Вредина в академии (СИ) - Винни Фред - Страница 11

На четвёртой паре меня уже неиллюзорно ломало — я ощущала свою книгу совсем рядом, этажом ниже, на три аудитории севернее, она лежала там, среди справочников и пособий, и страстно желала моего внимания, изнывая от невостребованности, мне так хотелось её спасти, приласкать, убедить её, что она мне нужна, что я дочитаю её и перечитаю ещё не раз… когда-нибудь. И вот это бесило.

После звонка я попрощалась с Лейли и пошла к аудитории профессора ис'Тера, там ещё кто-то занимался, несколько студентов насиловали доску, сам профессор сидел рядом с милой полудриадой и что-то ей тихо объяснял, тыкая карандашом в конспект. У меня аж под кожей зачесалось от этой картины, какая-то неожиданная внутренняя тварь оскалила зубы, жаждая вонзить их в нежно-зелёный затылок девушки, которая улыбалась моему профессору так, как будто он наставлял её в умении заплетать косы, а не в ПДП. Я поражённо остановилась в дверях, прислушиваясь к ощущениям, сделала шаг назад и прислонилась спиной к стене, рассматривая пустой коридор.

Что это? Откуда во мне такая злость?

Ответа не было.

Я собралась с силами и опять попыталась войти в аудиторию, там ничего не изменилось — дриада улыбалась профессору ис'Теру, мальчики спорили на очень умные математические темы, заполняя доску аргументами. Я медленно вдохнула поглубже и прошла к своему месту, села, достала конспект, стала перечитывать, просто чтобы изобразить занятость и не пялиться на сверкающую улыбкой дриаду, её лицо вызывало в груди визг металла по дереву и дикое желание на практике убедиться, что если распилить дриаду, можно увидеть годовые кольца.

Профессор что-то тихо ей говорил, она переливчато смеялась, во мне росла и пускала корни жажда заняться деревообработкой… это даже перестало пугать. Я вдруг поняла, что больше не боюсь этого чувства, эта незнакомая злость будила в голове исследовательский интерес — до чего она способна дойти? Только ли профессор ис'Тер может её спровоцировать? Могу ли я её контролировать, где границы её влияния не меня?

Внутри что-то происходило, эта новая сложная эмоция как будто тоже пробовала меня на зуб, обустраивалась внутри, как змея, плавно укладывающая тело в уютные кольца, способные в момент распрямиться для атаки — не расслабляйся, Никси, не расслабляйся…

— Госпожа эль'Хиз? — я подняла голову и сдержанно кивнула профессору, который поднимался по ступенькам ко мне. Дриада собирала вещи, парни у доски тоже, вроде бы, пришли к какому-то решению и успокоились, я опять посмотрела на профессора. Он сел на место Лейли и издевательски улыбнулся мне, указывая глазами на конспект: — Решили всё же узнать, что писали ваши руки, пока голова занималась спелеологией?

— Я помню материал, — прохладно ответила я, закрывая конспект. Он иронично усмехнулся, придвинул к себе мою тетрадь и открыл последнюю страницу, стал писать своим карандашом и повторять вслух:

— «Диагностика, расчёт пропорций силы, переливание силы» — ваш план занятий на сегодня. Предлагаю два варианта. Первый — вы честно признаётесь, что в глаза не видели ни единого учебника по теме, рассказываете как на исповеди, кто и как вас учил, показываете мне свои таланты на практике, и смиренно принимаете сверхурочную работу в качестве наказания за враньё преподавателю. Второй вариант — вы тратите своё и моё время на очередное враньё, после чего сдаётесь и мы переходим к первому варианту. Что выберете?

Я медленно глубоко вдохнула и отвернулась — интересная постановка вопроса… Врать, похоже, бесполезно, но честно признаваться, что меня учила бабушка, когда мне было лет пять, было неимоверно стыдно — в бабушкиной системе присутствовали такие пункты как «закрой глаза и мысленно обними собеседника», «собери нежность вверху груди, а силу — внизу», «направь потоки любви через правую руку и прими то, что тебе захотят дать, левой»… Я представила, как несу этот детский антинаучный бред, как хохочет до икоты Деймон, как мне стыдно…

— Ладно, — усмехнулся профессор, понимающе кивнул и сложил руки на груди: — Я так понимаю, что с красноречием у вас сегодня туго. Давайте поступим проще — вы мне на практике продемонстрируете свои таланты, а я вам потом расскажу, что вы, собственно, сделали. Идёт?

Я кивнула с облегчением, но тут же опять напряглась, представляя, как буду у него на глазах кого-то «обнимать»… Уютно-опасная змея у меня внутри открыла глаза и попробовала воздух языком, пуская по телу короткую дрожь — пахнет опасностью, Никси эль'Хиз, не расслабляйся, не расслабляйся.

Я подняла глаза. Деймон смотрел на меня как на десерт.

Парни у доски собрали вещи и поднялись по ступенькам, уже у двери один из них обернулся и громко сказал:

— Мы закончили, спасибо. Я книги оставил на столе. До свиданья.

— До завтра, — кивнул профессор, за моей спиной хлопнула дверь, шаги в коридоре раздавались всё дальше, ещё дальше, затихли.

— Чего ты боишься?

Я вздрогнула, опять попыталась посмотреть на профессора. Его низкий бархатный голос и странная манера переходить на «ты», когда нас никто не слышит, создавала иллюзию замкнутого пространства, какой-то напряжённой интимности, я никак не могла стряхнуть с себя этот обволакивающий гипноз.

— Я не боюсь, — почему-то шёпотом ответила я. Он чуть улыбнулся, змея внутри меня прищурила глаза, такие же жёлтые, как у Деймона…

— Это хорошо, что не боишься. Начинай, я весь твой.

Я распахнула глаза, резко выпадая из томной атмосферы, переспросила:

— Вы хотите, чтобы я вас диагностировала?!

— Ты видишь здесь кого-то ещё? — рассмеялся он, разводя руками. Я с жутковатым любопытством пялилась на его зубы — у него было две пары клыков на верхней челюсти, когда он разговаривал, их было не видно, но широкая улыбка обнажила чуть больше, вызвав во мне желание попробовать остриё пальцем, просто так…

— Никси, соберись, — его ироничный голос вернул меня в реальность, я глубоко вдохнула и размяла пальцы, кивнула с полной готовностью опозориться прямо сейчас, выпрямилась, собралась… и взяла его за подбородок, подаваясь вперёд, ближе к его глазам, слегка расширившимся от удивления.

Это было грубо. И нагло. И слишком смело, я не знаю, что меня на это толкнуло, я собиралась прикоснуться к его запястьям, как всегда, но в последний момент увидела его глаза и… что-то щёлкнуло, что-то сломалось, как будто прорвало дамбу, как будто распрямилась в броске кобра — я это сделала, без сожалений, без капли страха. Его глаза приблизились и поглотили меня, принимая мой порыв и не сопротивляясь, я провалилась в прозрачный транс, как будто оказалась внутри Деймона, он окружил меня сотней кривых зеркал со всех сторон — холодная напряжённая сила, сжатая и не ожидающая от мира ничего хорошего.

Огонь. Не основа, но суть — я не могла здесь помочь ничем, огонь не моя стихия.

Смерть. Не сила, а память — плохо, надо с этим что-то делать.

Тьма. Чернильные облака в сполохах расплавленного неба, горит внизу земля, пылают небеса, трескается чёрная корка на лавовых потоках, и я опять ничего не могу, совсем ничего. И тут…

Алое сердце.

Я остановилась, не спеша погружаться глубже — такого я ещё не видела, но точно знала, что это. Он демон. И это не тень, не память, это основа и его главная сила — демон, рубиновая сердцевина его существа, полированный гладкий камень, прочный и… холодный. Потому что внутри…

Я всё-таки решилась и подалась ещё немного вперёд, приникая и проникая, холодные грани камня поддались, впуская внутрь, где меня накрыло и сбило с ног потоком воды.

Потому и рубин холодный, да.

Как это возможно?

Вода обняла меня со всех сторон, я расслабилась — здесь я всё могу, хотя бы в этом месте я не бесполезна, вода — моя основа, могу поделиться. Я впустила немного его силы внутрь себя и отдала чуть больше, сразу же приняв ответ и отдав ещё немного, до баланса. Всё.

Видение алых бликов в тёмной воде медленно меня оставило, я закрыла глаза и открыла их в залитой солнцем аудитории, в смущающей близости от оранжевых глаз Деймона. Он медленно опустил веки, я убрала свою наглую руку и отодвинулась, не зная, куда деть глаза — это было слишком, это всё было слишком, мы вообще не должны вот так оставаться наедине, сидеть так близко, это неприлично, он не должен называть меня по имени и на «ты», всё неправильно, так нельзя.