До небес (СИ) - Новохатько Альбина - Страница 3

— Вера, идем нам нужно поговорить.

Кинув картофелину в чашку, подняла голову на Матушку настоятельницу.

— В чем дело?

— Идем в мой кабинет, там нам не помешают.

С тяжелым сердцем поднялась с табуретки и пошла следом за настоятельницей.

Пришло мое время покинуть эти стены. Когда я пришла матушка видела мое отчаяние и позволила остаться, но я так и решила для себя кем стану, и это стало решающим фактором.

Я не знала куда мне идти, у меня нет ничего и никого за этими стенами. Нет, существовал один человек к которому я могла обратиться, но я не могла взглянуть ему в глаза после того через что прошла.

Настоятельна закрыла за нами дверь кабинета, указав мне рукой на стул. Выдохнув я присела, положив руки на колени, нервно затеребив край фартука.

— Вера, — Начала матушка, присев за стол, — Ты пришла просить помощи. Но прошло достаточно времени, а ты так и не решила какую хочешь прожить жизнь. Эти стены не для тебя, в тебе горит огонь, и мы не в силах тебе помочь.

— А что для меня? — С горечью поинтересовалась я, — Опять панель, богатый папенька, который будет издеваться надо мной пока я не надоем ему. Пока я была молода, они платили хорошо, сейчас мне почти тридцать, и я уже рухлядь, и мое место в борделе.

Настоятельница печально покачала головой, вполне возможно соболезнуя мне, или осуждая, они ведь никогда не скажут правду.

— Но и здесь ты не можешь оставаться в том статусе, в котором сейчас. Ты не веришь ни во что…

— Знаете? Вы правы! Не могу! Нет сил больше лгать себе, вам, окружающим. Я шлюха, родилась ею, и подохну. Так что пожалуй, пойду я, и не стану вас обременять.

— Подожди, вот… — Матушка открыла ящик стола, достав конверт, положила его передо мной. — Здесь деньги. Возьми их, этого хватит на первое время.

Мне стало невыносимо жаль, что я не встретила ее много лет назад, возможно всего этого и не случилось, и у меня появился шанс на спасение.

— Я верну, обещаю. Спасибо вам за все. Как только встану на ноги, вернусь и все отдам.

— Не беспокойся, — Матушка кивнула, придвинув мне конверт.

Осторожно взяв его, я в последний раз взглянула в ее доброе лицо, и поспешила покинуть кабинет, понимая что могу разреветься у нее на глазах.

Пришел день которого я так боялась. Мне придется вернутся в тот мир, который не пощадил меня.

Вернувшись в келью, я постояла несколько минут в нерешительности и наконец осознав, что мне и брать нечего, развернулась, сорвав на ходу платок с головы пошла прочь из этих монастырских стен.

****

Просидеть три года в стенах монастыря, оказалось непросто.

Первое что я сделала добравшись до города: купила одежду, скинув с себя длинное бесформенное платье, переоделась в джинсы, футболку, и кеды. Затем пошла в кафе, съела огромный гамбургер. Да, что ни говори, но этот мир манил своими прелестями. Мне хватило времени на передышку, но злость что копилась в моей душе так и осталась со мной.

Я не верила что смогу жить нормальной жизнью, а может я просто не пробовала, и потому решила рискнуть. Первое что я должна сделать найти жилье, снимать накладно, и потому один из вариантов найти работу в хостеле. Матушка Настоятельница написала мне рекомендательное письмо, вложив его в конверт с деньгами. Хорошая вещь для начала новой жизни, репутация благочестивой девушки. Судя по письму, я прожила в монастыре не три года, а шесть лет, и снова плюс в мою карму.

Купив газету в магазинчике решила присесть в парке, просмотреть объявления, и думать что делать дальше.

Семь лет я была вещью, для определенного человека. Мой путь начался в одном из отелей этого огромного города. Я встретила его в одном из ресторанов, он оплатил мой счет, и после продолжал их оплачивать на протяжении семи лет. Это был сущий ад. Он приходил когда хотел, брал что хотел, дарил меня на временное пользование кому хотел, и бил когда ему очень этого хотелось. Потом монастырь, и вот я вернулась, и до ужаса боялась встретится с ним. Город огромный, шансы пересечься мизерные, к тому же я не планировала работать в дорогих ресторанах, отелях, магазинах, тем самым исключив возможность встречи до нулевой отметки. Хостел мое спасение, это и жилье, и работа, и возможность существовать, не привлекая к себе особого внимания.

Пробежав глазами по списку вакансий, закрыла газету, понурив голову. Ничего что могло бы меня заинтересовать. Официанты, горничные, бармены, частная прислуга, ассортимент богатый, но не для меня. Я должна затеряться, или уехать вообще в другой город, как вариант.

День близился к концу, мимо меня постоянно проходили люди, а я сидела и не знала куда идти. Тех денег что дала мне матушка, надолго не хватит если я стану тратить их на ночлежки, и меня с новой силой захлестнула волна отчаяния.

Двадцать восемь лет, за плечами впустую потраченные годы, впереди только неизвестность.

Кинув газету в урну, пошла в сторону выхода из парка, нужно искать ночлег.

Я бродила несколько часов бесцельно всматриваясь в каждую вывеску, наконец увидев нужную, завернула за угол. Ночлежка находилась в подвальном помещении, и о Боги, на стойке стояло объявление о поиске помощницы.

— Привет, — Поздоровалась я с угрюмой девушкой.

— Комнату? — Не поднимая глаз от телефона поинтересовалась она.

— Да, и здесь еще требуется помощница?

Девушка тут же ожила, подняв на меня глаза мило улыбнулась.

— А вы можете? — Как-то неуверенно переспросила она.

— А что сложного? Конечно, смогу. Я шесть лет прожила в монастыре, поверьте меня уже не удивить.

— Правда? — Вытаращилась на меня словно я сказала банальность. — Вы из монастыря? Монашка?

— Нет, я не приняла постриг. Оказалось что я не готова. Так что? Я могу получить работу?

— Если это правда…

Не выдержав достала из рюкзака письмо, положив его на стойку. Девушка пробежала по нему глазами, и удовлетворительно кивнув, вернула мне.

— И?… — Протянула я.

— Хорошо. Я так поняла вам жить негде? Есть комната, можете занять ее. И вам придется убирать, стирать, ну, в общем, работы полно, но как вы сказали вас ничем не удивить.

— Согласна, показывайте комнату.

— Я Инга, — Представилась девушка.

— Вера, — Ответив, пожала ей руку.

Она провела меня длинным коридором, в конце которого находилась моя комната. Открыв дверь ключом, отдала его мне, пригласив войти.

— Вот, ничего особенного.

Переступив порог комнаты, осмотрелась. Кровать, комод, маленький стол в углу с одним стулом, все это навевало лишь тоску, и я уже сомневалась что справлюсь. Мне не хватало воздуха, я задыхалась, мне казалось это предел ниже которого пасть некуда. Если я сейчас не сбегу, придет день и меня найдут в этой самой комнате в петле.

Я стала пятится, пока не уперлась в стену, затем резко развернулась и бросилась прочь.

Девушка что-то кричала мне вслед, но я не слышала, продолжая бежать. Это выше моих сил, я так не могу! Неужели в моей жизни нет предела унижениям и боли? Разве нет другого выхода? Почему я не могу усмирить свою гордость, и наконец смирится с той участью что уготовила мне жизнь?

Выбежав на улицу глотнув свежего воздуха, с облегчением выдохнула.

Остался последний вариант, это все же попросить помощи у человека из прошлого.

****

Словно во сне переступила порог родительской квартиры. Мать увидев меня ничуть не удивилась, она вообще не выразила никаких эмоций, отмахнувшись от меня пошла на кухню допивать свое пойло.

Я помнила эту квартиру, свою маленькую уютную комнату, с видом во двор. Летом я любила спать с открытым окном, слушать как шелестит листва на деревьях, слабый ветерок колыхал шторы, и свет луны озарял ночное небо. Мама в то время еще не пила, приходила проведать меня посреди ночи, закрывала окно, накрывала меня и я была по-настоящему счастлива. Потом все рухнуло, мой чудесный мир рухнул, и наступил ад. Последнее что я слышала: звон бутылок, отборные ругательства, бесконечные скандалы и рукоприкладства. Меня начали бить, выгонять из дома, а потом и вовсе я проснулась в парке на лавочке.