Я. Ты. Мы. Они (СИ) - Евстигнеева Алиса - Страница 93

На последней фразе он все-таки смотрит на меня, правда, с недоверием. Скорее всего думает, что я всего лишь его так успокаиваю.

— Понимаешь, мне очень нравилось заниматься с тобой, ты был клевый. Но еще больше мне нравилось думать, что я в чем-то лучше Карины, что у нас с тобой есть тайна от нее. Такая вот глупая месть. А в тот день, когда ты пришел, тебе было так очевидно плохо, я почувствовала, что нужна тебе. Ты просил меня помочь тебе, не ее. Я бы в тот момент за это почку готова была отдать, а не только сексом с тобой заняться. Сама это не сразу поняла, только почти два года спустя, когда Карину после экзаменов на место поставила. Подумала, что как же это здорово ее обойти. Видишь, какая я злая тварь на самом деле?

Сказала и выдохнула. Теперь я на него смотреть не могу, даже руку с плеча опускаю, вдруг ему противно будет? Ведь эта история стояла в начале зарождения наших отношений, неужели мы изначально были обречены со всей своей ложью?

Саша накрывает мой затылок своей широкой ладонью и притягивает к себе. Попадаю своим носом куда-то ему в шею. Хочется рыдать, но слез нет, меня просто трясет.

— Все хорошо, — шепчет он. — Все хорошо. Ты не тварь и никогда ею не была, и быть не могла. Мы были глупыми преглупыми детьми. И кажется, что только сейчас пытаемся вырасти.

Все-таки всхлипываю.

— Санька, ну ты чего? Только не плачь, иначе я тоже начну. А мне нельзя. Я тут как-никак мужик, — Чернов пытается меня развеселить, и я хмыкаю, все так же ему в шею, он немного дергается. Видимо щекотно.

— В любом случае у нас тогда Стас с тобой появился. И какая разница, у какого какие мотивы были?

— Ты на меня не сердишься?

— А за что я должен на тебя сердиться?

Поднимаю голову на Сашу, он опускает свою руку с моего затылка, теперь просто обнимает за плечи.

— Я тебя тогда не любила. Совсем.

— Да я уж догадался, — ухмыляется Сашка.

— Как? — поражаюсь я.

— Ты так мне сопротивлялась, каждый раз. Я поначалу думал, что даже противен тебе.

— Я сама себе противна была. Вдруг попала в плоскость взрослых отношений, хотя у меня изначально даже помыслов таких не было. Но ты не подумай, я всегда ценила, что ты для нас со Стасом тогда делал.

— Говорю же, благодарность твоя эта… порой поперек горло становится.

— Вот знаешь что?! — последняя его фраза вызывает во мне прилив возмущения.

— Что?!

— Меня твое благородство тоже всегда раздражало!

И обоим от этого смешно. Даааа, тоже мне парочка. Гусь, да гагарочка.

Он большим пальцем руки вытирает мою влажную щеку. Я уже не плачу, но видимо слезы еще не высохли.

— Сань, я — не герой. Да, это очень правильная фраза. Я столько лет воображала его таким порядочным, что сама тяготилась тем, что не дотягиваю до него.

— А я ни разу не принцесса…

— Да не нужна мне никакая принцесса.

Мы оба немного зависаем, вглядываясь друг в друга, кажется, даже головы идут навстречу.

В этот самый момент раздается скрежет лифта, который останавливается на пролет ниже, где еще совсем недавно стояли мы. Выходят двое. С нашего положения видны только ноги — мужские кроссовки и изящные женские ботиночки. Судя по звукам, парочка достаточно страстно целуется.

Мне становиться неловко и от этого смешно. Я утыкаюсь в Сашкино плечо, чтобы не засмеяться.

— Стас, подожди, — просит девичий голос, видимо с трудом отрываясь от своего партнера. — В квартиру, давай, сначала зайдем.

— У тебя такие сладкие губы, не могу от них оторваться, — отвечает голос нашего сына.

Моментально вскидываю голову вверх и, выпучив от удивления глаза, смотрю на Сашу. Может мне показалось? Но судя по Сашиному выражению лица, он тоже признал отпрыска. Я хочу подскочить, но Чернов быстрее меня. Одной рукой он прижимает меня к ступенькам, а другой зажимает рот. Не грубо, но вполне эффектно.

— Не вмешивайся, — шепчет он мне.

Парочка открывает дверь квартиры, которая находилась по соседству с той, ради которой мы пришли сюда с Черновым, и удаляется с лестничной площадки. Саша ослабляет свою хватку, и я подрываюсь, буквально пролетаю над ступеньками и уже стою на нужном этаже, только Чернов ловит меня опять.

— Стой, куда понеслась?!

— Саша, они же там сейчас… — дальше язык у меня не поворачивается.

— Успокойся. Еще ничего не случилось.

— Вполне вероятно, что скоро случится.

— Ты не знаешь этого наверняка, — по-моему, он говорит это все лишь бы только меня успокоить. А сам думает о том же.

— Ну да, они там в нарды собрались поиграть!

— Почему бы и нет, — ухмыляется он.

— Тебе смешно, да?!

— Не то чтобы очень. Но происходящее такой реакции точно не стоит.

Черновское спокойствие меня бесит. Как он не понимает! Они же дети еще. Д-Е-Т-И. От переполнявших меня эмоций я бью по двери.

— Они нам там сейчас внуков сделают!

— Не сделают!

— Откуда ты можешь знать?!

— Предполагаю. Но даже если вдруг и сделают, то ничего криминального не произойдет. Нас вспомни. Но я точно другое знаю, что если мы сейчас туда вломимся, Стас нам этого не простит.

Последний довод звучит разумно, но это меня мало чем успокаивает, лишь больше злит. Я опять от злости стукаю в дверь.

Саша кладет руки на мои плечи и ободряюще сжимает их.

— Саня, давай без глупостей. Дыши. Он взрослый. Ему 17. Все что мы можем сделать в этой ситуации, это довериться ему. В конце концов, это естественно, и однажды должно было случиться.

— Это все натура ваша кобелиная! — окончательно взвилась я, скидывая с себя его руки.

Саше только и остается, что глаза закатывать.

Мы бы поругались скорее всего. Нет, точно бы поругались. Но я ведь уже стукнула по двери не раз, да и разговор у нас происходил на достаточно повышенных тонах. Поэтому нет ничего удивительного в том, что квартира открывается и на пороге появляется девочка, то есть девушка. А может быть уже и женщина. Я ее помнила. А…Алина, Арина… а может быть Альбина. Одноклассница Стаса. Миловидная, рыженькая, миниатюрная. Она еле доставала Стасу до плеча. И от этого показалась мне совсем юной.

— Александра Сергеевна? — с обалдевшим видом спрашивает она.

Я хлопаю ртом, пытаясь придумать, чтобы сказать.

За плечом девушки появляется наш сын. Тоже порядком офигевший. Радует, что все еще одетый в футболку и джинсы. Вот только его шок очень быстро переходит в гнев. Он уже делает шаг вперед, поэтому Сашка все-таки вступает в игру.

— Девушка, вы нас извините, мы дверью немного ошиблись.

А потом берет меня за руку и быстрым шагом начинает вести вниз по лестнице, видимо пока Стас не перешел к боевым действиям. Я безропотно следую за ним.

Останавливаемся мы только на улице.

— Ааааааааааа, — начинаю стонать я.

— Все в порядке.

— Ничего не в порядке. Он теперь решит, что мы за ним шпионим.

— Объясним, что это случайность была.

— Не поверит же.

Ну почему я такая идиотка, зачем вообще поперлась к этой двери. Надо было прижать свою попу к полу и сидеть на ступеньках ровно. Мозг, наконец-то, начал работать. На смену панике, пришло смущение. Кровь приливает к лицу, прикладываю холодные руки к щекам. — Да ладно тебе, — смеется Саша, правильно оценивая мое состояние. — Мы вовремя ушли. Он побесится, а потом остынет. Опозорить мы его не успели. И травму психологическую… тоже не нанесли. Надеюсь.

По-моему он уже издевается надо мной. С упреком смотрю на него. Че?

— Чтооо? — с очень серьезным видом продолжает Саша. — Ты представь, собираешься ты заняться сексом с девушкой, возможно впервые, а тут … бац… и родители твои. Так и до импотенции недалеко.

Он точно надо мной издевается. Потешается.

— Ах, так! Ты еще издеваться будешь?!

Пытаюсь его пнуть, но Саша уворачивается! Еще попытка — опять ускользает от меня. Зато вот дотянуться рукой у меня получается. Сашка ржет. А я пытаюсь его придушить. Он все крутится и хохочет.