Императорская Академия Магии, или как дожить до диплома (СИ) - Рэн-Мари Катерина - Страница 113

— Скажите, а где сейчас Райан? Что с ним? Он… жив?

Люди племени странно переглядываются между собой, и я чувствую, как в душе что-то с глухим звоном разбивается, и образуется пустота. Я опоздала… А теперь уже не имеет значения…

— О нет… — с ужасом выдохнула Саша, закрыв рот рукой, и одна из женщин поспешно замахала руками:

— Погодите вы, все мужчины живы!

Живы? Слава Святой Деве! Гайяр, папа, главное, что вы живы! Я шумно выдыхаю, с трудом сдерживая слезы облегчения, и слабо улыбаюсь, чувствуя слабость во всем теле. Они живы…

— Но не все так радужно. Нам проще вам показать. Идемте. — старик быстро, не смотря на возраст, покинул зал и зашагал по коридору.

Мы вместе с остальными последовали за ним, и вскоре вошли в просторную комнату, где я сразу ощутила мощную магию исцеления. В центре комнаты был нарисован алхимический круг, по краям которого сидело двое магов и вливали в него силу. Кровати были установлены в центре круга в форме трехлучевой звезды. Я сразу поспешила сначала к постели Гайяра, внимательно всматриваясь в каждую черточку его безмятежного спящего лица, и, не задерживаясь, сразу повернулась к отцу. Спокойное умиротворенное лицо… Святая Дева и жители племени, спасибо вам, что они живы!

— Мы исцелили их раны. — вновь заговорил старик, — Но не в силах исцелять сознание.

— Что с ними? — Ника хмурится, касаясь лба Гайяра, и раздраженно цокнула языком, чувствуя себя беспомощной без своей магии.

— Наш остров весьма непрост, и проникновение на его территорию всегда сопряжено с риском… для сознания. Все трое. — посохом указывает на мужчин, — Попали на остров весьма ослабленными, с когда смерть стала постепенно захватывать их тела… Их сознания сильно повреждено. Возможно, они больше никогда не очнутся.

— Но ведь существует способ спасти их? — по моей щеке стекает одинокая слеза, становится больно дышать. Мне страшно за жизни близких людей, невыносимо смотреть на их посеревшие лица.

— Да, но… — старик замялся, с неуверенностью оглядываясь на своих соплеменников, а затем понуро качнул головой, — Это настоящее самоубийство. Оттуда удалось вернуться только одному человеку…

Выслушав его, я молча прикрываю глаза, и беззвучно плачу. Даже сила полубога не поможет… Так горько, когда ты практически всемогуща, но не способна спасти близких.

Я сидела на берегу озера, равнодушно глядя на чистую голубую водную гладь, которая теперь не радовала меня обилием ярких красок и красотой. Мой мир стал серым, холодным, полный печали, и только яркое желание сердца спасти близких, удерживало меня от глупостей и истерики.

В голове было пусто, совершенно не хотелось думать, потому что мысли каждый раз возвращались к бессознательным отцу и Гайяру. Вздохнув, я откинулась спиной на зеленую мягкую траву, и стала наблюдать за голубым небом, на подсознании пытаясь призвать сущность полубога. Тщетно… Только это племя, живущее здесь, могло использовать магию и фениксы.

Смогу ли я спасти всех троих, даже Нортона? Или погибну?

Услышав приближающие шаги, приподнялась на локтях, и встретилась взглядом с подругой, которая выглядела встревоженной.

— Саша? Как та нашла меня?

— Дети подсказали. — демонесса остановилась рядом со мной, скрестив руки на груди, и ее пальцы побелели от напряжения, — Что ты думаешь ну… обо всем этом?

Я долго и пристально смотрю на подругу, пытаясь прочесть ее эмоции, но та, хорошо зная меня, сохраняет бесстрастное выражение лица. Со вздохом отвечаю.

— Я буду пытаться спасти каждого. Не вижу иного выхода… иначе не смогу простить себя.

— Но это настоящее безумие, Лоти! Ты можешь умереть! Та женщина, которая выбралась оттуда, сказала, что тебе невероятно повезет, если сумеешь пройти испытание! Но… три раза — это нереально.

— Я знаю, Саша! — повысила голос, гневно глядя на подругу, — Но что ты предлагаешь мне!? все бросить? Нет, я так не могу! Все трое, даже Нортон, важны для меня, и я спасу их, не смотря ни на что, не важно, чем мне придется пожертвовать!

— Но ты можешь умереть!

— Да, но я не буду жалеть о этом, Саша! Ты не переубедишь меня! Пожалуй, нам стоит закончить разговор на эту тему!

— Я не собирают переубеждать тебя. — неожиданно сказала Саша, вызвав у меня удивление, — Я… просто пытаюсь убедит саму себя.

— О чем ты?

— Я тоже буду проходить испытание!

— Саша, оно опасное! Ты можешь умереть! И… я не понимаю тебя… кого ты хочешь спасти?

Нет, я знала, кого она хочет спасти, но часть сознания отказывалось верить в это…

— Вот теперь ты пытаешься переубедить меня, — та хмыкнула, плюхнув на траву рядом со мной, подтянув к себе колени, и уткнулась в них лицом. Ее уши запылали, — Я спасу Калеба, твоего отца.

— Но… — я закусила губу, размышляя на эту тему, — Мой отец ведь для тебя никто… Да, он сильный маг, достаточно молод, красив, да и в придачу король… Но, Саша… Вот дохлый гоблин! Это так странно! Ты моя лучшая подруга, а он мой отец… Он… Саша, только не говори, что он совратил тебя! Да я его придушу!

— Нет-нет! — подруга поспешно вскидывает руки, и мотает головой, — Ничего не было! Совершенно! Просто, я однажды говорила с ним. Ты и сама ведь знаешь, что боги жестоко посмеялись, сделав меня его суженной. Просто… Лоти, я слишком юна, чтобы обременять себя узами брака, и серьезными отношениями вообще. Но… он мне нравится…

— Эм… оу… эм… ну ладно… Что?

— Вот-вот, Лоти, это слишком странно. Ты права, у нас ничего не было, он незнакомец для меня. Я не люблю его. Да, есть влюбленность, как у любой девушки… Но ты моя подруга, Лоти, я всегда буду помогать тебе. И я буду спасать Калеба…

Я откровенно не знала что ей ответить. В голове вертелось столько слов благодарности, радости, но в то же время хотелось смеяться от такой ситуации, и откровенно побиться головой об землю или дерево. Демонесса осторожно кладет голову на мое плечо, и мы так силим в полном молчании, глядя на озеро. Не нужно слов, главное — чувство тепла и поддержки. Мир постепенно начинал приобретать краски.

Заслышав быстрые шаги, мы обернулись, и увидели спешащую к нам Нику, которая остановилась рядом с нами, тяжело дыша. Отдышавшись, она выпрямилась, расправив плечи, и гордо заявила нам:

— Не знаю, что вы решили, а вот я согласна пройти испытание!

— Ника, ты умрешь ведь! — скептически изрекла Саша, и ее лицо выражало высшую степень озабоченности.

— И что? Я не упущу возможности исследовать мозг этого чокнутого принца! Это настоящий прорыв будет! Ладно-ладно, не смотрите на меня так! — вздохнула рыжая, присаживаясь рядом со демонессой, и хмыкнула, — Знаю, ни капельки не верите моим словам. Думаете, не догадаюсь, что полезете в эту пещеру? Я просто не могу остаться в стороне — не прощу себя, что не могла помочь. Если умирать, то вместе, так веселее.

— И правда, веселее… — фыркнула Саша, широко улыбаясь, затем тяжело вздохнула, но не теряя духа бодрости и улыбки, обняла нас, прошептав, — Я вас очень люблю, девочки. Вы, обе, мои самые лучшие и близкие подруги. Я рада, что встретила вас в своей жизни.

Мы с Никой улыбаемся. Слова здесь не нужны — мы понимаем чувства друг друга. На мгновение мы по-настоящему счастливы, наслаждаемся тишиной и теплом дружбы, взаимопомощи, понимания, наслаждаясь, возможно, последним шансом вот так побыть вместе. Каждый из нас хотел навсегда запечатлеть это мгновение в памяти и сердце.

Мы стоим у входа в огромную и темную подземную пещеру. От нее веяло жутким холодом, и темным, опасным, мне даже мерещился запах смерти. От таких ощущений прикусила губу, почувствовав металлический привкус крови, и в отчаянии смотрю на подруг.

— Девочки, может…

— Лоти, мы уже говорили! — резко ответила Ника, пытаясь за громкостью голоса скрыть нервозность, — Хватит, прошу, не переубеждай.

Если я продолжу, то она сломается и убежит прочь. Сломаюсь и я и Саша. Из небольшой толпы местных жителей к нам подходит полноватая женщина, которая однажды зашла в эту пещеру, чтобы спасти собственных детей, умирающих от болезни. Любовь матери — это самая могущественная сила и дар, которым может обладать каждый.