Склеп, который мы должны взорвать (СИ) - Вагнер Лара - Страница 43

— Кстати! — внезапно произносит поэт, остановившись перед стеклянным павильончиком, вход в который надежно закрыт белым полотном из металлических полосок.

Что он имеет в виду? Подтянувшиеся к нам Клара Рудольфовна и ведьма тоже недоумевают. Поэт самодовольно улыбается.

— Вам это ничего не напоминает? Вернее, никого?

За стенами павильончика можно разглядеть развешанное на вешалках и напяленное на манекены дамское белье. Манекены — без рук, ног и головы — будто обрубки женских тел. Какая связь с нашей целью?

****— Да вот же!

Поэт тыкает указательным пальцем в единственный манекен, который выглядит относительно прилично. У манекена имеется голова с серебристым паричком и небрежно завязанный полупрозрачный халатик. Кажется… отдаленно напоминает фею Полуденных снов с ее длинными, струящимися серебряными волосами и бледно-лиловой мантией.

— Ты полагаешь?..

— Ну да! Похожа слегка.

Что ж, это уже кое-что. По крайней мере, возникла некая надежда. Досадно только, что внутрь попасть невозможно. Не топтаться же здесь битый час.

— Она вышла, — по собственно инициативе сообщает нам продавщица из павильончика напротив. — Минут через сорок подойдет, сказала.

Ну, ничего, вернемся позже.

— Давайте пока в кафешке посидим, — предлагает поэт.

— А я пойду домой, — говорит ведьма. — Меня уже Люси заждалась, и еще соседка должна заглянуть. И слишком уж тут непривычно для меня. Вы ведь сегодня все равно никуда не отправитесь?

— Нет, конечно. Не бойся, если будем возвращаться в Аверхальм, то только все вместе.

Получив очередное уверение, что ее не бросят одну в Городе, ведьма прощается и семенит к лестнице. А Клара Рудольфовна ставит шуршащие пакеты на пол и достает из сумки телефон.

— Сейчас позвоню нашим…

Заканчивает разговор и объявляет:

— Они ничего не нашли. Скоро подъедут сюда.

******

Мы уже давно прижились в кафе, в просторном помещении без лишних претензий, расположились за большим столом. Я — на пустующем пластиковом блюде. А участников второй группы до сих пор нет…

Наконец появляются. Все трое злые, мрачные и нахмуренные. Готов биться об заклад: во время исполнения ответственного задания они успели несколько раз переругаться вдрызг.

— Похуже забегаловки не нашли? — недовольно бросает принц.

Однако тут же опускается в красное пластиковое полукресло и берет одноразовый стакан, который протягивает ему поэт. Горячий сладкий кофе, бутерброды с сыром и колбасой — именно это сейчас нужно, чтобы восстановить силы. А критику можно отложить на потом.

Волшебник присаживается рядом.

— Мы устали, как собаки. Там шестиэтажный муравейник, больше двух сотен фирм, и ни одной зацепки.

— А у нас нашлась одна зацепка, — со скромной гордостью сообщаю я. — На этом же этаже, кстати. — Хотите посмотреть?

— Я — пас, — отзывается принц. — Ноги не идут уже.

Палач тоже не проявляет энтузиазма.

Волшебник неохотно поднимается с места.

— Хорошо, пошли взглянем, раз недалеко.

Мы с ним вдвоем следуем по направлению к павильону, за стенами которого притаилась предполагаемая фея. Вернее, ее убогая копия. По дороге рассказываю волшебнику, почему нам показалось, что это ключ к разгадке.

— Погоди, я телефон достану. А то буду выглядеть как псих, который сам с собой разговаривает.

— В этом городе никто ни на кого не обращает внимания.

— Вообще ты прав, — соглашается он.

Павильончик открыт, и мы с волшебником заглядываем внутрь. Большая часть манекенов-обрубков полностью обнажены, на полках и на полу — раскрытые коробки, наполненные мягкой рухлядью. Наш манекен остался без парика. Лысая голова выглядит жалко и уже не напоминает красавицу фею. Сиреневый халатик валяется на прилавке, а на манекене осталось лишь розовое нижнее белье. Какое унылое зрелище!

Рядом коренастая женщина с широким красным лицом запихивает товар в одну из коробок. Кажется, женщина слегка пьяна. При виде волшебника распрямляется и предлагает:

— Мужчина, купите что-нибудь на подарок! Сегодня последний день торгуем. Завтра уже закрываемся, аренда дорогая слишком. Просмотрите, какая прелесть!

Она сует свои толстые пальцы под розовое кружево. Растягивает его, пластиковое бедро манекена оголяется.

Волшебник скептически наблюдает за ее действиями.

— Нет, спасибо.

— Ну и ладно, — охотно соглашается торговка. — На вас дамочки и так наверняка вешаются, без подарков. Такой видный мужчина… Мы в другом центре теперь торговать будем, в районе Старой фабрики. Заглядывайте, если вдруг в тех краях будете. Вот визиточка.

— Непременно.

Она протягивает волшебнику кусочек тонкого картона и снова принимается за укладку, бросает в коробку сложенный сиреневый халатик. Как не похож он вблизи на мантию феи Полуденных снов!

Когда мы возвращаемся в кафе, палач осведомляется:

— И что там?

— Тухлый номер.

— Я так и знал, — с мрачным удовлетворением подводит итоги принц.

Завтра я лично отправлюсь в офисный центр. Уверен: эти трое пропустили нечто важное…

Глава 35

«Шестиэтажный муравейник», говорите? «Больше двухсот фирм»? Что ж, волшебник не преувеличил. Всевозможных контор в запутанных коридорах офисного центра «Арвис» действительно до… Впрочем, не буду уподобляться местным жителям и некоторым аверхальмцам, перенявшим их излюбленные вульгарные выражения. К чему опускаться до такого уровня? Хотя контор в этом центре точно развелось слишком много. С самого начала здание из желтого кирпича мне не пришлось по душе. Вчера было гораздо приятнее путешествовать по торговой территории. Хоть какое-то разнообразие лиц, тел, вещей, окружения. Яркие краски, голоса… А здесь в царстве офисной скуки обстановка гнетущая. Пустынные коридоры, только иногда промелькнет какая-нибудь тусклая девица или худосочный юнец с чашкой или белым чайником в руке. К тому же «Арвис», в отличие от «Пяти слонов», на мое появление никак не откликнулся. На входе не было сообразительных стеклянных дверей, способных меня приветствовать и уловить мою ауру. Визит остался незамеченным примитивной металлической дверью. Пришлось битый час торчать на крыльце, пока не появилась толстая дама в коротком лиловом пальто, вслед за которой я проник внутрь. Поднялся по лестнице, следуя за чудовищными ляжками, обтянутыми белым, колыхающимися над глянцевыми голенищами сапог. Не слишком триумфальное прибытие. Все это слегка сбивает решительный настрой.

А на что я рассчитывал? Что тайна ключа, подкинутого нам неизвестным, немедленно раскроется, стоит мне появиться здесь? Покорно ляжет к моим ногам? Да у меня и ног-то пока нет. Самонадеянные мечты… И все же хочется верить, что нынче мне все удастся. Ведь никто не будет отвлекать, что уже радует. Если сегодня не получится обнаружить след, придется обратиться к еще одной версии, связанной с Валерьяном. Остальные встретили дополнительную возможность с раздражением. Но я не обязан под них подстраиваться, в конце концов.

… Уже четвертый этаж. И ни одной зацепки. Да, теперь понимаю, почему волшебник с принцем и палачом вчера так вымотались. Ведь все вывески надо внимательно рассмотреть, да еще и попытаться поникнуть внутрь. Разумеется, это не всегда удается. Только если дверь в офис открыта или кто-то входит или выходит. Жаль, я не умею просачиваться сквозь стены. Это умение сейчас очень бы пригодилось…

В мешанине закутков и коридоров проклятого четвертого этажа разобраться невозможно! По сравнению с этим хаосом, на предыдущих этажах все было логично и правильно. Эту дурацкую рекламу я уже видел, причем три раза… Зависаю в очередном тупике с ядовито-зелеными стенами. Что-то он мне напоминает…

ИСТОРИЯ О ЛЕСНОМ ЛАБИРИНТЕ, КОТОРАЯ СЛУЧАЙНО ВСПОМНИЛАСЬ

В одной благодатной и тихой местности на западе Аверхальма жили два брата. Просторный дом вместе с участком земли достался им от родителей. Старший брат был художником… Работы ему хватало. В те времена пошла мода на картины, написанные на комодах, деревянных ларцах или просто на гладких досках. Все более-менее зажиточные семьи хотели, чтобы их жилище украшала хотя бы одна такая картина. Там обычно изображались заказчики в окружении влиятельных фей, волшебников или духов. Смотрелось все это неплохо, однако старший из братьев (его звали Вилберн) считал свои работы пошлой мазней. Слишком однообразными казались вкусы у заказчиков. А уж когда его просили обновить вывеску какой-нибудь таверны или нарисовать на ее стене незамысловатый натюрморт, Вилберн вовсе впадал в уныние, и тогда у него все валилось из рук. Хозяйством занимался младший брат Мэтт. В свободное время он плел корзины и столярничал. Того, что зарабатывали братья, вполне хватало на безбедную жизнь. Возле дома был плодовый сад, на лугу паслись их козы и гуси.