Опрометчивая сделка (ЛП) - Пауэлл Элизабет - Страница 5

Так будет лучше. Она пыталась найти место в книге, которую читала.

По-прежнему ли он…

Соблазн посмотреть был велик. Она взглянула через плечо.

Да, он продолжает смотреть.

Жар затопил ее в сотый раз за вечер. Почему это человек смотрит на нее так, и почему ее пульс ведет себя так странно? Маркиз был красив, очень красив, но что-то в его поведении смущало ее, и это было не просто то, что он чувственно смотрел на незнакомку, не было возможности не обратить внимание на его вызывающее очарование, как если бы он хотел привлечь внимание всего слабого пола. А он обратил внимание не на леди Элизабет, прекрасную незамужнюю дочь графа, а на нее, простушку вдову.

Как будто ее брак не достаточно научил ее, опыт Кит в Индии отточил ее способность идентифицировать опасных хищников, а этот человек был, безусловно, опасен. Она видела это в его уверенности, широких плечах, в расчетливой улыбке, изогнувшей подвижные губы. Он продолжал смотреть на нее из под соблазнительно наполовину опущенных век; она не смела посмотреть в эти удивительные карие глаза, или представить, как откидывает прядь волос цвета черного дерева со лба…

Милостивый Боже, что заставило ее думать о таких вещах? Она видела более десятка таких людей в Индии, знакомых мужа, который не постеснялись завоевать ее любовь, так почему же сейчас она ведет себя как полная дурочка?

— Миссис Мэллори, — позвала герцогиня, — может быть, вы исполните какой-нибудь отрывок на рояле. Я думаю, что вы найдете наш Бродвуд великолепным инструментом.

Кит тут же подняла голову, каждый пристально смотрел на нее. Опять. Она изобразила вежливую улыбку на губах.

— Я сожалею, но вынуждена сказать мадам, что мои музыкальные таланты посредственны в лучшем случае.

— Ну что ж, я буду играть, а вы можете петь для нас.

Кит увидела блеск в холодных глазах герцогини. Ощущение покалывания распространилась по всей шее.

— Я боюсь, мое пение ненамного лучше, ваша светлость.

— Ах, оставьте девушку в покое, Кэролайн, — упрекнула вдова. — Она здесь моя гостья и не должна чувствовать себя обязанной развлекать нас.

Герцогиня поднесла томно руку к горлу.

— Я стараюсь просто быть вежливой, бабушка. Ведь мы хотим, миссис Мэллори, чтобы Вы чувствовали себя здесь как дома, — она повернулась к мужу. — Разве не так, дорогой?

— Да. Конечно, — согласился герцог, его рот вытянулся в жесткую линию.

Пальцы Кит сжали книгу. Разве вдова не замечает предательских подводные камней в этих словах? Очевидно, нет. Или она собирается спасти ее от сражений с родными?..Кит надеялась на последнее.

— Признаюсь, я удивлена, миссис Мэллори, — добавила леди Элизабет. Она перекинулась понимающим взглядом с сестрой. — Я думала, каждая хорошо воспитанная молодая леди умеет играть на фортепиано и петь. Наверно, Ваши таланты лежат в… других областях.

Кит улыбнулась слегка.

— Совершенно верно. Я говорю на французском и итальянском сносно, хотя мой немецкий только начальный. За время моей жизни в Индии я научилась бегло говорить на хинди, немного на бенгали и немного на персидском языке.

Леди Элизабет слегка опешила.

— Понимаю… А ваши другие достижения? Вышиваете или рисуете акварели?

— Я всегда удивлялась, почему общество настаивает на оценке леди по ее достижениям. Если играть, петь и рисовать пресные акварели весь наш потенциал, то мы тупые существа, на самом деле.

— Я должна возразить, г-жа Мэллори, — сказала герцогиня беззаботно, — такие совершенные навыки отделяют благородных дам от женщин из низших классов.

— Можно было бы также утверждать, что умение читать служит той же цели. — Кит указала на свои книги.

— О… прекрасный ответ, дитя, — засмеялась вдова.

Кит улыбнулась. Дама действительно вывела ее из под удара.

Герцог нахмурился. Маркиз закашлялся, Кит готова была поклясться, что он пытался скрыть веселую улыбку.

— Вы имеете в виду, что вы предпочли бы быть синим чулком, а не леди? — прощебетала леди Элизабет.

— Я не понимаю, почему эти два понятия взаимоисключающие. Я никогда их не разделяла.

Ее светлость сделала пренебрежительный жест.

— Я вижу, что использование дамой научных навыков предпочтительней для миссис Мэллори.

— Так же, как я не вижу, почему научное исследование имеет меньшее значение, чем музыкальное искусство. Почему женщина не может быть умной или остроумной и не более того. Бог в своей бесконечной мудрости, дал нам каждому определенные таланты. Некоторые из нас должны были играть на пианино, а другие должны были изучать поэзию и философию.

Герцогиня поднялась с дивана, сжав губы.

— Ну, если вы спросите меня, все, это звучит довольно… революционно. Я заявляю, миссис Мэллори, скоро вы будете рассказывать нам, что вы сочувствуете французам. Ну, Лиззи. Я хочу играть, и мне нужно чтобы ты переворачивала мне страницы.

Две женщины пересекли комнату, потом сели вместе на скамейке перед клавишами рояля и склонились к друг другу в разговоре. Подчеркнуто игнорируя Кит, герцог повернулся к вдове с вопросом о ее планах на предстоящий сезон. А маркиз… Маркиз отделился от камина, пересек ковер и сел на стул рядом с Кит.

Он наклонился к ней, его глаза остановились на книге в ее руках. Кит почувствовала слабый запах его одеколона, мускуса с примесью цитрусовых, смешанный с сигарным дымом и запахом теплой кожи. Джордж всегда использовал воду «Империал» с довольно тяжелым запахом, утверждая, что это отпугивает москитов, а в результате этот аромат отпугнул ее. Странное сочетание запахов же у маркиза, однако, было целиком и полностью мужским. Она с трудом сглотнула.

— И что вы изучаете сейчас, мадам, поэзию или философию? — спросил он.

— Ах… поэзию, сэр. — ответила она, когда обрела голос, — господина Хартли Кольриджа.

— Кольридж? Не думаю, что раньше слышал его произведения. Вы бы не согласились почитать некоторые со мной?

Его глаза были цвета шоколада, дорогого и темного. Странно, но никогда прежде она не находила темные глаза настолько привлекательными.

— Не думаю, что вы любитель поэзии, милорд, — сказала она, вытирая незаметно внезапно вспотевшую ладонь о юбку.

— Вы были бы удивлены узнав какие вещи, я нахожу привлекательными, — пробормотал он.

Его дьявольская ухмылка заставила сердце Кит сделать странный скачок. Она посмотрела в сторону рояля. Герцогиня только что начала исполнение Моцарта «Рондо в турецком стиле».

— Я не думаю, что будет вежливо игнорировать выступление Ее Сиятельства, — сказала она, слегка затаив дыхание.

Болезненная гримаса промелькнула на лице маркиза.

— Я всегда думал, что техника Кэролайн несколько… энергична. Она не столько играет на фортепиано, сколько лупит по нему.

Кит прикусила губу, чтобы подавить внезапный смех.

— Я уверена, что она не оценит столь откровенную критику, милорд.

Он усмехнулся.

— Тогда мы сохраним это в тайне, не так ли?

Этот хриплый смех вызвал дрожь удовольствия у Кит. Она пыталась игнорировать ее.

— Я никогда не имела секретов, сэр.

— О, вы жестокое существо, миссис Мэллори. Я скажу правду, и Каро оторвет мне голову!

— Я несомненно ничего не буду рассказывать ей.

Лорд Бейнбридж поднял бровь, выражая сомнение.

— Можете ли вы дать мне слово по этому поводу?

Уголки ее рта опустились.

— Вы говорите так, как будто не доверяете мне, Лорд Бейнбридж.

Он протянул руку.

— Тогда пожмем друг другу руки по этому вопросу. Вы соглашаетесь хранить мои секреты, а я обязуюсь хранить ваши. О, это очень важно, мэм. Моя репутация в глазах моего двоюродного брата может пострадать. Я должен знать, что вы поддержите меня.

Она смотрела на его руку, на широкую ладонь и длинные пальцы.

— Но у меня нет никаких секретов, сэр.

— Нет, — он посмотрел с недоверием. — Замечательно. Ну, если у вас когда-нибудь они будут, я обещаю, что я буду охранять их, как скупой охраняет свой кошелек.