Турнир Тринадцати женихов (СИ) - Шестрова Ольга - Страница 41

Я ударила Блэки по лицу, грубо сильно, вложив в удар всю вчерашнюю боль и ярость. Блэки посмотрел мне в глаза и выскочил из комнаты.

— Ты опять?! — я подняла руку, чтобы хлестнуть по щеке Максима, но по его взгляду я поняла, он ударит в ответ.

Потому что я вела себя сейчас недопустимо.

— Я не мог поступить по-другому, — осторожно обнимая меня, сказал Максим, он понял, что я всё ещё думаю о вчерашней его выходке в Белом лесу, — не из-за Блэки. Из-за «Турнира тринадцати…». Ведь я собираюсь его выиграть! И думаю: я на верном пути к победе!

Мне хотелось сказать ему, что он на пути к тому, чтобы стать фаворитом будущей королевы, но его глаза сияли радостью, и я не стала портить его настроение.

Мы поцеловались, я заставила его дать слово ни с кем не драться, и ушла, столкнувшись в дверях с Финистом. Его грустная улыбка и холодный кивок огорчили меня. Надо будет поговорить с ним.

Ведь он мне так же дорог, как и раньше.

Мне предстояло взглянуть ещё раз на мастера Лима. Через два дня его отправят в тюрьму, по решению малого государственного совета в присутствии короля.

— Мы же не договаривались, что вы придёте, ваше высочество, — поднял голову от пачки бумаг мэтр Храбриани.

— Я не допрашивать, попрощаться, — тихо отвечала я, уж очень огорчил меня Финист.

Он выглядел совершенно чужим.

— Ничего личного, пушистое высочество, — улыбнулся мне Лим, — я — наёмник, и у меня было задание. И ничто не изменилось из-за моей привязанности к одной принцессе.

Его маска уютного чудака слетела, на лице появилась жестокая гримаса, а само лицо казалось отлитым из светлого металла.

Мне стало страшно, и я поспешила уйти

— Многого вы не знаете, пушистое высочество, и не дай вам Ясень узнать, — сказал мне глухо в спину Лим.

Я не ответила, хотя была согласна с нашим врагом-наёмником.

До Бала осталось совсем немного времени. Я укоротила снова отросшие волосы, сделала с помощью заклинания изящную высокую причёску и надела платье из фиалок.

Зеркало льстило мне как никогда. Осталось выбрать туфельки.

Я нашла шёлковые бальные, надела и закружилась. Хотелось танцевать. Александра не забыла сделать сумочку для бала из тех же фиалок, кутающих меня в нежный флёр своего аромата.

— Котёнка я забрала пока к себе, — за спиной возникла Офелия, — Дикт сказал, что у вас всё прояснилось?

— Да. Мы решили, что любим друг друга, что бы ни случилось, — ответила я, мысль о том, что Офелия должна точно знать всю историю принцессы, короля и Ясеня, видимо, знаком вопроса отразилась на моём лице.

— Саша, я ничего не знаю, кроме того, что для Дикта ты дороже всего в королевстве, — тихо сказала Офелия, протягивая мне крошечный серебристый флакон, — приворот, как ты просила, лёгкий, насколько это возможно.

Я поцеловала Офелию в щёку, обняла её, и мы выдвинулись в парадный алый зал.

ГЛАВА 16 Бал семи созвездий

Я сужу о мужчине, прежде всего по женщине, которую он выбрал, чтобы разделить с ней жизнь. Мужья принцесс, прибывших на Бал семи созвездий, получили у меня сто из ста. Черноволосая принцесса Четвёртого королевства была ослепительно красива: нежная и тонкая в белом платье и короне из серебра и алмазов. Юная королева Пятого мира, рыжеволосая зеленоглазая, пленяла изяществом, я невзначай заговорила с ней о празднике, о делах в их мире. Она отвечала умно, тонко пошутила и светло улыбнулась. Принцесса Шестого напоминала ледяную деву из древних преданий. У неё было белое, белое личико с огромными синими глазами и белые волосы ниже пояса, напоминающие сияющий под лучами солнца снег. Гости из Второго и Третьего не приехали, прислав подарки к Балу семи созвездий. Второе королевство порадовало верховного мага каким-то потрясающим артефактом, а вот их темнейшества прислали роскошного чёрного дракона. Боевого, насколько я могла определить. Его поместили в наш драконарий.

Принцы и король приглашали меня танцевать по очереди. Да. Принцессам тоже повезло, все трое умные, симпатичные, прекрасно воспитанные, с хорошим чувством юмора. Максим был не хуже ни одного из них. А со мной ему вообще несказанно посчастливилось.

Сделав выводы, я перестала думать о гостях. Бальную сумочку из лепестков фиалок прожигала серебристая склянка с приворотным ароматом, который Офелия отдала мне перед балом. Но сначала артефакт!

Я проскользнула сквозь толпу гостей и упала под ноги Викториана, который стоял недалеко от трона со своей разряженной женой. Он бросился поднимать меня, а я так неуклюже задела цепочку у него на шее, что его талисманы осыпались на пол, как снег с ветки дерева, задетой неловкой рукой. Он забыл о них, потому что я одновременно пролила склянку прямо в сумке, на лепестках будто появилась роса.

— Я… — Викториан забыл, где находится, это было хорошо видно, по его остекленевшему взгляду и озадаченному покрасневшему лицу, — ваше высочество, вы танцуете? — выпалил он, схватив меня за руку.

Я кивнула.

Нас окутал аромат жасмина и свежий запах весенней зелени.

Викториан механически выполнял фигуры танца, а когда музыка закончилась, обнял меня и поцеловал в губы.

— Вы с ума сошли! — подскочивший к нам король, разжал руки Викториана. — Отпустите принцессу Александру. Сейчас же!

Запах стал не таким сильным, и маг начал приходить в себя.

Его жена стояла за спиной короля, её щёки пылали, а губы шевелились.

Кажется, у кого-то сегодня будет не самый приятный вечерок!

— Самое страшное, что этой девушке совершенно не совестно, — прошептал, обнимая меня за талию, Максим, — зачем пытаешься вскружить голову магу-распорядителю? Чтобы я ревновал?

Я повернулась к нему:

— А ты ревнуешь?

— Да, — уже другим тоном ответил он, и в глазах отразилась боль.

— Это хорошо, — улыбнулась я. — Ты пойдёшь со мной после бала в одно страшное место?

— Куда это? Воровать сведения о следующем туре? — спросил он, но отражение боли никуда не девалось.

— Как ты угадал? — улыбнулась я, увлекая его в центр зала.

Максим прекрасно танцевал. Было ли что-нибудь, чего он не умел?

Он легко вёл меня, кружил, отталкивал и снова прижимал к себе.

Мы сплетали руки, сжимали друг друга, приближались и бросались в объятия, не в силах отказаться от призрачной близости в танце. Мы с лёгкостью подстраивались под ритм друг друга, ощущая единое биение сердец. Ещё чуть-чуть и я начну сочинять стихи о любви. Самое время, ведь обещанного Максимом сонета мне не дождаться. Мой возлюбленный второй раз проиграл. Даже если он займёт первое место в последнем туре, уже ничего не изменится.

А музыка наплывала невесомыми волнами, становилась чуть тише, а потом гремела торжеством победы любви и света над всей ненавистью и тьмой мира.

Когда танец закончился, Максим ещё на несколько вздохов задержал меня в своих объятиях, а потом с неохотой отпустил.

Король в этот миг торжественно сошёл по ступеням от трона к гостям.

— В «Турнире тринадцати…» осталось одно испытание, — говорил отец тихо, но слушали его внимательно, — однако незримые наблюдатели подарили мне право внести изменения в «Турнир…»

Моё сердце перестукнуло, что ещё придумали король и верховный маг?

— Я получил возможность предложить дополнительный тур, — король улыбнулся, — участники «Турнира тринадцати…» сыграют все роли в одном из спектаклей королевской труппы. Наш постановщик мэтр Карвианн устроит прослушивание завтра утром. Любому правителю надо уметь притворяться. А кто это умеет лучше, чем хороший лицедей? Кстати, пьеса называется «Семь разгневанных невест» и по традиции королевского театра масок, все женские роли играют мужчины.

Женихи переглядывались. Викториан насмешливо улыбнулся. Кажется, он сумел выпутаться из тенёт моей простенькой интриги невредимым. Жаль!

— И ещё одно! — король протянул ладонь покрасневшей, дивно похорошевшей Офелии. — Её светлость княжна Офелия Хмининген из клана белых волков согласилась стать моей женой. Свадьба назначена после окончания «Турнира тринадцати…»