Ведьма и ее мужчины (СИ) - Чайка Лариса - Страница 2

Ладно. Что- то я отвлеклась. Поднялась по лесенке, в дверь постучала — чинно, мирно и, услышав «войдите», вошла — сначала в сени чистенькие, а потом и в горницу.

Глава 2

За накрытым столом сидела вся компания. Мои карасики кашу с молоком трескали, а господин Брукс кофе пил и булочками с корицей закусывал.

— Здравствуйте всем, — поздоровалась я. — Как поживаете?

Злость злостью, а приличия соблюдать нужно. Никто никогда не видел и не слышал, чтобы госпожа черная ведьма Альма Рильке приличия нарушала. У нас как? Кто кричит и бесится — слабый человек, никудышний. Его в серьезной компании и воспринимать не будет никто, и дел серьезных с ним иметь никто не захочет, потому что слабость свою человек криком показывает.

— Здравствуйте, госпожа ведьма, — степенно поздоровался господин Брукс. — Садитесь с нами завтракать. Каша и молоко парное, Фрида только что принесла от Звездочки. Лучшего молока по всей округе не сыщите.

— Как же, как же, господин Брукс, — не отстала и я в любезности, — знаем, кто первое место среди коровок занял на осенней ярмарке. Очень вам благодарна за приглашение, но я уже кофе пила (ага, среди разгромленной лаборатории в незабываемом антураже).

— Кофе завтраком не считается, госпожа Рильке. Фрида, — он чуть-чуть повысил голос, — принеси госпоже ведьме стакан молока. И вот булочками угощайтесь, — он щедро подвинул мне блюдо с булками.

— Балуете вы нас, господин Брукс, — я прошла и села за стол, — Ну, если только фридину булочку на завтрак съем. Она знатная у вас мастерица. Лучше нее никто таких булок не печет.

— Это потому, госпожа ведьма, — сказала мне появившаяся в дверях с кувшином молока Фрида, — что все делаю по матушкиному рецепту. Вот уж кто был мастерицей! Ее булки на всю округу славились.

Она налила мне в стакан молока, выбрала пару наиболее аппетитных булочек и положила мне их на чистую тарелочку. Я в это время оглядывала виноватые мордашки моих старшеньких. Они прятали глаза и, я так поняла, толкали друг друга коленками под столом. Один только Рональд искренне обрадовался маме, улыбнулся бесхитростно и протянул:

— Мам, а ты уже проснулась? Стив сказал, что ты весь день спать будешь. Ты бы видела, как вчера бабахнуло! Всё фааалетовое, фаалетовое было. А Стив…

— Молчи, дурачок, — полушепотом- полурыком остановил его Стив. — Мам, там ничего страшного. Мы сегодня побелим с Грегом. Дядя Лекс нам помочь обещал. Будет лучше прежнего.

Я вопросительно уставилась на лесничего.

— А вы тоже в курсе, господин Брукс? Когда это произошло?

— Не переживайте, госпожа ведьма. Я как взрыв услышал, сразу и прибежал. Они толком — то и сделать ничего не успели. Только- только, видать, заклинание сняли и, что уж там у вас взорвалось, мне не ведомо, но мальчики не пострадали, только испачкались очень. Я их сразу к себе увел. Фрида их вчера отмыла да спать положила.

— Спасибо вам, господин Брукс, — как можно более ровным голосом произнесла я, — спасибо вам, Фрида. Вчера я их с собой, ну, никак взять не могла. Госпожа Варга…эммм… ну вы же знаете.

— Разрешилась она? — с жадным любопытством спросила Фрида. — Не померла?

— Все хорошо. И мама, и ребенок — живы — здоровы.

— Что- то вы, госпожа ведьма бледненькая сегодня очень. Опять силу свою вливали?

— Так, немножко. Со мной все в порядке.

— А кто у Варги родился? Как вы и говорили? Мальчик?

— Да. Мальчик. Большой очень. А госпожа Варга — хрупкая женщина, вот ей и было плоховато. Но теперь все будет хорошо.

Фрида облегченно вздохнула. Госпожа Варга ей приходилась родственницей. То ли троюродной сестрой, то ли двоюродной племянницей. У них тут почти каждый друг другу родственником приходится. Я сначала заморачивалась, пытаясь запомнить степень родства каждого члена обособленного этого общества. А потом плюнула, ибо один и тот же человек мог пребывать в разных ипостасях — и сват, и брат и дедушка троюродный. А мне память свою этой путаницей захламлять никак не захотелось.

Допив стакан молока и съев чудесную булочку, я поблагодарила хозяев за хлеб-соль и хотела уж было, забрав сыновей, отправиться домой, но господин Брукс меня остановил.

— Госпожа ведьма, можно вас на два слова.

Мы вышли на крылечко. Солнышко уже стало припекать, роса истаяла, а от небольшого озерца, чуть в стороне от дома, слышалось громкое гоготание гусиков и скромное кряканье уток.

— Не ругайте их, госпожа ведьма. Трудно вам одной с мальчишками управляться, я понимаю, но без шалостей ребятни не бывает. А у вас они и маги к тому же. Вот, ежели бы муж у вас был, госпожа ведьма, то ребята бы за отцом тянулись. И послушнее были бы, и хозяйственнее.

Не поняла! Это он на что намекает? Неужели и отсюда придется уезжать?

— Вы о чем это, господин Брукс?

Лицо у лесничего загорелось коричневым румянцем, он смущенно опустил голову и стал даже немного заикаться.

— Мы всей округой очень вас уважаем, госпожа Рильке. Сразу видно, что вы женщина образованная. Не про вас эта жизнь среди простых людей. Уж, и не знаю, что вас подвигло забраться к нам в глушь такую. Только видно, что не от хорошей жизни вы здесь обретаетесь.

— Ну и?… — мне не хотелось обижать хорошего человека, но и выворачиваться наизнанку я не собиралась.

Лесничий заторопился.

— Это я не в укор вам говорю, госпожа ведьма. Все в округе знают, что вы хороший человек. Сколько всего вы для людишек наших сделали. И не счесть. И по урожаю помогаете, да и вообще… — он развел руками, как будто показывал величину выловленного им недавно сома.

Ох, и сом был! Выше человеческого роста. Нам тогда тоже подарочек на стол достался. Мои ребятки очень довольны были.

— Что случилось, господин Брукс? — Я была заинтригована.

— Ну….ммммм….. Как это….

Я ничего не понимала.

— А это он хочет сказать, госпожа Рильке, — раздался из сеней голос Фриды, — что замуж вам надо.

Фрида открыла дверь и появилась на пороге. Лесничий нервно повел плечом и снова развел руками.

— Ну, не могу я так… — в отчаянии простонал он. — Говори сама.

Я переводила взгляд с одного супруга на другого и решительно отказывалась что- либо понимать.

— Госпожа ведьма, — Фрида чуть понизила голос, наверное, чтобы ребята мои не услышали. — Вы женщина еще молодая. Не пора ли вам замуж выйти? Трое детей, конечно, обуза, но…

— Фрида, — предостерегающе пробасил господин Брукс.

Я сжала губы и нахмурила брови. Ну, вот никак не собиралась ругаться с соседями, но если они так о моих мальчиках….

— Я не то хотела сказать, — заторопилась исправиться лесничиха, — я хотела сказать, что не каждый возьмет заботу о большом семействе, но уж если мужчина согласен, это не просто так.

— Вы это так, взаголи? Или кого- то конкретного предлагаете?

Спокойнее, Альма, спокойнее. А чего ты хотела? Положеньице и вправду неординарное. Эх, знали бы вы, сельчане, все перипетии моей жизни…. Но я никому и ничего не собираюсь объяснять. Я свой хлеб зарабатываю честно. А насчет женитьбы с их стороны — даже умилительно…

— У нас вчера были гости. К Алексу мужики вчера приходили…

— И Фрида, как всегда, подслушивала, — укоризненно проговорил господин Брукс.

— Что подслушивала, что подслушивала, — с пол-оборота завелась его жена, — вас и подслушивать не нужно было, орали как скаженные. Как мальчишек только не разбудили…

Я закрыла лицо руками и рассмеялась. Парочка обалдело уставилась на меня.

— Госпожа ведьма, вы чего? — Фрида кинулась ко мне, пытаясь отвести от лица ладони, — от счастья что ли… — пробормотала она, пытаясь объяснить мужу мою реакцию.

Брукс переминался в стороне с ноги на ногу и явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Не плачьте, госпожа ведьма. У вас будет выбор. Там мужика четыре согласны вас с дитями взять за себя.

Я отняла ладони от лица, и рассмеялась уже в голос.

— Так она не плачет… — разочарованно выдохнула Фрида.