Опрометчивая сделка (ЛП) - Пауэлл Элизабет - Страница 17

— Ну, так намного лучше, — ухмыльнулась вдова. — Я начала думать, что у нас никогда не будет ни минуты покоя.

Кит усмехнулась, затем поняла, что маркиз смотрит на нее через щель в подушках. Она бросила на него предупреждающий взгляд, тот показал подбородком вниз к озеру, затем лениво улыбнулся и закрыл глаза. Кит поджала губы. Что случилось с ним? Или он хочет уйти, чтобы она поговорила с вдовой. Но маркиз не выказал никакого желания двигаться, пропади он пропадом.

Через несколько мгновений, вдова поднялась.

— Я хочу пойти в храм и посмотреть, что мой внук там делает, — объявила она.

— Позвольте мне помочь вам, — попросила Кит и начала вставать.

— Нет, нет, дитя. Оставайтесь здесь. Вам комфортно, а мне надо, немного прогуляться. Я ненадолго, — напевая себе под нос, пожилая женщина начала спускаться вниз по склону.

Кит бросила взгляд через плечо, а потом осмотрелась с тревогой. Она была наедине с маркизом.

— Я действительно должна пойти с вдовой, — сказала она, поднимаясь с колен.

Бейнбридж положил руку ей на плечо.

— Не убегайте, — пробормотал он.

— Я не бегу.

Смех вырвался из его груди.

— Нет, вы собираетесь нестись со всех ног, но с достоинством леди.

— Что вы имеете в виду под этим?

— Под чем?

— И лакеи очень вовремя пропали куда-то, — сказала она, задержав дыхание.

— А что, если так задумано?

— Это вы так приказали?

— Да, — он признался, пожав плечами, — я хотел, провести некоторое время с вами без присутствия чрезмерно любопытных глаз и ушей.

— Почему?

Он посмотрел на нее задумчивым хмурым взглядом.

— Вам кажется, что никто не хочет, проводить время в вашей компании. Вы думаете, что никто не удостоит вас вниманием?

— Но если только вы, милорд.

Он отпустил ее руку, а затем приподнял бровь.

— Мой дорогая Кит, может быть, я ошибаюсь, но у меня складывается впечатление, что вы не доверяете мне.

— О, вы не ошиблись, милорд, — она отступила назад.

— Когда я спросил вас вчера, вы не дали ответа. Так что я спрошу вас снова, кого вы так боитесь? Мужчин? Или только меня?

— Никого, — пробормотала она, опустив голову.

— Ну, тогда, садитесь, Вам нечего бояться. Мы по-прежнему в поле зрения Их милостей, так что я не смогу изнасиловать вас, по крайней мере, не сейчас, — он улыбнулся, потянулся назад и открыл одну из корзин для пикника.

— Что вы…?

Он приложил палец к губам.

— У меня есть для вас сюрприз.

Глава 6

Расцветая широкой, злой усмешкой, Бейнбридж поставил чашу рядом с ней.

Скрытое подозрение исчезло из ее прекрасных зеленых глаз.

— Клубника? Это и есть сюрприз?

— А что вы ожидали? — спросил он с усмешкой и положил маленький, чуть перезрелый плод в рот. Сок окрасил пальцы, он облизал их, не сводя с нее взгляда.

Она покраснела.

— Я… я… О, ничего.

Он выбрал другую клубнику и протянул ей.

— Попробуйте. Она очень хороша.

Прекрасная вдова колебалась. Затем большим и указательным пальцами осторожно взяла плод из его рук и съела.

— Согласны? — пробормотал он, ставя фарфоровое блюдо между ними. — Она именно такая, какой должна быть.

— А вы, милорд?

— Я… что?

— Вы такой, каким кажетесь?

Он замер с клубникой на полпути ко рту.

— Почему вы спрашиваете?

— У вас есть страшно раздражающая привычка, сэр, отвечать вопросом на вопрос.

— Да? Не замечал, — усмехнулся маркиз.

Кит взяла еще одну ягоду из чаши и продолжила:

— Я спросила, потому что так мало знаю о вас.

Бейнбридж почувствовал, что его улыбка исчезает.

— Я повеса и подлец, моя дорогая, хотя и очень хорошо воспитанный. Что еще нужно знать?

Она смотрела то на ягоды, то на него, как будто, что-то решала. Затем вздохнула и съела клубнику.

— Не знаю, как это принято в Лондоне, сэр, но если я должна стать вашей любовницей, то хотела бы знать немного больше о вас, чем это.

— Но вы ею не будете, если наш гамбит не удастся. Таковы условия нашей сделки.

— Мы добьемся успеха, — тихо сказала она. — Мы должны. Поэтому я считаю, что нужно лучше познакомиться друг с другом.

Странное ощущение появилось глубоко в его животе. На мгновение показалось, как будто она смирилась… и станет его любовницей. Что с ней? Пытается усыпить его бдительность, или это просто любопытство, так невинно это прозвучало? Большинство женщин интересует только его имя, титул и годовой доход, несколько других деталей ради показухи, но он быстро понял, что Кэтрин Мэллори не такая как они. Он откинулся на локоть.

— Что вы хотите узнать?

Она взяла другую ягоду.

— Я рассказала вам о моей жизни в детстве. А как было у вас?

Черт. Одним быстрым вопросом, она добралась до вещей, о которых он бы с радостью забыл, если бы представилась возможность.

— Мое воспитание было довольно обычным.

— А ваша семья? Есть ли у вас братья или сестры?

— У меня был брат. Он умер, когда мне было десять лет.

Он ел большую ягоду и наслаждался ощущением вкусной мякоти.

Ее глаза округлились.

— Мне очень жаль, — прошептала она.

Ягода вдруг стала безвкусной на его языке, и он выплюнул ее.

— Вы обязаны услышать эту историю, в конце концов. Ничего так не щекочет нервы, как скандал, даже двадцатилетней давности.

— Вы не должны мне рассказывать, милорд, если воспоминания так болезненны.

— Я не такой трус, мэм, — сказал он, улыбнувшись. — Это просто сказка, поэтому буду краток. Мой отец и мать полюбили друг друга сразу, или так они утверждали, но к тому времени, когда мне было пять, они уже люто ненавидели друг друга. Я подозреваю, что это было как раз то, что объединяло их в жизни. Когда мне было десять лет, моя мать ушла и пыталась заставить нас уйти с ней. Я отказался идти, но она забрала Джефри.

— Сколько ему было лет? — тихо спросила Кит.

— Шесть.

Бейнбридж смотрел в облачное небо, видневшееся сквозь ветви дерева.

— Мой отец, конечно, отправился в погоню, но моя мать, как я узнал позже, пошла на все, чтобы избежать встречи, в том числе приказывая кучеру нестись с головокружительной скоростью. Колеса попали в жесткую колею на дороге, ось лопнула, и карета разбилась вдребезги. Мой отец нашел их несколько мгновений спустя. Никто не выжил.

Кит сидела неподвижно, одной рукой прикрывая рот. Слезы блестели в уголках ее глаз.

— Нет необходимости, проливать слезы надо мной, — грубо сказал он, — моя мать никогда не заботилась ни на йоту, ни о ком, кроме себя. Было хорошо избавиться от нее.

— Я не поверю, ни на мгновение в это, — пробормотала Кит. — Уверена, она любила вас и вашего брата очень сильно, и именно поэтому хотела взять вас с собой. Если бы она не любила, то оставила бы вас без раздумий.

— Полагаю, это одна теория, — его губы скривились в усмешке. — Но я скорее поверю, что она хотела помучить моего отца, забрав его драгоценных сыновей.

— Вы упомянули как-то вчера, что люди, которые влюбляются, в конечном итоге ненавидят друг друга. Вы имели в виду то, что случилось с вашими родителями.

— Мои родители не были единственными, достаточно глупыми влюбленными. Среди нашего круга вы увидите десятки безумно влюбленных молодоженов, а через год они уже с любовниками. Любовь это бессмысленное осложнение хорошей жизни.

— Ваш отец горевал?

Бейнбридж отвернулся, чтобы Кит не увидела на его лице каких-либо теней воспоминаний, которые преследовали его. Он почувствовал ее легкое прикосновение на своем плече.

— Вы в порядке?

Его глаза сузились до щелочек.

— Мне не нужна ваша жалость, мадам.

— Нет, милорд, — тихо возразила она. — Не жалость. Я бы никогда не отнеслась к вам так. Понимание и сочувствие, да, но не жалость.

Всего несколько кратких мгновений назад он посоветовал ей прекратить убегать от того, чего она боялась, а сам? Николас вздохнул.