Склеп, который мы должны взорвать (СИ) - Вагнер Лара - Страница 46

— Ты имеешь в виду ту историю с Мадрофом?

— Верно. В сущности, ничего страшного Линео не сотворил, просто оказался малодушным и нерешительным. Это ведь не преступление. Зато появился предлог, чтобы его примерно наказать… Мальчишке тяжко здесь пришлось, особенно в первое время. С каждым днем все глубже затягивался в трясину… Для него лучше было бы начисто забыть, через что пришлось пройти. Но сделанного не вернешь. Знаешь, я даже слегка раскаивался, что забросил его сюда. Пытался вернуть в Аверхальм, но… у меня ничего не получилось. Да, я не всемогущ и всегда готов признать свои промахи. И тогда я решил переместить в Город еще кого-нибудь, чтобы поддержать Линео, пока тот окончательно не впал в отчаянье. Это было проще, хотя тоже удалось не сразу, примерно через год.

— Волшебник?..

— Да. Он очень вовремя накуролесил с этим своим демоном, так что сам напросился. Из-за него погиб такой выдающийся человек, как Торрин. Чудовищная потеря для всего края! Торрина не слишком ценили при жизни, обычные люди не понимали, какое счастье — жить с ним в одно время… А волшебник мог сообразить, что таких подвижников надо беречь, для этого он достаточно умен. Хотя в целом я особых претензий к волшебнику не имею. Просто жизнерадостный развратник, в любых условиях останется на плаву. И сам кайфует, и другим позволяет ловить кайф. Он тебе здорово помог в поисках, кстати. Без него вы бы еще долго копались. Хотя тебе было не по вкусу, что в команде появился, так сказать, неформальный лидер. Не терпишь конкуренции?

— Вовсе нет, с чего ты взял. Погоди, а как насчет меня? Кем я был в Аверхальме? Зачем ты стер мою память? Это ведь ты сделал?

— Сколько вопросов сразу. Потерпи еще немного, скоро все узнаешь… К сожалению, волшебник с принцем тогда так и не встретились в Городе. Впрочем, потом я как-то упустил их из виду. Возникли другие заботы. Я же не могу посвятить всего себя аверхальмским делам. Ну, а дальше появился новый кандидат на переброску… Кстати, ведьма угодила сюда по весьма сходной причине, что и волшебник. Ребенок, зачатый глупой деревенской девчонкой от проезжего торговца, мог бы стать личностью уровня Тиррена. Великим ученым, способным буквально перевернуть жизнь всего Аверхальма. А из-за ведьмы, согласившейся устроить выкидыш, он даже не родился. Ведьма получила по заслугам.

— А почему ведьма преобразилась внешне? Только она…

— Хозяйка ее нынешнего тела все равно должна была умереть в ту ночь. Вот я и подумал, что не нарушу общей гармонии, если закину ведьму в тело старухи. Небольшой эксперимент. Так и пошло каждый год, я прямо втянулся в процесс. Никого не наказывал без достаточной причины, тут вы должны отдать мне справедливость. Насчет феи оказалось неожиданно для тебя, не так ли? Она ведь единственная сотворила то, что сотворила, абсолютно сознательно. До чего обманчива женская нежность и беззащитность! Под ней порой скрывается бездна мерзости.

****Мне совершенно не хочется обсуждать фею и ее прошлое. Я как-нибудь разберусь сам, без указаний со стороны посторонних.

— Феи-няни тоже хороши. Безмозглые пустышки, их интересуют только чувственные удовольствия. Ради этого готовы не только отца у детей отнять, но и на что-нибудь похуже решиться. Старшая сестра их избаловала, поэтому они и выросли такими.

— Ты прямо женоненавистник.

— Ошибаешься. Мужчины, по моему мнению, ничем не лучше. Люди в целом не особо приятные существа. Хотя встречаются редкие исключения…

— Например, ты?

— Не зарывайся, — бросает он. — Помни, что ваши перспективы зависят от меня, и вы еще не дома. Ладно, оставим эту тему. Раз уж вы вовремя подсуетились… А то я завтра уезжаю в командировку. Пора бизнес в регионах развивать. В целом вы неплохо сработали вместе, я доволен.

— Следил за нами?

— Иногда.

Любопытно, каким образом происходила слежка. На столе, напротив Судьи-Судьбы находится плоский экран на подставке. Сейчас он черный и пустой, но мне известно, что подобные устройства способны оживать и показывать движущиеся картины реальности. Может, и наши метания отражались на этом экране?

— В принципе, завтра вечером можете отправляться. Только вам предстоит решить еще одну, финальную загадку.

— Опять?!

— Ничего сложного. Вы должны взорвать склеп…

— Послушай, это уже чересчур, мне кажется.

— Почему же? Намечается очень эффектное и поучительное зрелище. Сначала совместными усилиями построите, а потом взорвете склеп, где покоятся ваши былые ошибки, заблуждения и преступления. Чтобы потом начать все заново на родине. Вам не придется строить склеп из настоящих камней. Впрочем, сами разберетесь на месте. Мне нравится замысел. А загадка состоит в том, чтобы отыскать площадку для склепа. Но эта загадка простая совсем. Надо быть законченными тупицами, чтобы не догадаться. Вот тебе последнее число:

ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ

Все элементарно. Можешь прямо сейчас приступать к поискам.

Он встает из-за стола, вытаскивает из шкафа короткий плащ, набрасывает на плечи.

— Завтра еще раз вернешься сюда, и я вас отпущу. Мы сейчас вместе покинем офис, ты не против? Я на обед, в офис уж сегодня не вернусь. Надо в командировку собраться и еще кое-что утрясти.

Уже на улице он подходит к золотистому авто, напоминающему по очертаниям черного монстра принца. Однако благодаря окраске машина моего нового знакомца выглядит не так агрессивно. Судья-Судьба кладет руку на дверцу, тихо говорит:

— Завтра жду тебя в первой половине дня. Сообщишь о разгадке, и я вас всех отпущу. Даю слово.

— Подожди! А если не получится разгадать…

Он улыбается одними уголками рта, глаза остаются пустыми и равнодушными.

— Ничего страшного. Я месяца через два-три вернусь из командировки.

— Нет!!! Я справлюсь.

— Ну-ну.

Глава 37

Разгадка почти очевидна… Только последний тупица не сообразит.

Сегодня на главной пешеходной улице не так многолюдно, как в прошлый раз, когда мы были здесь с поэтом. И экзотических музыкантов тоже не видать. Возможно, отправились в родные края, ведь здесь уже становится заметно прохладнее, с каждым днем в воздухе чувствуется приближение холодов. Мы тоже совсем скоро покинем этот город…

Прохожих все же хватает, приходится лавировать между группками людей, хаотично фланирующих по тротуару. Обрывки музыки, доносящейся из кафе и магазинчиков, обрывки фраз. Кто-то смеется, кто-то болтает по телефону. Да какое мне дело до этой чужой и чуждой жизни, которая уже в ближайшее время станет бесконечно далекой…

Фонтан с круглой чашей, в которой давно нет воды, рассевшиеся вокруг фонтана бронзовые дракончики… На голой ветке низкорослого кустарника торчит пальцами вверх черная перчатка. Кто-то поднял ее, потерявшую хозяина, и заботливо разместил на ветке. В прошлый раз на кусте еще держались листья, а теперь они осыпались… Вовремя мы подсуетились, как сказал Судья-Судьба. Страшно подумать: если бы я сегодня не совершил этот прорыв, мы были бы обречены зимовать в городе.

Моя цель уже видна — стройный белый силуэт башни возносится ввысь… И сам я тоже нынче настроен на возвышенный лад. Имею полное право, между прочим. Бестолковый поэт помешал мне дочитать описание до конца, потянул к своим разгульным друзьям. Так что точные цифры мне пока не известны. Но наверняка догадка верна. Самое высокое старинное здание в городе… И самое прекрасное… Каменное кружево, стрельчатые окна, таинственная тьма арки…

Наконец-то я рядом. И рядом с застекленной витриной тоже… Вот она, последняя, самая важная строка:

ВЫСОТА БЕЛОЙ БАШНИ СОСТАВЛЯЕТ 76, 5 МЕТРОВ

Позвольте, как же так?! При чем здесь число, названное Судьбой?

Двадцать четыре… Ничего общего. Высота на двадцать четыре не делится, между этими числами ни малейшей связи… переворачиваю их так и эдак… Считаю ярусы, окна, колонны… Бесполезно. Все бесполезно.

Вот так и умирают надежды. Вернее, подыхают в страшных мучениях, скорчившись на замощенном плиткой тротуаре.