Я. Ты. Мы. Они (СИ) - Евстигнеева Алиса - Страница 15

— Мы знакомы, она — Аленкина подружайка.

Ну вообще-то официально мы не знакомы, как-то у Саши до этого успешно получалось игнорировать наличие у сестры «подружайки».

— Саша в этом году заканчивает 11-й класс и в качестве выпускного экзамена выбрал английский язык, так как он ему нужен для поступления, — продолжает Вера Андреевна. — И если в успехе на уровне школы мы даже не сомневаемся, то вот сдача его в университете несколько беспокоит.

— Угу, — киваю я. Интересно, а я-то тут причем? Но сижу смирно и стараюсь даже на Чернова не коситься.

— Саша хочет поступать на международное право, а там усложненный английский, где приоритетной частью является устный английский, так как часть лекций ведется не на русском.

— Угу, — опять киваю я. А сама все еще не догоняю, причем я тут?!

— Так вот, Саша хотел бы очень подтянуть именно разговорную часть экзамена. А для этого ему нужен опыт общения с носителями языка. А у нас, как ты понимаешь, здесь с ними напряженно. А я бы ему с радостью помогла, но у меня излишне поставленное произношение, учительское, понятное.

— Угу.

— Поэтому я рекомендовала Александру обратиться к тебе. — Угу. Ой, что?!

— Сань, ну с твоим-то произношением и опытом ты у нас почти коренной носитель языка, — шутит Вера Андреевна.

А я даже от шока свое «угу» произнести не могу. Это они мне что сейчас предлагают?

— В общем, мы тебя с Сашей просим с ним позаниматься. Я думаю, вам это обоим пойдет на пользу. Ты его к экзамену подтянешь, а сама получишь преподавательский опыт, ты же все равно на иняз поступать хотела.

Я долго и упорно перевариваю информацию. Заниматься с Сашей? Черновым? Да я же при нем тупею. И не потому что он мне нравится… А… а просто тупею. А что Аленка скажет? Вдруг решит, что я тоже к нему подкатываю? Не знаю, сколько я так сижу, пока Сашка все-таки не выдерживает:

— Быстрицкая, так ты согласна? — о, так он еще и мою фамилию знает?! — Я бы сам справился, но лиснинг и спикинг прям вообще западают.

Догадываюсь, чего ему стоит признаться в том, что у него что-то западает. Поэтому все-таки беру себя в руки.

— Эээээ, ну да, конечно.

Глава 14

Мы оба заведены, и я еле сдерживаюсь, чтобы опять не перейти на крик. Дети, там за дверью дети, помни об этом.

Спасает дверной звонок.

— Я открою, — где-то в прихожей предупреждает Дамир.

На этот раз прибыли родители, и я спешу к ним, подальше от Сашки. Впрочем, он недолго остается на кухне и следует за мной.

Мама с папой целуют и обнимают всех подряд, даже Бакса, впрочем, порция нежностей достается и Чернову, что меня сильно раздражает. Ну не заслужил же!

Но, тем не менее, приход родителей дает хоть какой-то разряд обстановке. Временно забываем о семейном скандале. Дети мечутся между дедушкой, бабушкой и отцом. Даже Стас на какое-то время показывается из своего убежища, при этом делая вид, что Сашки здесь просто нет.

Я усаживаю всех за стол, хотя на малогабаритной кухне это сделать не так легко. Вика с Кристиной гордо восседают у Саши на коленях, а я подавляю в себе чувство ревности.

— Ну что, дети, выпьем за то, как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, — произносит тост довольный папа и поднимает рюмку. Кирилл и девочки ему довольно вторят, поднимая свои стаканы с соком. А Рома с Дамиром в этом плане действуют осторожней, имитируя некое подобие жеста. А Сашка, я и Стас сидим, не двигаясь. Последний так вообще мрачнее тучи.

Мама, видимо, под столом пинает отца, потому что тот сразу же исправляется, сокращая свой тост до банального: «Выпьем».

Все дружно выпивают свои напитки, кроме нас троих, но остальные учтиво пропускают этот факт.

Наше застолье длится не так долго, говорить сильно не о чем, поэтому все упорно работают челюстями, делая вид, что так и должно быть. Потом дети быстренько рассеиваются по квартире. Стас бурчит про то, что пошел гулять и вылетает из квартиры, не дождавшись чьего-либо согласия. Может быть, оно и к лучшему? Пусть остынет. Папа увлекает Сашку с собой в комнату к пацанам смотреть футбол, а мы с мамой начинаем убирать со стола и мыть посуду.

И как только мы остаемся вдвоем, Людмила Владимировна не выдерживает и сразу берет быка за рога:

— Что у вас случилось?

— Ничего.

— Александра?!

— Мама?!

Взгляд у мамы тяжелый и выворачивающий меня наизнанку.

— Сань, ну что ты там натворила?

— Яяяя? — возмущение прям-таки охватывает меня. — Мам, вообще тут я твоя дочь!

— Вот поэтому и спрашиваю. Знаю я тебя…

Очень хочется оправдаться, даже несмотря на то, что до этого просвещать родителей в происходящем я не планировала.

— Он мне изменил, — мстительно на одном дыхании выпаливаю я.

Мама какое-то время молчит, кусая нижнюю губу, а потом выдает то, что вгоняет меня в шок:

— Я так и подумала. Что ж… Ты только отцу не говори…

И опять она на его стороне, ну как так-то.

— Мама?!

— Что мама?! Отцу скажешь, он ему устроит… нагоняй, вы еще с Сашкой-то помиритесь, а между этими навсегда мосты доверия сожжешь.

— Какие мосты доверия? Мам, ты хоть меня слышишь, он мне изменил… С какой-то блондинкой. Я сама видела, своими глазами.

— А ты что?

— Сюда приехала.

— То есть сбежала?

— А что я должна была делать? Ты хоть меня слышишь?

— Я-то слышу. А вот ты понимаешь, что ты делаешь? У вас дети, между прочим. У вас теперь с ним выбора просто нет.

— А ты мне что предлагаешь? Ради детей закрыть на все глаза, терпеть?

— Не терпеть, а работать, ситуацию исправлять. У вас, извини, других вариантов нет. Заварили кашу — будьте добры, расхлебывайте.

— Да я всю жизнь только и делаю, что что-то расхлебываю!

____________________________________

Заниматься с Сашей мы начинаем через неделю, причем втайне ото всех. Он не хочет ругаться с Сомовой, а я — с Аленой, почему-то мне кажется, что она не одобрит наше общение. Долго решали, где нам встречаться, по понятным всем причинам школа отпала сразу, впрочем, как и дом Черновых. К бабуле я его вести не хотела, кто знает, какие та для себя выводы сделает? Оставался один вариант — квартира родителей. В отсутствие папы и мамы я жила у бабушки, но пару раз в неделю я наведывалась к нам домой полить цветы и протереть пыль. Наша квартира находилась на той же улице, что и школа, только в противоположном направлении.

Сашка не возражал, поэтому мы приступили к нашим занятиям. Он приходил дважды в неделю в нашу квартиру и мы болтали… Болтали обо всем на свете, сначала было тяжело. Я стеснялась его, а у него действительно была засада со спикингом. Но мы достаточно быстро преодолели все преграды. И к началу декабря Чернов спокойно мог рассуждать со мной на любую предложенную тему. Нам было вполне комфортно друг с другом и даже казалось, что он начинает мне доверять, потому что в его суждениях стало проскальзывать все больше личного. Правда, в школе мы продолжали делать вид, что незнакомы и даже не здоровались.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Меня вполне устраивал такой ход событий, потому что возможность лично общаться с Сашкой однозначно перевешивает любое привет-пока на людях. Только не нравится иметь тайны от Алены, но мелкое злорадство от того, что у Чернова тоже есть тайна от Карины, слегка успокаивает меня.

В тот памятный зимний вечер я ждала Сашку у себя на квартире, а его все не было. А я металась из комнаты в кухню и обратно, не зная, чем занять себя. Я и расстраивалась, и злилась на себя, на него. Он опаздывал больше чем на час, и я понимала, что не придет. И от чего-то впадала в отчаянье. Надо было собираться домой, скоро бабушка начнет меня искать, но упрямая душа отказывалась принимать потерю законного часа общения с Александром Черновым.

И тут долгожданный звонок в дверь. Я даже от счастья замерла, не веря тому, что он все-таки пришел. Потом трель звонка сменяется на глухие удары по двери, и я спешу открыть ее.