Пьяная вишня в шоколаде (СИ) - Онежина Мира - Страница 25

— Звучит вкусно, — Саша улыбнулся, но только губами, глаза остались серьёзными. — Интересно, как выглядит нетрезвая вишня?

— Как женщина. Непредсказуемо.

— Я заинтригован и хочу попробовать.

— Ты уже попробовал, — она говорила не о вишне, а о себе. И он всё правильно понял, но вместо ответа отвёл взгляд, а потом резко встал и подошёл к окну.

— Что не так? — не выдержала Ксения. Саша молчал, а потом развернулся и, не глядя на неё, вышел из кухни.

Она не знала, что думать, и не успела на что-то решиться, как он вернулся с чёрной толстой папкой, которую положил на стол.

— Что это? — удивилась Ксения.

— Посмотри, — он открыл окно и опять закурил. В кухню ворвался свежий утренний воздух и сразу смешался с дымом.

В папке лежали фотографии, описания, справки, отчёты. Досье на некоего Ершова Бориса Михайловича.

— Я не знаю этого человека, — она закрыла папку и отодвинула на край стола.

— Ты должна хорошо изучить эту информацию, — Саша перестал курить, повернулся и пристально посмотрел ей в глаза.

— Зачем? — что-то неприятное заскребло внутри.

— Потому что ты станешь женой этого человека.

— Нет! — нервно рассмеялась Ксения. Какой-то театр абсурда. Новиков сумасшедший, если предлагает такое.

— Ты выучишь его распорядок, расписание встреч, привычки и пристрастия, — продолжал Саша, но это говорил уже не тот человек, который любил её ночью. Незнакомец. Строгий, холодный, циничный.

— Здесь подробная инструкция, как и когда тебе надо действовать, — он, словно не замечал её состояния, отдавал указания, как командир солдатам перед боем. — Над досье работали два года. Твоя задача — всё выучить и действовать согласно плану.

Дурной сон. Вот бы проснуться и забыть этот ужасный разговор.

Но это не сон.

— Нет, — прошептала Ксения. — Я не буду ничего запоминать.

Всего полчаса назад её переполняло счастье. И вот в следующий миг она словно провалилась в пропасть. Ксения даже чувствовала головокружение от полёта в никуда.

Надо бежать. Бежать как можно дальше. От него, от себя, от того, что между ними было.

Ксения вскочила с места, опрокинув стул, и ринулась из кухни. Слёзы душили, и она ничего не видела за их пеленой. Как же больно, очень больно и страшно. Выскочила в прихожую и налетела на закрытую входную дверь. Она щёлкала замками, поворачивала ручку много раз. Безрезультатно. Дверь заперта.

Мышеловка захлопнулась, и глупая мышка осталась во власти хитрого кота.

Едва передвигая ноги, Ксения медленно вернулась на кухню, подняла свой стул и присела. Саша всё это время стоял у окна. В кухне витал сигаретный дым. Ксения закашлялась. Он налил воды и протянул ей стакан. Она пила маленькими глотками.

— Успокоилась? — спросил он и сел напротив.

Ксения заставила себя кивнуть.

— Ты можешь на меня злиться, можешь ненавидеть. Но должна знать: всё, что было между нами ночью, — по-настоящему, — Саша накрыл её руки своими ладонями. Она побоялась противиться, только непроизвольно вздрогнула. — Я не хотел, чтобы всё так закончилось. Когда ты согласилась сотрудничать, я не думал, что у нас всё так далеко зайдёт. Сейчас поздно что-то менять. Мы пока не можем быть вместе, но ты должна знать, что очень дорога мне.

— Если ты с самого начала не собирался оставаться со мной, зачем привёз сюда? Зачем была эта ночь? — она непроизвольно всхлипнула. — Ты использовал меня?

— Нет, всё не так, — он пристально всматривался в её лицо. — Прости. Эта ночь — последний шанс побыть наедине. Мы не сможем дальше видеться. Я не устоял, понимаешь? Со мной раньше никогда такого не было.

— Найди другую женщину для этого человека, — попросила она и показала взглядом на папку.

— Ершов осторожен в связях.

— Я обычная домохозяйка. Я не могу.

— Малыш, ты себя не знаешь, — он поднёс её пальцы и начал нежно целовать. Его губы были тёплые и мягкие, но эти прикосновения жгли кожу. Она выдернула руки и сцепила их, чтобы не дрожали.

— Ты тоже меня не знаешь, — она вскочила на ноги. — Я не буду этого делать.

И почти сразу он оказался рядом. Они стояли близко друг к другу. Он обхватил её голову ладонями и заглянул в глаза.

— Ты особенная, — его голос охрип от напряжения, — это заложено внутри тебя. Глубина. Она затягивает, стоит лишь оказаться рядом. Этому невозможно научиться или воспитать в себе. Это даровано свыше. Тебя ждёт большое будущее, поверь мне.

— Я хочу жить, как раньше.

— Это невозможно, — он отпустил её и отступил на шаг. — Не обманывайся. Ты не хочешь жить своей старой жизнью. Я даю тебе шанс.

Ксения молчала. Это не может быть правдой. Как принять то, что любимый мужчина вот так запросто сватает её за другого?

— Нет.

— Хватит! — не выдержал он и повысил голос. — Я тебя не в гарем продаю! Выйдешь замуж за Ершова, и здесь больше нечего обсуждать. Он богатый, нестарый и вполне интересный мужчина. Мечта любой женщины. У тебя будет всё, что захочешь. Дома, яхты, бриллианты. Хорошее образование для дочери и перспективы. Я предлагаю роскошную жизнь взамен убогой, а ты бодаешься, как коза.

Сравнение с козой оскорбило Ксению. В голове возникли другие ассоциации — её приносят в жертву, как козу. Это вернее тех радужных перспектив, которые пытается нарисовать Новиков.

— Что взамен? — спросила она, чтобы он не думал, что она совсем дурочка. Не устройством её личной жизни озабочен Новиков, а извлечением определённой выгоды для себя.

— Информация.

— Ты хочешь, чтобы я шпионила за Ершовым?

— Да.

— Что же натворил этот «сказочный принц»? — не сдержала сарказма Ксения. Ужас происходящего постепенно проникал в мозг. Сейчас её вербуют для секретной деятельности, и отказаться она не может, ведь тогда её убьют, чтобы избежать утечки информации.

— Он заработал много денег и купил много секретов, — спокойно ответил Новиков.

Ксения задумалась.

— А вдруг он садист или маньяк? — спросила она, задумчиво глядя мимо него в окно, туда, где виднелось чистое голубое небо.

— Исключено. Если бы у Ершова были такие отклонения, я нашёл бы другие рычаги воздействия. Но он совершенно нормальный. Я бы даже сказал, почти идеальный.

— А что значит «почти»?

— Все ответы на вопросы в этой папке. Жизнь многих людей стоит на кону.

Всё внутри неё кричало: «А как же моя жизнь?» Но задавать этот вопрос вслух было бессмысленно. Разве у неё есть выбор? В памяти так некстати всплыли предостережения Танечки. Почему её не послушала? Почему, как глупый мотылёк, летела на пламя? И вот результат — опалила свои крылышки. Наверное, та же участь постигла Полину.

— А Полина? — Ксения должна была его спросить, чтобы посмотреть, как он отреагирует.

Саша удивился. Несильно. Она заметила, как приподнялась левая бровь и проскользнуло лёгкое замешательство в глазах. Мгновение, и он опять невозмутим и холоден. Робот, а не человек.

— Не лги мне, пожалуйста, — попросила Ксения.

— У Полины тоже был шанс изменить свою жизнь, но она им не воспользовалась, — сказал Новиков после минутной паузы.

— Ты убил её? — глупо такое спрашивать, но Ксения себя не контролировала. Слова слетели с губ быстрее, чем она успела их обдумать. Вот только зачем ей знать ответ?

— Нет, — он попытался улыбнуться, но получилось зловеще. — Она убила себя сама. Не думай о ней.

Полине он тоже велел окрутить «нужного человека». Она не справилась с заданием и заплатила жизнью. Наверное, на лице у Ксении проявился весь ужас от осознания своего положения, потому что Новиков поменял тактику.

— Малыш, не бойся, — Саша приблизился к ней, дотронулся до её волос, пропустил несколько прядей сквозь пальцы. — Слушай меня, и всё будет хорошо.

Он наклонился и поцеловал её в губы. Лёгкое прикосновение, как дуновение ветерка. Ксения стояла парализованная, не в силах противиться, даже просто пошевелиться.

— Я вернусь вечером. Ты должна быть готова, — сказал Новиков на прощание. Потом покинул квартиру и закрыл дверь на ключ с обратной стороны. Ксения осталась одна.