Долго и счастливо (ЛП) - Линг Айя - Страница 57

— Владелец казино — старый друг лорда Пембрука.

Пембрук. Все встает на свои места. Жена лорда Пембрука.

— Бьянка, — имя слетает с моих губ. — Она наняла этого человека, чтобы убить меня.

Глава 40

Кэт

Я никогда раньше не видела Эдварда таким злым. Он не выражает своих чувств взрывами вспыльчивости, например, хлопая ладонями по столу, но вместо этого я чувствую его гнев, излучаемый им, как волны. Если бы Бьянка была в одной комнате с нами, он бы ее задушил.

Боллард настаивает, что он ничего не знает, но Эдвард продолжает пронзать его ледяным взглядом, повторяя низким, угрожающим тоне, что ему будет легче, если он признается.

— Если Вы не хотите быть известным как убийца будущей королевы Ателии, — говорит Эдвард, его тон, как кусающий ветер в Антартике, — тогда вам лучше рассказать нам все, что вы знаете. Для вас будет хуже, если Вы не предоставите информацию; пожизненное заключение будет наименьшим наказанием. Однако клянусь вам, я смягчу ваш приговор, если вы признаетесь.

В конце концов, телохранитель сдается. Лорд Пемброк действительно посетил казино, и хозяин вызвал его и попросил покончить с этой рыжей девочкой, живущей с его высочеством, прежде чем она вернется во дворец. Сначала он отклонил предложение, но Пемброк сказал ему, что ему будут выплачены пять тысяч фунтов. Он целыми днями скрывался возле дома Генри. Его огромная фигура должна была быть заметной, но с Бертрамом рядом, Боллард не так заметен. Я ходила в парк регулярно утром, предоставив ему шанс убить меня.

Как только Боллард делает полное признание, и сержант все записывает, Эдвард просит официального разбирательства, чтобы преследовать Пемброка.

— Попытка покушения на будущую принцессу Ателии, — говорит он, его выражение лица смертельно. — Запланируйте их судебное разбирательство в кратчайшие сроки. Пусть детали отправят в дом герцога Сомерсета в городе.

Сержант быстро соглашается, кланяется и извиняется.

На обратном пути к дому Генри, Эдвард молчит, все еще кипя от гнева. Его руки сжаты в кулаки, костяшки пальцев побелели. Я беру платок и вытираю с его лба пот, пытаясь успокоить его.

— Слава богу, ты в безопасности. Если с тобой что-нибудь случится… если ты пострадаешь… — его голос дрогнул, как будто он не мог найти слов, чтобы передать свой страх, если бы меня застрелили. — Я убью Бьянку Брэдшоу своими руками. Они могут посадить меня в тюрьму.

— Не понимаю, почему она это сделала. Я имею в виду, знаю, что она не будет против избавиться от меня, но разве она не понимала, что ее могут обнаружить?

— Гнев может заставить человека потерять голову. Она не ожидала, что ты вернешься и вернешься на трон, положение, которое она всегда желала для себя.

— Она также должна оказывать значительное влияние на своего мужа, — размышляю я. — Он был готов рискнуть быть обнаруженным и заключить контракт с киллером только потому, что она хочет моей смерти.

— Подозреваю, что ее муж не против того, чтобы ты ушла. Твое поведение резко контрастирует с ленивыми аристократами, такими как Пембрук, и он обеспокоен тем, что люди начнут думать, что те, кто имеет богатство и силу, должны поступать так же, как ты, — Эдвард вздыхает. — Мне очень жаль, любовь моя. Если бы ты вышла замуж за обычного человека, тебе не пришлось бы беспокоиться о том, чтобы быть в общественной сфере. После того, что случилось сегодня… — он мгновение колеблется. — Ты сожалеешь, что встретила меня?

— Никогда, — говорю я с акцентом. — Я предпочла бы рискнуть, чем жить без тебя.

Он улыбается с облегчением. Его руки обнимают меня в любящих, защищающих объятиях, и мы обнимаем друг друга в течение долгого времени, пока карета не останавливается. Будущее может быть туманным, и нас могут ждать многочисленные трудности, но вместе с Эдвардом мы все преодолеем.

Известие о покушении на мою жизнь распространяется в газетах как пожар. Поскольку Закон о королевских браках отменен, само собой разумеется, что я буду будущей принцессой Ателии. И попытка убить будущую принцессу гарантированно станет заголовком. Имя Болларда широко известно, но удивительно, что очень немногие статьи упоминают Пембрука несмотря на то, что Боллард сделал полное признание.

— Я знаю, что Пемброки намерены сделать с этим, — Эдвард говорит, указывая на статью под названием «Безумный в общественном парке», — они пытаются представить его как человека, страдающего психическим расстройством. Объявив его безумным, они попытаются доказать, что его признание нельзя воспринимать всерьез.

— Но он выглядел совершенно нормально, когда ты допрашивал его в штаб-квартире, — говорю я. — Он даже не знает меня, и ничего не выиграет, если я умру. Нет причин, чтобы он хотел меня убить, кроме того, что кто-то другой сказал ему сделать это.

— Не волнуйся, — он стискивает зубы. — Я не успокоюсь, пока Пемброк не будет осужден. Не допущу возможности, что ты снова можешь оказаться в опасности.

В его тоне есть темнота, он выглядит способным совершить убийство. Раньше, когда на меня напал господин Толливер на улице, он был в бешенстве от беспокойства. Все еще могу вспомнить, когда я посетила его сад, и как он положил руки мне на плечи и сказал, что может вызвать для меня из дворца врача. На этот раз все более серьезно. Мы верили, что больше я не буду в опасности, так как волшебство фей позволило мне выжить, и Эдвард вытащил меня из тюрьмы. Мы думали, что с момента развода мы с Эдвардом снова женимся, а Бьянка больше не сможет причинить неприятностей. Но, по-видимому, ее ненависть ко мне стала такой глубокой, что она готова рисковать своей репутацией, чтобы избавиться от меня.

Раньше Бьянка пыталась причинить мне вред, но она не делала ничего достаточно серьезного, чтобы сделать ее преступницей. Она пыталась запереть меня в подвале, когда я хотел пойти на бал, она обвинила меня в том, что я копирую ее сестру, а совсем недавно она бросила меня в тюрьму. Эти случаи были недостаточными для того, чтобы обвинить ее в преступной деятельности. Однако наем убийцы, чтобы убить меня, является непростительным преступлением. В то время как Боллард определенно должен быть наказан, я буду проклята, если он будет единственным человеком, который возьмет на себя вину. Аристократы, как лорд Фремонт, ушли невредимыми, потому что они могли использовать свое влияние, чтобы исказить, или скрыть свои преступления. На этот раз Бьянка и ее муж не избегут правосудия.

— Нет, ты не можешь покинуть дом, — голос Амелии суровый. — Пока рана не заживет.

По дороге на кухню я прохожу мимо маленькой комнаты, где спит Бертрам. Обычно слуги спят на четвертом этаже, но, поскольку его ранили в бок, Томас и Кук освободили комнату для него — кстати, это также помещение для хранения, где Кук держит мешки с мукой и сахаром.

Бертрам — единственный человек, который был счастлив после инцидента. Амелия полностью изменилась после того, как Бертрам получил пулю вместо меня. Она приходит к нему каждый день, меняет повязки и приносит ему еду, и он купается в ее нежной заботе. Как будто он попал на небеса.

— Рана не такая уж серьезная, — протестует Бертрам. — Его высочество будет нуждаться во мне.

— Ты ему не понадобишься, если не можешь ходить, — строго говорит Амелия. Дверь целенаправленно оставлена открытой, чтобы защитить ее репутацию, и я вижу, что она наклоняется над Бертрамом, уперев руки в бока. — Лежи смирно, идиот. Пока врач не скажет, что ты можешь ходить, ты не встанешь с этой кровати. Если тебе скучно, я могу прочитать тебе историю. У принцессы Катрионы есть своя коллекция книг.

Поскольку я переехала в дом Генри, покупала много романов. Не будучи официально принцессой, у меня нет гор писем, чтобы читать и отвечать, и я не могу помочь Эдварду исправить его черновики. Поэтому занимаю свое свободное время новыми романами из «Книжного червя». Не уверена, что Бертраму понравятся готические романы, но я не упущу шанса услышать, как Амелия читает романы своим строгим, серьезным голосом.