брр! Этот университет уже плохо на меня влияет. Однако под влиянием чувств я и сказала:

— Молочка ему после селедки — и бегать вмиг перестанет, а там уж за два часа очищения и хмель пройдет.

Чертик присмотрелся ко мне, кивнул, развернулся и поскакал прочь, да шустро так.

Сур-ровенько тут, если чертей — и то запугать умудрились.

И это было только начало: распахнулись входные двери, в проходе показалась пьяно пошатывающаяся ведьма в черном балахоне, которая, глянув на меня, сходу спросила:

— Абитуриентка?

Заробевшая я слезла с печи, сделала реверанс и скромненько ответила:

— Да.

— Ненавижу! — в сердцах сообщила ведьма, всем своим видом демонстрируя, что ненавидит конкретно меня. — В неудах сгною! Ночами пахать заставлю! Зубрить, как помесь эльфийки с ангелом, будешь! Зло пожаловать, отребье!

И, развернувшись, ушатала обратно.

— Э-э-э, — протянул Емеля.

Черт, а если так подумать, лорд Тиаранг не так уж и плох. И, опять же, диплом АБМ очень даже в империи котируется, как закончу — пойду в войска служить, зарплата там знатная…

— Чего встала! — раздался вопль ведьмы. — Шевели копытами, бестолочь тугодумная!

Я испуганно замерла.

И тут ведьма как заорет:

— ЖИВО СЮДА!

И меня как подорвало; остановилась я только возле ведьмы, которая, недовольно постукивая ногтями по створке открытой двери, с ненавистью ждала меня. А стоило подойти, прошипела:

— Брысь в кабинет, недоразумение. Звать как?

— С-с-станислава, — пробормотала я.

— А, — безразлично отозвалась ведьма. — Тогда брысь в кабинет, Славка бесхозная.

Вошла я на негнущихся ногах, да так и остановилась.

В небольшом кабинете уже находилось примерно два десятка существ: парочка царевичей в обнимку с жабами, трое поджарых демонов, семеро гномов, две кикиморы, эльфийка, демонесса, еще одна ведьма, то есть, я тут не единственная, и тролль, судя по цвету лица — явно с похмелья.

— О, кикимора, — сказал этот самый тролль и указал на место рядом с собой, — подваливай.

Собственно, мест еще было полно, троллей ведьмы не переваривают, а за кикимору обидно, так что я прошла к партам и села за первую, уже даже и не зная, чего можно дальше ожидать.

Ждать пришлось недолго: вскоре открылась дверь, и в кабинет вошел старик в длинной темно-зеленой мантии, с короткой седой бородой и веселыми, по-старчески мутными голубыми глазами. Дед обвел нас всех внимательным взглядом, хмыкнул и заявил:

— Господ из налоговой и службы поиска пропавших преступников просьба удалиться самостоятельно. Не заставляйте меня вызывать нашего декана чертового факультета: он с утра не в духе и чертовски зол.

Я, как и все, тут же начала оглядываться, чтобы узнать, кого это так, но тут поднялись оба Ивана-царевича вместе с лягушками и бодренько двинулись на выход.

Дедок проводил их насмешливым взглядом, затем произнес:

— Господина охотника за головами я так же попросил бы: не хотелось бы звать фей, у них как раз брачный период начинается.

Один из демонов подскочил как ошпаренный и, не поднимая головы, мгновенно покинул кабинет.

— Вот и чудненько, — сказал старичок, затем повторно осмотрел всех нас и произнес:

— Дорогие абитуриенты, разрешите представиться: Врединум Ортус, ректор Университета Вредной Магии.

На миг в кабинете воцарилась тишина, а затем в мусорное ведро полетели книги. Я присмотрелась и едва сдержала смех: это были те самые "Как выжить в магической академии"; видимо, все сразу поняли, что, раз ректор совсем старый, с ним эти методы не сработают. Судя по ухмылке, старик с этим сборником уже был знаком, но мне понравилось, что он не стал акцентировать внимание на случившемся.

А потом ректор Врединум понравился мне еще больше, потому что сказал:

— Ну, давайте, рассказывайте, у кого какие проблемы и кому что требуется.

Мне, безусловно, это понравилось, но говорить о своих трудностях я не решилась, и, как оказалось, совершенно напрасно.

— Похмелье, — жалобно простонал тролль.

Ректор без слов подошел к нему, прикоснулся к зеленому лбу, произнес странное заклинание. Пахнуло озоном, лицо тролля разгладилось, и он выдохнул:

— Спасибо.

— Не за что, милейший, — как-то добро и по-отечески ответил ректор Вреднум.

На секунду в кабинете стало тихо, а затем поднялась эльфийка, протянула руки, и длинные рукава натянулись, открывая два брачных браслета. Эльфийских. Такие, если были одеты, то навечно: там очень сильная магия.