Я. Ты. Мы. Они (СИ) - Евстигнеева Алиса - Страница 85

Последним уроком у меня стоит замена в 11 классе. Просто Вера попросила ее подменить.

Идет перемена, одиннадцатиклассники вяло тянутся на урок. Их сегодня не много, видимо не все дожили до последнего урока в субботу. Я сижу в телефоне и через мессенджер жалуюсь Кудяковой на коварные планы Уссольцевой. Та лишь шлет ржущие смайлики. Вот никакого сочувствия у некоторых.

На первой парте передо мной сидят две девочки, что-то разглядывающие в телефоне. Ну как девочки, на мой взгляд это уже прям целые женщины, на шпильках, с нарощенными ресницами и в принципе при полном боевом макияже.

Не то чтобы я подслушивала, но слух сам цепляется за знакомую фамилию.

— Ты только посмотри на него! Я не могу. Этот Чернов такой сасный! — чуть ли не визжит первая от восторга.

— Да! А ты видела его кубики на физ-ре? Я бы их пересчитала! — вторит ей вторая.

— Ну прям секс ходячий!

От последней фразы у меня начался приступ кашля. Барышни с подозрением посмотрели на меня.

Слава Богу, звенит звонок на урок. Подтягиваются оставшиеся дети, последними в кабинет вплывают Стас и Дамир.

— Чернов, Бероев, вы опоздали! — с чего-то срываюсь я. — И вообще, что это за внешний вид? Почему в джинсах?! Что за надписи на футболках?

Стасу хочется что-то возразить, но Дамир толкает его в бок, заставляя замолчать.

— Исправимся, — весело обещает он. Кажется Дамир воспринимает это все как шутку. Правильно, должна быть хоть у кого-то в этой семье здоровая психика.

Урок проходит в напряженной обстановке. Я порядком погоняла девиц с первой парты. И судя по всему, они уже успели окрестить меня стервой. Наплевать. Стасу тоже достается от меня порядком. Впрочем, ребенок тоже начинает на меня ерепениться, Дамир только и успевает толкать его под партой.

Когда урок заканчивается, Стас пулей вылетает из кабинета. Девахи к моему недовольству спешат за ним. Остальные ученики разбредаются сами собой.

— Ну и что это было? — интересуется Дамир.

— Вот скажи мне, вы зачем в школу ходите? Развлекаться или учиться? Бордель какой-то тут устроили!

Парень вопросительно поднимает брови, но я его игнорирую. Складываю тетради и учебники, начинаю собираться домой. Оставаться проверять рабочие тетради совсем нет желания, да и вообще, хочется умотать подальше из школы.

Кошмар какой-то. Одна покушается на мужа, подумаешь, что почти бывшего, две других — на сына. Хоть табличку на всех вешай «Руки прочь».

— Сань, по-моему, ты принимаешь все близко к сердцу.

— Ты домой? — пытаюсь сменить я тему.

— Наверное, только Стаса сначала найду.

Дамир уходит, а я все-таки собрав все тетради, запихиваю их в пакет. Получается прилично. Может оставить их здесь? В понедельник приду пораньше и проверю. Нет, не успею, надо тащить.

Завернувшись в плащ, плетусь по опустевшей школе со своей ношей. А потом кто-то выхватывает пакет с тетрадями из рук.

— Стас…

— Мать, что за показная порка на уроке была?

Стас и Дамир стоят уже в куртках и с рюкзаками.

— Тон смени.

Я редко воспитываю их, во-первых, это кажется мне бесполезным, во-вторых, это действительно бесполезно. Обычно мы просто все обсуждаем. Но сегодня на меня что-то находит, от чего Стас тоже заводится.

— Я вообще могу помолчать!

— Не передергивай!

— Ты сейчас как отец говоришь!

— Сам ты как отец…

Голос у нас у обоих повышается.

— Хэй, ребята, брейк, — встает между нами Дамир, за что мы со Стасом одариваем его убойным взглядом. — Не смотрите так на меня! Я вообще в этой семье приемный!

И мы со Стасом не выдерживаем и смеемся. Дам хорошо умеет сглаживать конфликты.

— Ладно, поругались и хватит, — успокаиваюсь я. — Вы домой?

Стас мнется, поэтому поясняет Дам.

— Саша звонил, он в городе, предложил пройтись. Ты не против?

— Нет, конечно, — говорю, а сама опять замираю. Черт, мне же самой вечером с ним встречаться.

— Тогда мы полетели, только тетради домой твои закинем.

И оба исчезают также быстро, как и появились. Я уношу журналы в учительскую, сдаю ключи от кабинета.

Почти у самого выхода слышу знакомые девичьи голоса.

— Я тебе отвечаю, у нее просто клинический недотрах, вот она на нас на уроке и отрывалась…

Ускоряю шаг, лишь бы не слышать продолжения. Ох, уж, эти детки.

На крыльце еще стоят школьники. А среди них обнаруживается Инка, что-то старательно разглядывающая вдалеке. Слежу за ее взглядом… У школьных ворот стоит Чернов и разговаривает с Ромкой. Ну, кто бы сомневался. Я останавливаюсь рядом с ней.

— Сашка, это не может быть правдой! Он же еще прекрасней, чем я себе представляла!

— Ты о ком? — включаю я дурочку.

— О нем. Вон, видишь, с пареньком шикарный мужик стоит? Это Рома из 8б, а это должно быть отец его. Нет, ну веришь в такие совпадения? Сегодня точно мой день!

Уссольцева аж встрепенулась в предвкушение.

— Как я выгляжу?

Я осматриваю Инку. Она смотрится прекрасно — голубоглазая блондинка с закрученными локонами, волнами рассыпающимися по плечам.

— Шикарно, — хмыкаю я. — Только глаза пошире открой, так, чтоб по-оленячьи смотрелось, мне кажется, ему должно понравиться.

Но Инна слишком поглощена своими мыслями и не замечает последнего замечания.

— Ну, тогда я пошла?

— Иди.

И она действительно двинулась в сторону Саши и Ромы.

Было странно наблюдать за тем, как другая женщина разворачивает сезон охоты на моего… на пока что еще моего мужчину. Я слишком привыкла считать его своим, будто это уже давным давно было записано у меня в ДНК. Мы слишком долго жили в нашем изолированном мирке, и я успела позабыть, что есть еще кто-то. Возможно, поэтому я и не ревновала Сашу, когда для этого уже были все основания.

Инка шла уверенной походкой по прямой наводке. И во мне что-то зашевелилось, что-то очень горькое и неприятное, что начинало душить меня изнутри.

Я ведь его так и не видела вместе с Олесей. Видела ее, видела его, но в одной точке одного кадра они для меня не пересекались. Получается, что сейчас я увижу отношения «Чернов-другая баба» впервые. Сомову мы не вспоминаем. Меня сейчас, кажется, вырвет.

Тошнота действительно подкатывает к горлу. Инна как раз в этот момент уже дошла до моих Черновых. Мне оставалось только психануть и пойти рвать и метать. Надо срочно уходить, все что угодно, лишь бы не видеть этого. Уссольцева что-то начинает говорить Сашке, протягивает ему руку, тот пожимает ее в ответ. Тоже мне, бабский угодник нашелся!

Разворачиваюсь и иду обратно в школу, может получится отсидеться здесь? Обреченно плюхаюсь на лавочку возле вахтера, в этот же момент в кармане звонит телефон, Рома.

— Да?

— Маааам, приди сюда, пожалуйста, срочно! — ребенок хоть и возмущен, но говорит приглушенно. Скорее всего отошел в сторону и специально понизил голос, чтобы его не слышали.

— Что такое?

— Она ему тут задвигает, что у меня с английским плохо, — кто такая «она» и кто такой «ему» нет смысла уточнять. — У меня, понимаешь?! Да она сама паст симпл от перфекта через раз отличает. А про существование инфинитива и герундия скорее всего вообще не догадывается!

— Ром, спокойнее. Пусть говорит, что хочет.

— Не могу… Она ему сейчас про репетиторство задвигает, что мне нужны дополнительные занятия! Мне! Да у нас Бакс больше знает, чем она!

Последнее замечание меня заметно веселит.

— А папа что?

— Стоит и кивает. Если он ей поверит, то я… то я волосы в розовый покрашу, специально для него!

Я, конечно, возмущаюсь для проформы, а сама жадно вслушиваюсь в его слова. Значит, стоит и кивает! И как это понимать?

— Мамочка, — молит Рома. — Пожалуйста, приди сюда. Иначе я за себя не ручаюсь, сейчас нагрублю же. А ты, между прочим, сама просила, первые два месяца окружающих здесь не пугать!

— Ладно, иду.

Оправдываю я себя тем, что надо идти выручать ребенка. Да-да, только ради Ромы. Мне вообще противно там находиться, смотреть как Инка вешается на НЕ моего мужа.