Императорская Академия Магии, или как дожить до диплома (СИ) - Рэн-Мари Катерина - Страница 109

Принц, посверлив Нику пару секунд уничтожающим взглядом, молча продолжил путь, однако от меня не укрылась нервная, мимолетная дрожь.

— Эй, — Ника с трудом освобождает свой болтливый рот от ладони, — У него ведь раздвоение личности? Постоянно вижу два лица у него… Вот, как у тебя, например!

— Это его прошлая реикарнация, Ника! — зашипела я, под пристальным взглядом гвардейцев первого принца, которые были в любую минуту атаковать меня, отвела подруг, — И это не раздвоение личности. Просто он, как и я, помнит прошлую жизнь, или ее часть.

Я уже давно осознала, что Дэрра не другая личность, а просто я из прошлой жзни. Да, у меня немного другой характер, ценности, но… Дэрра оставалась мной, а я ею. Да, Гайяр — это не Райан, но в то же время он был неотделим от него, в его нынешнем воплощении проявлялся черты характера, особенности поведения Райана, немного измененные влиянием времени.

Да, сейчас было другое время, и действовали мы по-другому.

— Во-о-от как… — протянула та, все так же не отрывая «влюбленного» взгляда от объекта, — Так странно, а почему у него такая слабая ментальная защита?

— Может потому что ты сильная? — буркнула демонесса, нервно вертя головой — ее напрягало происходящее. — Даже я не смогла прощупать его. А ты, Лоти?

Отрицательно мотаю головой. Мне тоже этого не удалось. А это интересно…

— Ника, скажи, а какие эмоции он испытывает?

— М-м-м… — та нахмурилась, сосредотачиваясь, а из ее правого глаза потекла кровавая слеза — магия манипуляции с мозгом отбирала очень много сил, — Торжество, злость, ненависть… Это так странно, они такие неестественные, словно их кто-то подпитывает… Я еще вижу сомнение, которое постоянно исчезает…

Ферриг, будь ты проклят! Сумел удержать бразды управления над Нортоном даже во второй жизни! А сам принц… Глупец! С богами нельзя заключать сделки! Что бы они не говорили, не требовали, они всегда забирают твою душу, твое право быть хозяином собственного тела, эмоций и мыслей. Первый принц… Его прошлая жизнь была очень непростой, и отчасти из-за Гайяра. Он в чем-то был прав, ненавидя брата, из-за которого опрометчиво заключил сделку с богом. Фениксам покровительствовал Ферриг… Весьма гнусный бог. Но… я видела последние мгновения жизни Нортона — Дэвида, и она сожалел, что поддался эмоциям… Как и Гайяр — Райан… так же в последние мгновения жизни…

Сердце болезненно сжимается от нахлынувших воспоминаний прошлой жизни. пусть, я видела лишь малую часть, фрагментами, обрывками, но я знала, что оставила в той жизни много сожалений, горя, слез…

Неужели и в этой жизни у меня все пойдет таким же сценарием?

— Шарлотта. — голос Нортона звучит негромко, но для меня он как крик неизбежного, предвещении беды. Медленно поворачиваю голову, и мужчина кивком головы указывает на алтарь в центре круга. — Пора открыть врата.

— Это невозможно. Еще не все печати собраны и… — обрываю себя, с нескрываемым ужасом глядя на расплывшуюся ухмылку на лица принца, — Что ты сделал с моим отцом!?

— Я? Ничего, милая Дэрра. Скажу более — я никому не нанес вреда — пострадали только мои люди.

Я хмурюсь, не понимая о чем он, и переглядываюсь с демонессой, которая лишь пожимает плечами.

— Акт самоубийства. — внезапно догадалась Ника, а ее глаза еще больше загорелись безумным блеском жажды заполучить принца в эксперименты, — Как прекрасно! Как…

— Ника, помолчи! — резко обрываю подругу, и я виновато поджимает губы:

— Простите, просто тут такое… ну вы поняли…

Да, мы с Сашей понимали ее. Уже привыкли к причудам. Увы, магия «мозгоправов» накладывала определенные отпечатки на характер и поведении, и Нике еще повезло — она проявлялась в ее чрезмерном энтузиазме и желании исследовать любого, у кого с головой не совсем в порядке.

Принц недовольно хмурится, скрещивая руки на груди, и сверлит Нику тяжелым взглядом, но та, под нашим натиском сидит тихо, упорно глядя себе под ноги. Такое наглое игнорирование еще больше выводит мужчину из себя, и он сухо бросает мне:

— Начинай открывать врата. Если, конечно, не хочешь, чтобы твои подруги пострадали.

Я дернулась от его слов, словно мне влепили пощечину, но, сделав глубокий выдох, успокаиваюсь, напоминаю себе, что он под влиянием Феррига. На прощание лишь с грустной улыбкой сжимаю руки подруг, с сожалением в голосе шепчу:

— Простите, я… не могу ослушаться.

Они молча кивают мне, не говоря ничего. Деовчки прекрасно осознают, что сейчас мне слова утешения, поддержки не нужно. Это бессознательный выпад, которым я хотела сама себя обвинить во всем. Но они не ответили. Развернувшись, ощущая, как мое тело словно деревенеет, медленно приближаюсь к принцу, считая шаги. Двадцать… Тридцать… Тридцать пять…

Пытаюсь сопротивляться приказу. Тщетно… Невидимые магически оковы только еще больше давят на меня, словно удавка, затягиваясь на шее. С трудом сделав вдох, я прибуждаю в себе магию полубога — волосы медленно окрашиваются в белый цвет, а глаза засияли фиолетовым цветом. По телу заструился мощный поток магии, который вырвался на волу вместе с заклинанием врат.

Нити магии устремляются к небу. Для всех смертных столп света устремляется к звездам, и только я вижу, как он с трудом пересекает пространство мира богов, высасывая из меня почти всю энергию. Открытие врат будет долгим…

Надеюсь, этого хватит… Рами, мой названный брат, пожалуйста, не подведи! Лишь бы только он все правильно понял и успел! Иначе… я открою врата полностью! Чувствую, как другая, мощная магия начинает переплетаться с моей, и в моем столпе света в пространстве богов начинает появляться дыра — боги пытались пробить бреш в моих вратах, чтобы тоже попасть в мир Первых и Создателей.

— Нгх! — я стискиваю зубы, чувствуя, как слабеет мое тело, как от усилий на лбу, не смотря на мороз и легкую одежду, проступает пот. Вести сразу две битвы — открывать врата, и пытаться блокировать дыру для меня очень тяжело.

Внезавно на поляне возникли вспышки порталов, из которых появились Гиберт, Катерина, отец, Гайяр, и много других сильных магов.

Я смотрю на Гайяра — он выглядит мрачным, на лице застыла тень печали. Сам мужчина был облачен в темную одежду, а на голове сияла… корона… Неужели… Император мертв!? Он смотрит на меня. Его пронзительные синие глаза спокойны… Так на меня смотрел Райан перед последней битвой с собственным братом.

— Гайяр! — голос у Нортона звучит насмешливо, и он приветливо взмахивает руками, — Надо же, как быстро среагировали? Интересно, и благодаря кому? — взгляд принца останавливается на Рамиэле, и он досадливо качает головой, — Ах, во-о-от оно что! Не учел… Ну и ладно, все равно это не помешает моему плану. Гайяр, или ваше величество? Как теперь мне к тебе обращаться?

— Как заблагорассудится. — холодно отвечает ему Гайяр, он делает несколько шагов вперед, — Нортон, остановись. Не пытайся открыть врата в мир богов — Ферриг просто использует тебя!

— Ты думаешь, что мне есть дело до того, используют меня или нет? Если наши цели совпадают, то они мои союзники.

Еще один шаг молодого императора, и Нортон напрягается:

— Ни шагу больше! — щелчок пальцев, и возле него внезапно появляются перепуганные Ника и Саша, которых держали приспешники перевертыша с кинжалами у шее.

На мгновение я изумленно замираю, чувствуя, как липкий, всепоглощающий страх разрастает внутри. Никогда не прощу себе смерть подруг! Дернулась, чтобы атаковать принца магией, но оковы сдержали, продолжая открывать врата, которые почти дошли до мира Первых. Отцы моих подруг дернулись, но били остановлены жестом Катерины, которая мотнула головой, останавливая их от опрометчивых поступков. А вот ее муж, Гилберт, стал приближаться к нам. Нортон резко разворачивается в сторону своих товарищей, приказывая:

— Перехватывайте нити врат у Шарлотты! Ваших сил хватит, чтобы его полностью открыть! — а затем останавливаются нам мне. — Шарлотта… убей всех, кто попытается мне помешать.

Нет! Только не это! Что-то внутри меня обрывается, когда я слышу последний приказ, и образуется звенящая пустота, когда тело, под чужой волей, делает несколько шагов, закрывая спиной принца с девочками. Ладони сжимаются в кулаки, концентрируя в них разрушительную магию. Не в силах смотреть на друзей, Гайяра, товарищей, прикрываю глаза, чувствуя, как сердце бьется в агонии боли. Потому что… я никогда не прощу себя за это… По щекам текут слезы…