Крылатый отбор (СИ) - Логоша Кристина - Страница 6

Мое путешествия займет меньше суток, и в билете не предусмотрено место для отдыха. Из рассказов путешественников знала, что многие отказываются от комфортабельных кают, чтобы сэкономить на билете.

Гудение турбин перебивал необычный крик птиц. Такого я никогда не слышала и решила прогуляться к источнику звука.

Внезапно мимо меня пробежали стаей куры, каждая была окрашенная в яркий цвет: зеленый, желтый и розовый… Они украсили собой палубу. За ними гнались мужчины в строгих костюмах. Их неловкие попытки поймать беглецов рассмешили пассажиров. Даже мои уста тронула улыбка, когда один из ловцов растянулся по полу в провальной попытке поймать оранжевую птицу. Шустрое пернатое сделало крюк и закрутилось у моих ног. Молниеносно я поймала диковинку, крепко сжав ее в руках.

— Низкий вам поклон, госпожа, — мужчина поднялся и подошел ко мне. Худощавый, низкого роста, в круглых очках с выпуклыми стеклами. Он молод, но уже появилась залысина, а лоб исполосован морщинами. — Мы только вернулись из экспедиции с редкими образцами птиц, а какой-то негодник открыл клетки и выпустил их. Александр Воробушек — орнитолог, ученый и путешественник. Можно… — он взял из моих рук курицу и передал ее своему помощнику.

Птицу забрали и отнесли в сторону багажного отдела.

— Софья Лебедянская, — представилась я.

— Рэтта? — у Александра загорелись глаза.

— Да, — ответила смущенно.

— Неимоверно! Мне сегодня везет вдвойне, — ученый полез во внутренний карман своего камзола и извлек блокнот в кожаном переплете. — Софья Лебедянская. Продолжайте.

Я непонимающе уставилась на него.

— Что продолжать?

— Ох, простите меня, я не пояснил. Я же ученый и, помимо исследовательской деятельности, собираю информацию о родословных рэтт. Вы же знаете, что сейчас почти не встретить рэтту семейства лебедеобразных. Большинство переродились в неар, смешались с другими видами и потеряли свою магическую аутентичность. Позвольте мне науки ради разузнать побольше о вашем виде, Софья?

— Я даже не знаю…

— Поступим по-другому, я оставлю вам свои координаты в Савойе, и когда вы будете в столице, обязательно навестите меня в Институте Науки, — Воробушек написал адрес на листке, вырванном из блокнота, и протянул его мне. — Если нам не удастся увидеться, я оставлю вам свой адрес, вы мне напишете, и мы договоримся о встрече. Софья, ваша семейная история очень важна для науки. Пожалуйста, свяжитесь со мной обязательно.

— Хорошо.

К Александру подошел один из помощников и доложил, что одну из птиц не удается найти. Встревоженный ученый откланялся и отправился на поиски пропавшего экземпляра. Немного постояв у иллюминатора, я решила прогуляться. С интересом рассматривала пассажиров, ресторан для состоятельных господ, прошлась вдоль кают и дошла до рубки пилота.

Хотела уже возвращаться на террасу, когда услышала разговор двух бортпроводниц. Я бы не заострила на нем свое внимания, если бы не знакомые имена.

— …Татьяна Стриж — фаворитка отбора. Говорят, император Марьян уже и предложение ей сделал. Тем девушкам, которым придет от него приглашение, ничего не светит. Даже пытаться не стоит.

— Я слышала, что у стервятника тоже есть предпочтения. Обеим дочерям князя Грифонского пришло приглашение на Крылатый отбор. Они из одного клана, а значит наследник у Гавриила родится рэттом. А вот от брака Марьяна и Татьяны Клест появится неяр. Говорят, по закону император не может быть неяром.

— Не будьте так наивны, законы переписываются. Если Марьян и дочка канцлера поженятся, что им мешает переписать закон? Тут, дело ясное, можно и не ставить на судьбу Марьяна.

Поймав на себе мой взгляд, девушки замолчали и скрылись за дверью с табличкой «Вход для персонала». Мне стал понятен ультиматум Гавриила — он переживает, что Марьян может обставить его на пути к власти. Вот только поставил он не та ту девушку. Боюсь, его ждет серьезное разочарование. Впрочем, на отборе я буду не одна, и есть шанс, что Марьяну понравится другая.

Я поставила чемодан на пол и села на лавку. Стала осматриваться по сторонам. Чем ближе мы были к столице, тем больше я чувствовала себя белой вороной. На борт поднимались новые пассажиры, и их внешний вид сильно контрастировал с моим: утонченные грациозные барышни в летящих платьях, с завитыми волосам против моей косы до пояса и серого рабочего наряда. Я понимала, что нахожусь не на своем месте. Понемногу стала ловить на себе вопросительные взгляды. Было неловко, я взяла чемодан и прошла в дальний конец палубы. Здесь не было окон, зато и любопытных глаз в разы меньше.

В желудке предательски заурчало, и я вспомнила о пироге Агаты. Открыла чемодан, и меня больно ударили по руке. Отдернулась, когда передо мной будто из-под земли появилось существо, похожее на птицу с меня ростом. Две массивные лапы, длинная шея с клювом и прижатые к овальному тельцу крылья черного цвета с белыми перьями на концах. Я вжалась в стену, боясь пошевелиться. Зверь засунул маленькую голову в мою сумку и с удовольствием ел мои припасы. Медленно я стала отступать от чудовища. Если обычный гусь может лишить глаза, то птица таких размеров может и убить. Пусть забирает еду — видимо, ему нужнее.

Сделала резкий рывок в сторону, когда контуры птицы превратились в туман и растворились на месте. Вора яблок словно и не было. Следами вероломства стали перевернутые вещи и крошки.

— Что это такое?

С опаской сложила разбросанное назад. Есть уже перехотелось, как и находиться в одиночестве. Уж лучше под осуждавшими взглядами, чем с невидимыми гигантскими птицами. Торопливо прошла в центр палубы и заняла свободное место — главное, что вокруг люди, а не крылатые монстры.

Солнце село, включили освещение. Я не успела налюбоваться магическими светильниками, когда в иллюминаторы ударил яркий свет — мы подлетали к Савойе, огни которой разноцветными столбами озаряли чернильное небо.

Понемногу дирижабль стал опускаться, а возле выхода столпились люди. Я решила выйти последней, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Очень мягко мы приземлились на землю, и скоро палуба почти опустела. Снаружи доносились какие-то голоса и шум суматохи. Я поправила выбившиеся из косы пряди и вышла на улицу.

Только ступила на трап, как яркие вспышки фотоаппаратов ослепили меня. Прикрыла глаза рукой. Крики толпы оглушали. Если бы не защитный бортик, они бы, наверное, разорвали меня.

— Софья! Как вы познакомились с императором?! — кричал корреспондент.

— Как вы считаете, двойное приглашение увеличивает ваши шансы стать императрицей? — перекрикивала первого коллега.

— Газета «Око правды». Вы пользовались черной магией, чтобы попасть на отбор?

Я старалась игнорировать репортеров и шла вперед. Не заметила, как ко мне подошли.

— Госпожа Софья Лебедянская? — обратился мужчина в мундире. — Вацлав Коршун. Пройдемте, я отвезу вас во дворец.

Мужчина, которого я видела в ратуше, и еще четверо гвардейцев обступили меня и повели сквозь толпу. Из аэропорта мы прошли к черному мобилю, двустворчатая дверца которого открылась передо мной. В салоне уже кто-то сидел. Пассажир выглянул из машины, давая прессе его сфотографировать.

Гавриил в черном камзоле, расшитом серебряной нитью, приветственно махнул рукой в белоснежной перчатке. Истерический крик, который поднялся за моей спиной, я буду вспоминать в кошмарах. Вмиг машину обступили гвардейцы, отгораживая императора от фанаток и прессы. Я заскочила внутрь, и мобиль поехал. Гавриил безразлично смотрел в затемненное окно, в которое стучали его почитательницы. Кроме нас, в салоне сидели Вацлав и еще один незнакомец.

— Все прошло хорошо, — сказал Вацлав Гавриилу. — Завтра каждая газета будет пестрить статьями о том, что сам император приехал лично встретить претендентку.

— А все не так плохо, как вы рассказывали, Ваше Императорское Величество, — произнес безымянный, осматривая меня с ног до головы. — Переодеть, умыть, подкрасить — и выйдет симпатичная неяра.