Склеп, который мы должны взорвать (СИ) - Вагнер Лара - Страница 34

Няня улавливает наш общий вздох, и сама себя обрывает.

— Ладно, не будем распространяться. Видим, вам совершенно не интересны наши красочные воспоминания. До чего же вы скучные… Итак, день пролетел незаметно, о чудесном ожерелье все как-то позабыли, оказалось много других впечатлений. А на следующий день… Мы потихоньку пробрались в комнату, отведенную фее Золотых гор, и устроили там маленький обыск. Только не надо нас поучать! Нам и так известно, что мы поступили не слишком хорошо. Но… нам так хотелось получить это милое ожерелье. В сущности, фея сама была виновата: если бы не пожадничала, и подарила нам одну бусинку, ничего бы не случилось. Мы и собирались-то сначала позаимствовать именно одну бусинку и уже начали развязывать шнурок… А он все не развязывался. Бусины распищались, начали протестовать… И тут мы заметили в окне, что к парадному входу приближается толпа гостей. Среди них была и фея Золотых гор. Вдруг она сразу зашла бы в свою комнату? Мы быстренько навели порядок, замели все следы. Схватили ожерелье и выбежали в коридор. Как же у нас горели уши и щеки! К счастью, никто навстречу не попался. Мы спрятали ожерелье под периной в своей спальне.

Фея обнаружила пропажу только на следующее утро. Ну и скандал она закатила… До сих пор неприятно вспомнить. Сестра тоже ужасно расстроилась и разозлилась. По всему Аверхальму разнеслась бы весть, что в ее доме у гостей крадут ценности. Что оставалось делать? Не обыскивать же почетных гостей! А в честности слуг сестра не сомневалась. Фея заявила, что с места не тронется, пока ей не вернут ожерелье. Праздник был испорчен. Прошло еще два дня, а потом один маг предложил помощь. У него с собой имелся амулет для поиска потерянных вещей. Насчет поиска украденного маг не был уверен, но оказался не прочь опробовать амулет в деле. Сестра с радостью согласилась. Ведь под угрозу была поставлена ее репутация. Мы случайно подслушали разговор, сестра и маг нас не заметили. Маг вытащил из кармана железный амулет и опустил на пол. Амулет был сделан в виде маленького уродливого человечка. Тот встал на короткие ножки и выбежал из зала. Вот тут мы по-настоящему испугались… Размышлять было некогда.

Мы домчались до черного входа… В спальне вытащили ожерелье из-под перины и побежали на чердак. Вернее, на последний этаж под самой крышей. Там было несколько комнатушек для слуг. Не отдавая себе отчет, что делаем, заскочили в первую попавшуюся комнатушку, сунули злосчастное ожерелье под подушку. Шнурок зацепился за спинку кровати и порвался. Мы собрали рассыпавшиеся бусины, их тоже спрятали под подушку. Только одна бусина закатилась в щель. В последний момент Фиррандезиль ее подобрала и положила в карман. Едва мы успели выскочить в коридор и спрятаться за углом, как послышался звук шагов и голоса. Появились маг, сестра и еще несколько гостей. Впереди компании бежал железный человечек. Он приблизился к двери, которую мы только что захлопнули и попытался ее открыть. Сестра открыла дверь, человечек прошмыгнул внутрь, за ним проследовали остальные. В следующее мгновение из комнат раздались громкие восклицания. Ожерелье нашлось.

— И в чем прикол? — спрашивает волшебник.

— Мы подложили ожерелье своей самой преданной служанке. Майта любила нас всей душой, была такой славной и доброй девушкой… Когда ее позвали к сестре, Майта даже не оправдывалась, настолько была потрясена свалившимся обвинением. Сестра велела ей убираться из замка. Сказала, что даже наказывать не будет воровку, так она ей противна. Пусть только скроется с глаз долой. Мы хотели вмешаться… Даже признаться хотели… Но… не решились. Все произошло слишком быстро.

Майта молча вышла из комнаты. А через полчаса ее обнаружили на чердаке повесившейся… Бедная девушка!

Няня вынимает из сумки платок и утирает слезинку в уголке глаза.

— Нам было так ее жаль! Но ничего уже нельзя было изменить… Когда сегодня услышали историю несчастной Станны, сразу вспомнили об этом ужасном случае. А ведь раньше он словно изгладился из нашей памяти.

— Быстро сработало, — отзывается волшебник. — Я уж думал, придется еще долго всякие легенды и байки травить, прежде чем что-то натолкнет вас на догадку. А бусины потом рассказали правду?

— Нет. Мы очень этого боялись, но бусины помалкивали. Хотя фея их расспрашивала, конечно. Возможно, они были заточены только на развлечения, а когда дело коснулось чего-то серьезного, то не смогли ничего сообразить и осознать. Хотя и возмущались поначалу. Никто так и не узнал истины. Все считали, что служанка покончила с собой из-за позора и раскаянья.

— А вы сами-то раскаивались?

— Разумеется, но мы ведь не могли предвидеть последствий. Мы же не хотели никого погубить. Гости потихоньку разъехались, мы с сестрой тоже покинули замок. А через некоторое время происшествие стало забываться. Постепенно совсем забылось…

— Я бы вам своих детей на воспитание точно не отдал, — говорит палач.

— Причем тут это? Мы превосходно справляемся с обязанностями няни, дети Кирилла нас обожают. А у тебя, кстати, нет детей.

Волшебник добавляет:

— Я одного не понял — почему наказание вас настигло всего год назад? Служанка ведь повесилась уже давно.

Няня пожимает плечами.

— Наверное, из-за того, что мы выкинули ту бусину, которая у нас осталась. Фея Золотых гор в суете не стала пересчитывать бусины, а может и не обращала внимания раньше, сколько их. Бусина много лет валялась на дне шкатулки. Мы сначала не решались ее достать, а потом начисто забыли про нее. Когда жили в деревянном замке вместе с Кириллом, однажды случайно заметили бусину, но так и не вспомнили, откуда та взялась и что с ней связано. Она стала такой некрасивой, сморщенной, будто засохшая ягода. Фарринлазель взяла и выкинула ее в окно.

Мда, отвратная история, даже сказать тут нечего. Один поэт, мне кажется, ничего не понял, поскольку не слушал толком. По своему обыкновению витал в облаках. Вот и теперь любуется светло-серыми завитками в небе. Наверняка что-то сочиняет.

— А на следующий день мы уже снова оказались в квартире Кирилла. И только сейчас до нас дошло, в чем дело, — подводит итог няня.

Принц звонко чихает.

— Ну, хватит. Погуляли — пора и по домам, — говорит волшебник. — Во всяком случае, не зря сегодня собрались. Так сколько бусин было в ожерелье?

— Двадцать три.

Глава 28

— Смотаешься на оптовку и хавчик закупишь. Хоть какая-то польза от тебя будет, — приказным тоном говорит Николай поэту. — На сороковом автобусе доедешь до конечной, а там увидишь, куда свернуть. Всегда народ в ту сторону ломится.

— Ну, если надо…

— Не мычи, собирайся давай. Если бабки общаковские пропьешь, смотри мне…

Подвальный вождь замахивается, но кулак останавливается на довольно значительном расстоянии от физиономии поэта. Замах несет лишь предупредительное назначение.

*****

Я, можно сказать, с радостью принял приглашение поэта составить ему компанию. Надо же иногда отвлекаться от унылого бытования и мрачных размышлений. Как разрешить почти неразрешимые сложности, связанные с нашим общим делом? Вроде бы движемся прямиком к цели, однако с каждым новым шагом, новым знаком и признанием одолевают сомнения. Лично меня сомнения терзают все сильнее, не знаю, как остальных. Вдруг мы выбрали абсолютно ложный путь? Ведь ищем ключи-цифры наугад. Не исключено, что упремся в намертво заколоченную дверь, и придется начинать неблагодарный труд сначала. А времени до наступления холодов совсем мало, если верить календарю на одной из стен подвала. Я не заметил, когда и кто его повесил. Казалось бы, зачем бомжам следить за сменой дней и недель? Ведь для них это не имеет такого важного значения, как для обычных горожан с их планами и обязательствами. Какие уж тут планы и обязательства, когда существуешь за гранью нормальной жизни? Тем не менее, календарь висит, напоминая мне, что множество дней утекло впустую.