Невеста белого тигра (СИ) - Грийе Полина - Страница 69

Нащупав шероховатую поверхность стены, я поспешила прислониться к опоре. Ноги уже не держали. Взгляд остановился на маленьком тельце ребенка лет семи, сохранившемся лучше всех и лежавшем в некотором отдалении. Его некогда красивое личико было искажено в гримасе ужаса и боли, волосы седы, а сам он крепко-крепко прижимал к себе толстый фолиант, обтянутый чем-то очень похожим на замшу. Как загипнотизированная поползла к нему на четвереньках, коснулась руками мертвого лица, попытавшись сомкнуть веки и спрятать навсегда застывший в одной точке испуганный взгляд остекленевших глаз. Словно в благодарность на последнее ласковое касание, руки мальчишки слегка разжались и книга съехала к моим ногам. Я не могла не принять такой подарок. Бережно подняв фолиант я спрятала его за пазухой, задом пятясь от тел, страшась повернуться к мертвым спиной. Слезы застилали глаза и рвались наружу, горло сводило судорогой от едва сдерживаемого желания завыть.

Я уперлась во что-то твердое, оказавшееся статуей Многоликого.

— Ты… — всхлипнула, поднимаясь с колен и со всей силы ударяя статую. — Как ты позволил? Как допустил гибель стольких невинных душ, Про́клятый бог? Не поэтому ли тебя лишили лица и заперли в темнице?

Я молотила кулаками статую и исступлённо кричала, выплескивая всю ту боль, что почувствовала в этой башне и пропустила через себя. Но идол была глух к моей истерике — Многоликий не снизошел до ответа.

— Ненавижу тебя! Ненавижу и не желаю играть в твои игры! Ты не бог, таких богов не бывает! Слышишь меня, Кайлар? — в последний раз ударила я статую, сдирая костяшки до крови и приходя в себя от саднящей боли.

И снова, как и в прошлый раз, ослепляющая вспышка и знакомая комната.

— Вижу, ты научилась пользоваться моей маленькой лазейкой, — проскрипел знакомый неприятный голос Кайлара.

— Ты! — гневно ткнула я пальцем в божество, утирая другой рукой слезы. — Какой же ты бог, если допустил гибель целого мира? Почему не спас их?

— Не забывайся!

Кайлар рыкнул так, что я испуганно заткнулась и попятилась, чувствуя как вспотели от ладони, а по телу прокатилась дрожь. Он в мгновение ока оказался возле меня, огромной махиной нависая надо мной, гипнотизируя темными провалами глазниц, подавляя волю, лишая сил.

— Давай, убей меня, и сдохнешь следом, — поражаясь собственной наглости через силу прохрипела я. — Некому будет тебя освободить, а твой последний альбор так и останется в родном, но мертвом мире.

Давление тут же исчезло и я смогла опуститься на пол.

— Какой позор, бог целого мира зависит от двух смертных, — устало вздохнул он, усаживаясь рядом и замолкая.

— Как ты допустил такое, ведь там были дети? Почему позволил им умереть? — первой нарушила я молчание.

— Просто не успел… всех спасти. И они стали платой…платой за то, чтобы другие смогли выжить. — он говорил медленно, подбирая слова. И сейчас голос Кайлара не казался мне настолько противным, но боль, прорывавшаяся сквозь рваные фразы, была слишком ощутимой, заставляя морщиться от неприятных ощущений, чувствовать то, что чувствовал он, погружаясь в его воспоминания. — Но Эйнари… Эри не позволила им выжить, и все равно все погибли… Мальчишка последний. Последний альбор, рожденный под солнцем родного мира. Эри — вздорная мстительная девчонка — постарается убить и его, тем самым уничтожив меня. Не своими руками, нет. Она же все-таки Богиня Жизни. Она убьет его так же, как убила всех остальных — стравливая врагов и наблюдая в стороне, прикрываясь «правилом невмешательства».

— А как же Солана, Тайнаби, Райнар? Они ведь тоже оборотни.

— Солана рождена под солнцем Теллэрда, она принадлежит Эйнари. Тайнаби… Ее род проклят, обречен на вымирание. Да и мне нужна сила альбора. — Кайлар тяжело вздохнул и устало потер лицо ладонями, напоминая в этот момент самого обыкновенного запутавшегося и отчаявшегося человека.

Немного помолчав, он продолжил, так и не отняв ладоней от лица:

— Мы не всегда были богами. И мы не выбирали свой путь… его выбрали за нас. Когда-то, очень-очень давно, мы тоже были людьми. Нет, не такими как люди твоего мира или Тэллерда, но очень близкие к вам, и в то же время бесконечно далекие… Я, как самый молодой, еще немного помню, что значит «быть человеком», а Эйнари, впрочем как и остальные, уже позабыла. Ее сгубила власть и ощущение всемогущества. Мы заигрались в богов, и однажды вымысел стал правдой…

Голос Кайлара звучал глухо и отстраненно. Он говорил, не обращая внимания слушаю я его или нет. Ему просто нужно было высказаться:

— Нас было двадцать четыре. Две дюжины самоуверенных юнцов, твердо веривших, что смогут покорить вселенную. Мы называли себя Рах-Э'лова — Боги тысячи солнц. Мы создавали модели миров, привнося в них частицу себя. Например, Цаф в нашей команде отвечал за безопасность, а стал Богом Войны и его мир теперь полон крови и неутихающих распрей; Эйнари до этого была выдающимся Творцом…эээ… биологом… а потом стала Богиней Жизни. Прости, мне трудно подбирать подходящие профессии-аналоги из твоего мира. Так вот… пока мы строили виртуальные миры и играли в выдуманную реальность, реальность играла в нас… Столкнувшись с необъяснимым, не смогли отказаться от соблазна, а потом было уже поздно. Но даже у божественной сущности, дарующей почти абсолютное могущество в пределах своей Ветки Миров, как оказалось, есть свои минусы: мы навсегда привязаны к своему творению, лишившись возможности путешествовать, живем пока в нас верят, пока нам посвящают детей, а еще, создав мир, мы не имеем права вмешиваться в его развитие, и все, что нам остается — только наблюдать, сходя с ума от одиночества и скуки… Когда-нибудь я расскажу тебе эту историю, но не сейчас. Еще не время.

— Ого… — только и смогла выдохнуть я, переваривая услышанное. — Подожди, а как же ты в мир Эйнари пришел, если вы не контактируете, и мне помогал, если не имеете права вмешиваться?

— Помощь Богов всегда имеет цену. Спасая твою жизнь, Маль забрала в обмен другую. А вот за то, чтобы прийти к Эри, разорвав грань миров, я отдал силу.

— Но я ведь не просила…

— Нет, не просила. Поэтому и жизнь была отдана взамен добровольно. Но мы ведь сейчас не об этом…

— Да. — вспомнила о чем не успела спросить в прошлый раз: — Я хотела поговорить о печати, которую мы нашли и о клятве, данной Сэдриком Эйнари и Стихиям…

— С печатью просто: кровь альбора и сила печати откроют портал. А вот с клятвой сложнее. Мне надо будет поговорить с Эри, — вздохнул Кай. — А сейчас тебе пора, иначе не доберешься до следующей точки.

Кайлар легонько дунул мне в лицо. От неожиданности я зажмурилась и чихнула. А когда открыла глаза, обнаружила, что лежу на полу, а надо мной склонился испуганный Сэдрик.

— Никогда не делай так больше, — выдохнул он, помогая мне сесть и крепко прижимая к себе.

— А что случилось? — едва слышно выдавила я, заваливаясь набок от внезапно накатившей слабости.

— Ты чуть не умерла. Твоя внезапная истерика спровоцировала мощный выброс силы.

— Это все Ка… — начала я, но тут же исправилась, — Многоликий, который теперь Безликий. Я назвала его по имени, стукнула статую и опять оказалась рядом с ним.

Я подробно рассказала Сэдрику о нашем разговоре с Каем, пока опять не забыла, как в первый раз.

— Постарайся все же общаться с ним пореже. Общаться с Божественной сущностью в почти полностью лишенном магии мире, выставляя себя в качестве энергетического проводника, чрезвычайно опасно. Я бы на такое и на Теллэрде не решился.

— А? — я недоуменно уставилась на Сэдрика. Голова кружилась, перед глазами мелькали мушки, руки тряслись от перенапряжения, а он мне лекции читать вздумал.

— Однажды ты можешь не вернуться.

Сэд помог мне подняться, заботливо отряхнув одежду и мы, подхватив сумки и крепко обнявшись, отправились к следующей точке нашего путешествия, конечная цель которого была известна лишь Сэдрику.

Следующее перемещение я почти не запомнила — сказались последствия истерики и сильного истощения. Этот мир начал влиять и на меня, забирая жизненные силы.