Жених, найди мне жениха (СИ) - Ячменева Алена - Страница 34

Оказалась, что непереносимость Алека к рисункам и художникам не такая уж и ярая. Так со мной он с легкостью сжился, с моими рисунками — тоже. Но вот когда я ему притащила картину местного производства, он отчитал меня за напрасно потраченные деньги. Красть ее он тоже не стал, что странно.

Видимо, в этом мире я обзавелась первым преданным поклонником моего творчества.

Точно также, как история с рисунками имела свое продолжение, история с издевательством парня над собственным лицом не заставила долго ждать новой серии.

Опухоль от жал ос прошла через пару дней, как и покраснение, и черты лица моего приятеля снова стали заметны. Но в этот раз я решила умолчать о том, что он вновь приходит в норму и просто понаблюдать за его поведением. И это того стоило, потому что он и сам заметил, что снова становится на себя похож. Единственное — заметил он это позже внимательной меня.

Я же наблюдала за спаданием опухоли, за заживлением синяка и неосознанно любовалась лицом моего приятеля, которое даже в полу-изувеченном состоянии было красивым.

Как я уже говорила, самой привлекательной чертой его внешности были необычные светло-карие глаза, которые при определенном освещении казались янтарными, в обрамлении длинных, густых, черных ресниц, каких не каждым наращением добьешься, не то что тушью. Необычными они были из-за практически всегда невинного взгляда Алека. Обычно ангельским взглядом называют взор голубых глаз, мой же приятель, обладая неподходящим оттенком глаз, замашками жулика и хулигана, умудрялся иметь взгляд невинного ребенка. Этим его взгляд и притягивал.

И притягивал он не только мое внимание, но и внимание других девушек. Однако сам Алек не замечал девичьих улыбок и заинтересованных взглядов. Для него будто не существовало градации между парнем и девушкой, он со всеми общался одинаково, и обчищал карманы тоже.

Единственная, кого он выделял, это почему-то была я. Вот меня он замечал всегда и всюду. Даже когда я в обиде от него пряталась, он словно по запаху находил меня. А стоило мне задержаться где-то с Богданом и прийти позже оговоренного, как тут же начинались оскорбления и тяжелые взгляды в сторону моего кавалера. Богдан даже как-то раз уточнил, а точно ли Алек мне брат. Мне и самой иногда казалось, будто в моей опеке Алек не видит границ и не понимает, что он мне, по сути, чужой человек. Не брат и уж тем более не парень. Но странные замашки в отношении меня у него были наравне с ревностью к Богдану и это мне все-таки пришлось признать к концу первой недели нашего знакомства. Но вот причины этому я так и не нашла.

Помимо красивейших ангельских глаз Алек обладал по истине дьявольской улыбкой. Такую улыбку я не раз видела на экранах телевизоров у героев всех девичьих грез, поэтому неудивительно, что, когда Алек начинал улыбаться или ухмыляться, мое сердечко нет-нет, да пропускало удар, другой.

И это я молчу про высокие скулы, легкую хулиганскую щетину, густые брови и подвижную мимику парня. Уверена, если бы не синяки и опухоль, его можно было бы фотографировать на глянцевые журналы. Все девчонки были бы сражены этой красотой. И я в том числе.

Вот вы скажете, Вася, да ты же влюбилась! Но нет. Не влюбилась. Я просто художник, и красивые лица распознаю на раз-два.

Но на Алека я не только любовалась, я с ним еще и жила, и общалась. И могу сказать, что влюбиться в него не такой уж и легкий фокус. Ибо к красивым глазкам прилагался упрямый, а иногда и капризный характер, отсутствие элементарных вежливости и манер, незнание норм и обычаев человеческой жизни, иногда животные, а вернее драконьи, повадки, вроде привычки спать на полу или есть как в последний раз четыре или пять раз в день. И это я молчу про вечные драки, воровство и жульничество.

Что же касается сходства с Алексием, то оно бесспорно было. И хоть я уже успела немного подзабыть лицо своего недожениха, а все равно пугалась, когда резко оборачивалась и видела заживающее лицо Алека. Иногда мне казалось, что в толпе я бы Алексия не отличила бы от Алека, если бы он изменил прическу. Сходство это было странным ведь парни были дальними родственниками. Если Алексию сто пять лет, то большой вопрос сколько поколений сменилось в человеческой семье его бабушки. Вряд ли через семь или даже больше колен родился близнец принца-Дракона. Это даже я, художник, ведающий что такое генетика лишь в общих чертах, смогла подсчитать. Однако делать выводы я не торопилась, потому что как уже заметила, могла забыть лицо Алексия. Лучше было бы поставить их рядом и сравнить. Возможно, тогда я бы смогла найти пару различий. Но вот Алексия, к счастью, рядом не наблюдалось.

Что же касается издевательств Алека над собственной внешностью, то больше ничего стоящего у него не вышло. Попробовал он вновь подраться, но вернулся недовольным потому, что ему лишь разбили губу «местные слабаки». Задирал местную собаку, но тут уже я его побила, чтобы животное не мучал. Один раз вернулся согнувшийся пополам. Оказалось, что его лягнула лошадь, но, видимо лицо он подставлял плохо, потому что удар пришелся в грудную клетку и частично в живот.

Апогеем его тупости стала попытка проникнуть в мою косметичку. Но спасибо ему за мое психическое здоровье, он только достал подводку, понюхал, попробовал ее на вкус, поморщился и убрал обратно.

Потом он решил отращивать бороду, на что я ему заявила, что бородатых терпеть не могу. Побрился и начал экспериментировать с челкой, видимо, решив, что она поможет ему прикрыть один глаз. Не помогла, но он не отчаивался.

Увлечение моим творчеством и изменение собственной внешности стали не единственными занятиями, за которыми Алек коротал время в этом городке. И, конечно, как уважающий себя студент, в период, когда появилось свободное время, он совсем не корпел над учебниками и лекциями.

Он воровал. С утра до вечера. Меня он убеждал в том, что покупает, но слухи о воре, разнесшиеся по городу, и горы чужих вещей в нашей комнате говорили сами за себя.

И ладно бы мой ручной клептоман тащил в карман какую-нибудь никому ненужную ерунду. Нет, он уводил у хозяев драгоценные камни, золото, дорогую одежду.

Так однажды он притащил к нам парчовое бежевое платье со шлейфом, на котором были вышиты золотыми нитями большие бутоны роз.

— Вау! — вырвалось у меня восхищенное восклицание, когда я зашла в комнату и увидела сияющего парня с его краденным платьем.

— Скоррее мерряй! — нетерпеливо подпрыгивая от радости, он втащил меня в комнату, а сам вышел.

Платье было настолько красивым, что девушки бы меня поняли, почему я незамедлительно его примерила. Село оно идеально, и когда Алек зашел в комнату я как раз пыталась рассмотреть себя в маленьком зеркальце для макияжа, которое было у меня с собой.

— Вот это платье! А не то, что ты таскаешь каждый день, — заявил он с порога, а я от его похвалы просияла.

Когда я сняла платок и уложила косу на плечо, как это делали местные красавицы, парень так совсем завис и чуть не закапал слюной пол.

— Ну как? Хороша? — поинтересовалась я, заняв инстаграммную позу с выставленной ножкой. Парень без слов закивал, что стало мне лучшей наградой за непростой день, наполненный бухтением Богдана о моей неземной красоте.

— Корролева, — завороженно заявил Алек.

— А то! — приосанилась я. — И это я еще не красилась!

Однако училка во мне не дремала и за платье я его все-таки отругала, как и за остальное награбленное, но Алек все равно не решился с ним расстаться, заботливо упаковав и уложив в машину.

21. Не бойтесь, девки, монстров!

За десять день во Врале я настолько устала от Богдана, что мне стала необходима хоть какая-то определенность в наших отношениях: либо он берет меня в жены, либо нет и тогда я иду дальше искать суженного-ряженного. Своими мыслями я поделилась с Алеком за ужином.

— Нет! — возмутился он, подавившись куском говядины.

— Да. Сколько мне еще вокруг него круги наматывать? Я уже устала от его занудства, мне необходима определенность.