Шпионка в Академии (СИ) - Стелецкая Ядвига - Страница 53

И, похоже, подстраховывался он не зря. Чем глубже Виктор забирался в мысли Крыса, тем отчаяннее он визжал и вертелся, словно ментальная магия причиняла ему вполне физическую боль.

— Он долго не продержится, — предупредил Лимьер, внимательно наблюдавший за процессом.

Виктор отрывисто кивнул, не отвлекаясь от колдовства. Ему пока не удалось подцепить ничего важного, а сознание Крыса уже захлестывала боль, норовя перекинуться и на мага, опрометчиво сунувшегося в чужие мозги. Виктор только зубами скрипнул от злости. Нет, он знал еще один способ добраться до того, что ему нужно, но это было слишком рискованно. А учитывая состояние контрабандиста — смертельно рискованно.

Не слишком ли много опрометчивого колдовства за последние дни?

Времени на долгие раздумья не было — магия продолжала пожирать Крыса. Похоже, было еще заклятие, которое Виктор как ни старался, не смог обнаружить, и именно оно медленно убивало контрабандиста. Словно не пряталось, среди его мыслей, отложенное, ждущее активации, а тянулось издалека, как ментальная связь с Анаис…

Виктор выдохнул. То, что он собирался сделать, наверняка убьет его. Он, конечно, везучий сукин сын, но везение вещь не бесконечная, и его точно не хватит, если играть в салочки с законами природы. Крыс умирал, и попытка слиться воедино с его разумом, разделить с ним агонию ради того, чтоб за несколько мгновений считать всю его память и найти нужные крохи, не приведет ни к чему, кроме смерти.

В другом случае Виктор рискнул бы. Плюнул бы и на отца, и на расследование, но рискнул бы ради призрачного шанса выжить и выйти победителем. Но сейчас он связан с Анаис. И его смерть, да еще не банальная, физическая, а само уничтожение разума под испепеляющим огнем чужого заклинания, отразится и на ней. Рисковать ее жизнью он не имел права.

Даже в интересах государства.

Что там он ей говорил про разведчиков и этику?!

Стиснув зубы и тяжело дыша, Виктор отступил. Ладонь соскользнула с макушки контрабандиста, тяжело повисла вдоль тела. Крыс продолжал биться в агонии, только и оставалось, что беспомощно наблюдать, как гибнет источник информации, на который они так рассчитывали.

Вопли контрабандиста стали оглушительными, тонкими, хотелось зажать уши и зажмуриться, но и Виктор, и Лимьер все смотрели и смотрели, как Крыса корежит, как он бьется в путах, как судорожно сжимаются и разжимаются толстые корявые пальцы, как неведомая сила едва ли не ломает их. Когда очередной пронзительный вопль оборвался булькающим хрипом и тело обмякло, Виктор ощутил странное движение в ментальном поле и уцепился за него еще до того, как сообразил, что делает.

Это было небывалое, дикое чувство, словно его вырвало из тела и понесло куда-то на стремительно сворачивающейся резиновой нити, которая слишком долго была растянута до предела и жаждала сжаться обратно. Это не было похоже на простую ментальную связь, что тонким кружевным мостом над бездной соединила самого Виктора и Анаис. Это больше походило на нить кукловода.

И она лопнула. Виктора отбросило прочь, в его тело, и он пошатнулся, чудом устояв на ногах. В ушах звенело от наступившей тишины, перед глазами все плыло, в по губам и подбородку текло что-то горячее. Он дрожащей рукой коснулся лица, с недоумением посмотрел на темные следы на пальцах.

В кабинете вспыхнул свет, больно резанул по глазам, выбивая мелкие колючие слезы. Но Виктор успел заметить, что его ладонь перемазана кровью.

Незаметно возникший рядом Лимьер чутко придержал Виктора, усадил в кресло, протянул чистый носовой платок.

— Принести воды?

— Лучше распорядись, чтобы падаль убрали, — прохрипел маг и брезгливо ткнул пальцев в сторону Крыса. Смотреть на контрабандиста, на его искореженное мукой лицо не хотелось. Мир медленно переставал вращаться перед глазами, головокружение проходило. — Я отследил заклятие, которое его убило.

Виктор тщательно вытер лицо и руки, аккуратно сложил перепачканный платок и только потом выдохнул и продолжил:

— Там просто нет мага, способного на подобное заклятие. Я бы сказал, во всей нашей стране нет. Возможно, что направление, которое я засек, было обманным…

Лимьер терпеливо молчал, пока Виктор размышлял вслух, пытаясь опровергнуть предположение, которое даже боялся произнести. Наконец, маг все-таки поднял глаза на помощника.

— Заклятие пришло из Академии. И мне это не нравится.

Глава 9

К утру ботинки так и не высохли. Запасные, конечно, были, но зимние, на меху. Если Анаис появится на лекциях в них, это вызовет лишние вопросы. Лучше бы она вчера все-таки переобулась в свои дешевые ботинки — было б не жалко, даже если б они развалились, все равно по Академии в них не пройдешься, слишком подозрительно будет.

Девушка скривилась, но все-таки обула еще влажные. Ноги тут же замерзли, и мурашки поползли по коже.

Гулко ударил колокол, возвещая начало завтрака, но после вчерашнего есть не хотелось. Даже единственный глоток спиртного на пустой желудок не очень хорошо на ней сказался — во рту поселилась сухость, в глаза словно раскаленного песка насыпали, а в завершении всего еще и мутило. Старею, мрачно подумала Анаис, накидывая сверху на форменное платье еще и пальто.

Она даже не была уверена, что ночная беседа с Виктором ей не приснилась, слишком внезапно, дико и сумасбродно все вышло. Но если она была на самом деле, то страшно даже представить, что она там могла насоветовать в таком состоянии! Как бы поаккуратнее у него уточнить, не приснилось ли ей это? «Сеньор, а вы чисто случайно прошлой ночью не переносили меня в свое тело, чтоб определить, от чего умирает оборванец?» Ой, лучше не надо! Решит еще, что она совсем тут сбрендила!

Поплотнее запахнув пальто на груди, девушка бодро сбежала вниз и вышла из Академии на главную аллею. По дороге как раз медленно катилась почтовая карета, подскакивая когда под колеса попадались камни покрупнее. Белесое, слабое солнце только-только поднималось над горизонтом, окрашивая его в призрачные и нежные цвета. Воздух пах легким ночным морозом и хвоей, на траве блестел серебристый иней, похожий на тонкий слой глазури.

На свежем воздухе Анаис стало получше, неприятные последствия ночных приключений отступили, и девушка с наслаждением вдыхала колючий ледяной воздух, словно могла утолить им ужасную жажду. На выдохе от ее губ отрывались белые клубы пара и тут же растворялись в прозрачном воздухе. Анаис улыбнулась и неторопливым шагом пошла по узким тропинкам, любуясь ими уже при свете солнца.

Мост она нашла не сразу, пришлось достаточно поблуждать по парку, любуясь стройными соснами и невысокими пушистыми пихтами. Кажется, она даже несколько раз пошла мимо моста, не узнавая его без ночной янтарной подсветки. И неудивительно — днем тут совершенно не на что было смотреть: узкий ручей с темной медленной водой, по которой постоянно бежала мелкая рябь, старая каменная кладка моста, серые пыльные светильники. Место, едва не ставшее ей могилой, выглядело так блекло и скучно, что Анаис скривилась.

— И тут я чуть не утонула? Позор! — Проворчала девушка себе под нос, в задумчивости перекатываясь с пятки на носок. — Да он трухлявым даже отсюда выглядит! Нет уж, если топиться, то только в море!

И все же она подошла ближе, недоверчиво посмотрела на деревянный настил. Доски давно потемнели от влаги и времени, казалось, скоро гниль доест их изнутри. Они не развалились только из-за ржавых железных скоб, стянувших мост поперек через каждый метр.

Огромная дыра почти на всю ширину моста начиналась всего через несколько шагов от первой скобы. Анаис недоверчиво рассматривала ее — уж больно старой она выглядела. Да и как она умудрилась не сразу в нее не свалиться, а еще и к светильникам подойти?! Магия какая-то!

Нет, с ней, конечно, был маг, но вряд ли Антуан мог превратить воздух в надежную опору — это под силу разве что элементалистам. Менталист мог только иллюзией эту дыру прикрыть…

— Да нет, чушь какая! — Тут же отмахнулась от странной мысли Анаис. — Он же меня спас!