Крылатый отбор (СИ) - Логоша Кристина - Страница 8

— Ян, — он пожал руку и обворожительно улыбнулся. — Не признал в тебе невесту императора. Раз ты уже не посторонняя, могу показать редкие цветы.

Он говорил дружелюбно, и я приняла приглашение.

— С удовольствием.

Мы прогуливались по саду, Ян рассказывал о растениях, за которыми присматривает. Леопольд Соколов — бывший император — завещал заботиться о Ботаническом саде, наполненном диковинками, которые заставляли меня удивленно вскрикивать и с замиранием сердца наблюдать за чудесами живой природы. Ян тепло улыбался и тихонько посмеивался, но мне было все равно, я радовалась, как ребенок.

Мы остановилась возле куста черных роз, я коснулась бархатного лепестка и вдохнула аромат.

— Софи, как ты познакомилась с императором Марьяном?

— Это вышло случайно, — ушла я от ответа на неожиданный вопрос.

— Я догадался, что не на светском рауте, — иронизировал Ян. Но заметил тень обиды на моем лице и добавил: — Ты не похожа на других девушек. Очень необычная, как эти черные розы.

— Наверное, Марьян так же решил и потому предложил мне обручальный браслет.

Взгляд Яна скользнул по второй руке, на которой красовался браслет со стервятником.

— И не только он так решил. Как же тебе удалось заполучить второй браслет?

Я инстинктивно прикрыла браслет Гавриила ладонью.

— Спасибо за экскурсию, Ян. Было интересно, но мне нужно торопиться на официальное открытие Крылатого отбора.

В его глазах заплясали огоньки.

— Ты что, обиделась? Сбегаешь?

— На правду не обижаются, Ян. А мне действительно уже пора.

Развернулась и пошла к выходу, успокаивая себя, что нужно привыкать к подобным вопросам. Всем будет интересно, почему я получила сразу два браслета. Главное, чтобы никто не узнал об истинных причинах моего «везения».

Стоило покинуть стены ботанического сада, как ко мне подошел лакей и учтиво пригласил последовать за ним в рубиновый зал. В груди бешено колотилось сердце, ведь я впервые увижу Марьяна и Татьяну Клест. А еще почему-то было любопытно посмотреть на сестер Грифонских, на одной из которых женится Гавриил. Лакей провел меня к главному входу во дворец. Как оказалась, крыло, в котором я проживала, занимало лишь десятую его часть.

Ажиотажа у входа не было. Лишь легкая музыка из глубины здания говорила, что здесь что-то происходит. Пройдя по коридорам, мы остановились у двери, украшенной золотыми завитками. Лакей открыл дверь, и я переступила через порог. Почувствовала, как сотни взглядов устремились ко мне. Теперь понятна причина такой тишины — я опоздала.

Ко мне подошла женщина в лиловом платье и шляпе с разноцветными перьями. В руках у нее была список.

— Госпожа Софья Лебедянская? — Я кивнула. — Пойдемте, я проведу вас к вашему месту.

Я последовала за ней, рассматривая рубиновый зал: в этом цвете выдержаны деревянные панели, тяжелые шторы, мебель и скатерти.

Боковым зрение замечала шушуканье претенденток, смех и недовольные взгляды, адресованные мне. Я села за предложенный стол рядом с двумя девушками. Они окинули меня беглым оценивающим взглядом. Перед нами стояло два одинаковых пустых трона — императоры тоже опаздывали. Мне стало чуть легче, значит, эти люди не из-за меня ждут открытия отбора.

Наконец, церемониймейстер в красной ливрее и белом парике вышел вперед и громким голосом объявил появление императоров: Гавриила Грифа и Марьяна Соколова. Все встали. Я затаила дыхание. Гавриила я уже знала, а вот император Марьян… Момент, когда он надел мне браслет, я не помнила. Одно дело — видеть портрет, и совсем другое — лицезреть вживую.

Высокий широкоплечий Гавриил закрыл собою Марьяна. Только когда императоры сели на трон, я поняла, какой дурой была — на троне рядом с Гавриилом сидел Ян, садовник из закрытой оранжереи. Как я могла его не узнать?! Вглядываясь в светло-голубые глаза, начинала понимать, что в моей голове словно отключился рубильник, отвечающий за распознание лиц. И такое можно сделать только магией.

Казалось, тучи надо мной сгущались и угрожали разразиться грозой. Значит, Марьян решил надо мной посмеяться? Что ж, это в его стиле. Он обиды поджала губы, но виду не подала. Я не позволю никому видеть мою слабость.

Началась официальная часть. Церемониймейстер рассказал, что в отборе принимают участие сорок конкурсанток. Женщина с большим носом поправила его, сказав, что претенденток тридцать девять. Глашатай покраснел и исправился. Приглашения были разосланы двадцати девушкам от каждого императора, вот только одной мне угораздило получить сразу два и поломать привычный алгоритм.

Марьян все это время даже не смотрел в зал, он словно находился в своем внутреннем мире. А вот Гавриил, наоборот, кидал взгляд из стороны в сторону и несколько раз останавливался на мне, заставляя покрыться мурашками.

Вскоре в помещение вошли два пажа с красными подушечками с золотыми кисточками. На них что-то лежало, но с моего места это нельзя было рассмотреть. Под слова церемониймейстера «Отбор объявляю открытым» маленькие слуги подали подушки императорам.

Гавриил взял предмет, и в его руках заискрило, словно в черный костер бросили порох. Волшебный фейерверк нарастал, становился больше и ярче. В тоже время, в ладони Марьяна засияла белая вспышка света, равносильная черной Грифа.

Императоры переглянулись, и подбросили верх искристые сферы, словно мячики. Толпа встревожено ахнула, когда черный сгусток силы подлетел до потолка и превратился в большого магического грифона, а белый — в красивого сокола.

Птицы запорхали под сводом, издавая странный клич. Я не могла оторвать взгляда от этой магии. Внезапно на моих запястьях что-то зашевелилось. Оба кулона как с цепи сорвались — дергались, пытаясь взлететь к своим магическим собратьям, словно это их последний шанс вырваться на волю. Сокол и гриф сделали круг и вылетели в открытые лакеями двери, оставляя после себя перламутровый след угасающей магии. Как только они пропали, украшения на моих руках успокоились и снова превратились в обычные подвески.

Церемониймейстер ударил посохом об пол и объявил об отбытии императоров. За ними стали расходиться и гости.

— Госпожа Софья Лебедянская, госпожа Марина Сорока и госпожа Жанна Иволга, — подошла к нашему столу женщина, что рассаживала по местам. Она вручила брошюры с королевскими эмблемами. — Это план мероприятий на следующую неделю. Я Марта Голубинская — куратор претенденток императора Марьяна Соколова.

К нам подошла еще одна госпожа: низкорослая и полная, с пшеничными волосами, убранными в тугой пучок, украшенный павлиньим пером.

— Нина Коноплянка, — к одной листовке добавилась вторая, — куратор императора Гавриила Грифа. — Она с вызовом посмотрела на Голубинскую. — Приятно с вами познакомиться, Софья. О вас наслышана в хорошем смысле. Я вас так и представляла — фееричная красавица, укравшая два главных сердца империи.

Я смутилась от такой открытой лести.

— Всем претенденткам просьба остаться на своих местах! — сказал глашатай.

Коноплянка и Голубинская отошли от меня и что-то обсуждали. Приглашенные гости покидали зал. Я раскрыла брошюру — на нежно-голубой бумаге с золотистыми вензелями в уголках зашевелились буквы: «Приветствую тебя, претендентка Крылатого отбора. Чем я могу быть полезен?»

От неожиданности я чуть не выронила бумагу из рук. Благо в рубиновом зале почти никого не осталось, а соседки по столу отошли. Я задумалась над вопросом и тихо прошептала первое, что пришло в голову:

— Покажи планировку императорского дворца.

Буквы перетекли в новые слова: «Будет исполнено».

На листе бумаги, образуя квадратики комнат и схемы садов и озер, проступили черточки и полоски. В одном из лабиринтов стояла отметила в виде сокола, а в другой — символ грифона. Отметины удалялись друг от друга. Эта карта показывала расположение императоров во дворце. Странно, ведь если каждая претендентка получит доступ к этой информации, то они не дадут правителям продохнуть.