Отбор. Дыхание ледяного дракона (СИ) - Санд Марина - Страница 10

Мысли о спасении, о принце Дэриле, об их плане куда-то улетучились.

Она на время забыла, зачем разыгрывала спектакль.

Скопившееся напряжение, с большим трудом сдерживаемая ненависть, сильное огорчение выплёскивались из неё ещё и ещё.

Вскоре невесты и драконы были измазаны в завтраке: сначала их обкидывала Лея. Потом все они, не желая оставаться в долгу, брали с неё пример. Девицы целились в заклятых подруг и соперниц, искры летели из глаз невест.

Мужчины хохотали, не особо уворачивались от снарядов. В ответ бросали тарелки, скорее всего, за компанию.

— Лея, немедленно прекрати! — тоном взбешённого правильного мальчика потребовал Эрид.

— Зара, остановись! — рычал Хорн.

Верзила был сильно растерян, не знал, как унять милую его сердцу девушку.

Поднялся такой шум, что их голоса различали с трудом. Несколько невест выясняли отношения: с визгом вцепились друг другу в волосы.

— Кажется, они хотят сами провести ритуальный бой, оставив не при делах дракона, который им обеим понравился, — вслух подумала Рута.

Она единственная сохраняла спокойствие и почти не испачкалась. Несколько блюд в неё нечаянно кинула Лейка. Но та увернулась, хотя подол нарядного красного платья загваздался в креме.

— Катись в бездну! — одновременно выпалили Зара и Лея, чувствуя одно и то же: неконтролируемую ярость.

«Вот это мне гораздо больше по душе! — думала Лопатина, швыряя подносом с блинами в липучку-брюнетку. — Когда борешься, хотя знаешь, что не победишь, чувствуешь себя живой...»

— Лея! — злобно позвала та же жрица.

Девушку опять скрутило от боли, да так, что она с криком упала на сочную зелёную траву.

— Прекратите! — грозно окрикнул Джейден.

— Тварь! — Зара обегала стол, спеша к подруге.

— Не перечь мне, мальчик, — отмахнулась от него старуха. — Пока что о них заботимся мы.

— По-вашему, так выглядит настоящая забота? — обманчиво спокойно спросил Джейден. — Не удивительно, что невесты считают нас всех чудовищами. Вы предстанете перед императорским судом, госпожа Лота.

— Ты как, цветочек? — Зара подняла Лею с земли, заботливо прижала к себе.

— Страшно, — прошептала Лейка. — Очень страшно.

— Мой тэйденли, это невозможно, — Марготта прибежала откуда-то из глубин парка. Она запыхалась от бега. Её лицо покраснело, несло отпечаток сильной тревоги. — Жрицы не судимы. Это древний обычай предков.

— Вам ведь нечего бояться, госпожа Марготта? — Джейден посмотрел на неё в упор. Под его колким и пронизывающим холодом взором пронырливая женщина смяла подол платья.

Совсем как виноватая школьница! В напряжённом воздухе запахло опасностью. И опасность эта впервые исходила не от жриц.

— Разумеется, нечего, — Марготта гордо вздёрнула подбородок.

— На твой город напали? — Хорн приблизился к Заре. — Много людей погибнет?

Сел на корточки поодаль, на безопасном расстоянии. Так, чтобы быть рядом, но не получить кулаком в челюсть.

— Наконец-то догадался, — недовольно буркнула Зара, прижимая к себе Лейку как маленького ребёнка.

— Мы поможем, — твёрдо произнёс Хорн. Его глаза-провалы будто обещали исполнить сказанное любой ценой.

— Звучит утешительно, — Зара отвернула лицо в сторону. Так, чтобы не смотреть на него. — Вам нет дела ни до кого. Ледяные никогда не вмешивались во внутреннюю политику моего мира.

— Милые девушки, — Хорн встал, заговорил преувеличенно бодро. Несколько невест подмигнули ему. Лея про себя удивилась, что они совсем не боятся жуткой внешности. — Приносим вам извинения. Все присутствующие тут драконы действительно подзабыли о том, что мужчину украшают поступки, в первую очередь. Мы убережём город Зары. Что скажешь, Джейден? — весёлым тоном окликнул Хорн.

— Я за любой переполох, кроме голодовки, — беззаботно отозвался тот.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Нас всех наказали из-за тебя! — визгливо повторила уже в десятый раз липучка-брюнетка. Лея так и не выучила её имя.

Вернее, имя было ещё более заковыристым, чем у господина Таа... Как его там? А, неважно! Лопатина два раза называла девушку Джолиной, три раза — Катлин, и один раз — Катя. Последний вариант вызвал у иномирянок бурный восторг: они так смешно и забавно, долго-долго, на одном дыхании протягивали букву «а» — Ка-а-тья. Липучка краснела от злости и, судя по выражению её лица, строила планы мести.

А Лейка, наконец, задумалась о том, какого чёрта она тогда взбесилась? Подумаешь, несчастная девушка захотела понравиться старшему принцу. Вон, даже Хорн и тот нашёл поклонниц. И даже его жуткие чернильные глаза-провалы охотниц на женихов не отпугивали.

Взвесив всё хорошенько, Лея решила, что в ней просто взыграло задетое женское самолюбие. Было весьма неприятно видеть то, как мужчина, вчера выделявший из всех тебя одну, сегодня заигрывает с другой. Да, где-то в глубине души Лейка даже почувствовала себя особенной. Совсем как в детстве, когда бабушка Фаина Ивановна пошила ей платье. Лопатина хвасталась перед одноклассницами, что такого больше нет ни у кого. А на следующий утренник в школе Маруська пришла в очень сильно похожем платье.

С тех пор Лейка поддразнивала Крысину из-за нелепой фамилии. Окончив школу, поняла, что её фамилия звучит тоже не как Шанталь, а дело-то было в треклятом платье.

Вернее, в хрупком ощущении себя как принцессы, единственной такой на свете девочки, которое было разбито вдребезги. Вот и с липучкой и Джейденом произошло нечто похожее.

— Все, — Мирта выделила интонацией это слово, — вели себя несдержанно, Катджалина, — с милой улыбкой сделала замечание жрица.

Лейка позавидовала отменной памяти женщины.

«И как только язык не сломался? Что такая доброжелательная женщина позабыла среди жриц?»

Зара уколола палец об иголку: сразу видно, за занятием, «которому пристало уделять много времени девице с чистыми помыслами», выражаясь словами Марготты, она упражнялась в первый раз в жизни. Может, во второй в лучшем случае; Лейка подозревала, что Зару всему учили наравне со старшими братьями.

Сразу после завтрака невест вернули в Небесный замок, раздали наборы для вышивания, сделав строгий выговор. Марготта долго говорила о высоких понятиях, вроде скромности и послушания. Впрочем, её особо никто не слушал. Разве что последнюю фразу про то, что совместных приёмов пищи с драконами больше не будет. Ни завтраков, ни обедов, ни ужинов.

— Конечно, не будет. Одна из них впервые предстанет перед императорским судом. Ну ты даёшь, цветочек! — шептала на ухо Зара. — Позавтракали, блин...

— Она сама виновата. Пытала меня. Это чересчур! — отвечала Лопатина.

— Знаю, я шучу. Улыбнись. Скоро этот улей основательно встряхнут, — Зара с деловитым видом пыталась вдеть нитку в иголку.

— Всё из-за тебя, — без конца повторяла липучка, действуя на нервы.

Лея путала её имя снова и снова. Иномирянки забавно протягивали: «Ка-а-тья».

— Нас всех наказали из-за тебя!

— Извини, — Лопатина пожала плечами. Ссориться с девушкой не было смысла.

— Мы ведь уже говорили об этом, Катджалина, — мягко, убеждающе проговорила госпожа Мирта. — Все невесты были несколько несдержанны.

— Да, ты вцепилась в волосы Джаэль, — напомнила ей Рута.

— Разговоры, — Марготта прохаживалась меж рядами девушек из стороны в сторону. Верховная напоминала цепного пса, готового в любой момент перегрызть врагу горло. Жадно впиться в глотку, выдирая плоть с мясом.

Удивительно, но к магии она не прибегала. Разве что вначале, когда велела девушкам вышивать до заката.

Занятие это было нудным до зевоты. Лейка слушала разговоры невест про «крестиком» и «гладью», и чувствовала себя безграмотной крестьянкой, которая деже читать не умеет. В наборе был листок, однако Лопатина не поняла ни буквы. Витиеватый драконий язык — неразборчивые каракули, сильно похожие одна на другую — в её голову жрицы не вложили, как выяснилось.