Я жажду тебе отомстить (СИ) - Магницкая Доминика - Страница 26

За восемь часов до разговора

Несмотря на все уговоры Розы отдохнуть и проваляться еще один день в кровати, я вышла на работу. Не хотела давать Владу очередной повод поиздеваться, выпила обезболивающее и приехала в компанию. Чувствовала себя дерьмово, но таблетки быстро сгладили боль и помогли собраться с мыслями.

После произошедшего окружающее пространство казалось нереальным. Сюрреалистичным. Словно я в каком-то фильме, и вот-вот появятся титры, освобождающие от игры на публику, но время действия неумолимо продолжается и подталкивает к следующему шагу.

Рабочий день пролетел очень быстро. Вместо обеда я пошла в туалет и обработала порез. Долгое сидение за столом спровоцировало небольшое кровотечение, поэтому я приклеила бинт и посмотрела на себя в зеркало. Белое, как полотно, лицо, впалые щеки, заострившие черты лица, и огромные синяки под глазами делали из меня настоящее привидение.

Мне безумно повезло, что Влада сегодня не было на работе. Я смогла позволить себе спокойно проектировать отель и пристройку к нему и не вздрагивать от очередного хлопка дверей, опасаясь, что мужчина заявится в мой кабинет и опять начнет морально давить. Сегодня я просто не была способна ему сопротивляться и потому очень обрадовалась, что Влад уехал по своим делам. По крайней мере, так мне сказала Лилия, отношения с которой начали понемногу налаживаться. Я частично объяснила ей, что произошло, особо не вдаваясь в подробности.

Рассказала в общих чертах о сложных отношениях, связывающих нас с Владом, и о том, что мы скорее враги, чем любовники. Лия попыталась выведать настоящую правду о нашем прошлом, но я была непреклонна. Пусть я и доверяла ей, прошла вместе с ней через многое и знала девушку довольно давно, но мы по-настоящему никогда не раскрывались друг перед другом. У нас не было искренних и теплых отношений, как у верных подруг.

Такой уровень доверия я испытывала лишь к Арине, которая знала всю правду и не отреклась от меня, постаралась понять и не осуждать. Жаль, что она уехала в другой город, и связь мы поддерживали лишь через звонки.

Сейчас мне очень не хватало человека, перед которым я бы смогла полностью раскрыться. Выговориться, обсудить и попросить совета. Иногда так сильно хочется сбросить всю ответственность за будущее на других и перестать сомневаться в своих действиях, но даже это я не могла себе позволить.

Если уж родная мать отреклась от меня и выставила за дверь, то остальным людям я точно не должна доверять. Хватит. Еще два года, и я начну жизнь с чистого листа. Перееду в другой город или даже в другую страну, начну поиск себя заново, словно мне опять девятнадцать лет, и весь мир перед моими ногами.

Рабочий день подошел к концу. Я взяла сумку, спустилась вниз и направилась к своей машине. На душе было неспокойно, и это чувство преследовало меня со дня нападения. Словно кто-то вечно смотрит мне в спину и ожидает очередного промаха.

Села за руль, пристегнулась и вздрогнула, услышав знакомый голос и звук открывающейся двери:

— Поехали, прокатимся.

Влад занял соседнее место и посмотрел на меня. Я потеряла дар речи от неожиданности. Что он здесь забыл? Только-только я наконец-то расслабилась и насладилась его отсутствием и свободой, как вдруг мужчина снова появился из ниоткуда и смотрит на меня с затаенной горечью.

Я даже не нашла в себе сил возразить. Завела машину и спросила:

— Куда едем?

— Ко мне домой.

— Если тебе нужен личный водитель, можешь нанять специального человека. Я устала и хочу домой.

Я повернулась к нему, настроенная высказать все, что я думаю о его взбалмошных поступках, как вдруг от резких движений живот снова пронзила боль. Я аккуратно проверила левой рукой бинт и немного успокоилась, потому что неприятные ощущения начали отступать. Устало сказала:

— Влад, я правда хочу немного поспать. Давай я отвезу тебя домой и поеду к себе. Не нужно усложнять еще один день.

— Хорошо, но сперва поговорим у меня. Я тебя не задержу.

Он как-то слишком быстро согласился. Я бросила взгляд на Влада, пытаясь найти подвох, но лицо мужчины было абсолютно непроницаемо. Он смотрел так, словно его тоже одолела многовековая скука.

Ладно, возможно, там ничего серьезного. Влад настолько упрямый, что лучше сразу сделать так, как он хочет. Сокращу время и избегу ненужных ссор. Все равно вытолкать его из машины я сейчас не в состоянии.

Всю дорогу мы провели в молчании. У меня было паршивое настроение, поэтому я выключила музыку и приоткрыла окно, вдыхая свежий воздух. Хотела как можно скорее узнать, о чем он хочет поговорить, и избавиться от жутких сомнений.

В последнее время и Влад, и Роза вели себя странно, но оба ни о чем не говорили. Я спрашивала женщину несколько раз, пытаясь узнать, все ли у нее в порядке, но та лишь устало улыбалась и кивала, говоря о том, что после произошедшего у нее нет никаких забот. Главное — я в порядке, а с остальным разберемся.

Мы подъехали к дому. На улице стояло несколько черных машин, однако никого вокруг не было. Я затормозила и спросила у Влада:

— У тебя гости?

Мужчина повернул голову и посмотрел на меня затуманенным взглядом. Я переспросила:

— Влад, к тебе кто-то приехал?

Он, словно выдернутый из глубоких дум, отрицательно покачал головой и вышел из машины.

— Пойдем. Я тебя не задержу.

Заглушила двигатель и последовала за ним. Не стоило мне заходить в дом, потому что вышла я из него совсем не скоро.

Мы поднялись на второй этаж. Я окликнула Влада, желая как можно скорее разобраться, в чем дело, и поехать домой отдыхать. Рана на животе периодически пронизывала все мое тело целым котлом боли, и я переставала дышать, отчитывая про себя до десяти, чтобы мысленно убедить себя перетерпеть. Дождаться момента, когда я вернусь домой и все обработаю.

Все-таки Роза была права насчет того, что постельный режим в течение как минимум дней трех мне был необходим. Вечно собственное упрямство и желание что-то кому-то доказать доводят меня до жуткого состояния разбитости.

Мы подошли к спальне. Влад открыл передо мной дверь и пропустил вперед. На нем был пиджак с длинными рукавами, практически закрывающими кисти рук, и я не заметила, что тот держал ключи. Прошла в комнату и замерла на месте, боясь обернуться, потому что тишину между нами нарушил скрип закрываемой двери на замок.

Я отошла как можно дальше от него, медленно повернулась, обняв себя ладонями, и посмотрела в его сторону затравленным взглядом. Глаза мужчины за секунду преобразились. Больше он не скрывал свою агрессию и гнев за личиной безразличия. Влад положил ключи в карман брюк и поправил воротник на шее. Комната была достаточно большой, и я стояла максимально далеко от него, но меня окатило настолько жуткая ненависть, что мне показалось, будто она мешает мне дышать.

Он не трогал меня. Просто смотрел и молчал. И этим взглядом словно затягивал невидимый поводок на шее. Я закашлялась и дотронулась ладонью до кожи, пытаясь убедить себя в том, что все это — лишь плод моего больного воображения.

Невозможно описать словами, насколько страшно испытывать такие эмоции. Насколько сильно ты начинаешь дрожать, когда боишься единственного любимого человека. Это ненормально, он даже еще не подошел ко мне, и я сомневалась, что смогу скрыть свои истинные чувства, если тот сделает хотя бы один шаг.

Я хорошо его знала. Слишком хорошо. Именно так он чаще всего смотрит на тех, кого собирается ударить.

Влад медленно расстегнул пиджак, кинул его на кровать и занял расслабленную позу, не спуская с меня глаз. Чего он ждал? Что же произошло, если его ненависть достигла настолько безумного масштаба?

Пусть мужчина и спокойно стоял, не делал никаких резких движений и выглядел умиротворенным, я на подкорках сознания чувствовала, что он готов в любую минуту, как дикий зверь, подлететь ко мне и схватить.

Я осторожно спросила и сделала еще один шаг к окну: