Пойдём со мной, Василина (СИ) - Островская Ольга - Страница 73

– Ты права. Я весь только для тебя, – смеётся Арид, сжимая мою ягодицу. – Но Ааму, видимо, слишком сильно на тебя влияет.

– Может быть, – ухмыляюсь довольно, принимаясь вырисовывать на его груди узоры пальцами. – Ты весь такой патриархально-настроенный, она матриархально, а я посерединке и мне тут хорошо. Я не люблю никем командовать, так что главой семьи быть не хочу. Но мне важно, чтобы со мной считались, чтобы у меня была возможность реализовать себя во всех жизненных аспектах. И я ревнивая жутко. Недавно это поняла о себе.  

В ответ муж снисходительно хмыкает. Ещё бы он не знал о моей ревности.

– А что дальше? – поднимаю голову, чтобы посмотреть ему в лицо.  

– Дальше? – вскидывает Арид брови.

– Ну да. Сегодня, завтра… Мы женаты? Официально? Что мне теперь делать?

– Сегодня… только наслаждаться нашей первой брачной ночью, которая только начинается, – лукаво щурится муж. – Завтра после обеда мы с тобой вместе с Шадом и Роком оправимся на заседание Высшего Суда. Там ты дашь показания, как и хотела. После суда мы вернёмся сюда, в наш дворец. А потом тебе придётся всю жизнь, – он делает драматичную паузу – быть моей женой. И императрицей. С деталями постепенно разберёмся.

М-да, обстоятельный план. Но в общем… мне даже нравится.

– Говоришь, ночь только начинается? – задумчиво закусываю я губу, смотря на мужа из-под ресниц.

Глава 40

После того, как по дороге Арид мне вкратце рассказал, что нас, и в частности меня, ожидает на Высшем международном суде Ильмондара, я ещё больше, чем до этого, начала ассоциировать его с нашим земным Гаагским судом. Он тоже призван разрешать международные конфликты мирным путём, в его состав тоже входят судьи из разных стран, только десять, а не пятнадцать, как в Гааге.

Расположен он на нейтральной территории на небольшом острове, не принадлежащем ни одному из государств Ильмондара.  И если в международном суде ООН сторонами рассматриваемых дел могут быть только целые государства, то в куардовском аналоге судиться между собой могут и отдельные личности, принадлежащие к разным народам, если их конфликт задевает интересы государств и не может быть решён на уровне местных законодательств, как например конфликт между правителями Занагара и Лайтази.

Отправились мы туда целым кортежем. Большая шикарная карнота больше похожая на какой-то фантастический самолёт, в которой полетели мы с Аридом в компании Рока и Шада. И шесть чёрных летающих машин помельче, окруживших нас в небе и образовав этим настоящий щит. .

И вот я сижу в такой себе комнате для свидетелей, естественно отдельной, и ожидаю, когда меня вызовут. Арид категорически воспротивился идее, чтобы я изначально сидела с ним в зале суда. Сказал, что это опасно для моего здоровья и даже слушать не стал мои возражения. 

Ожидание для меня, надо сказать, постарались сделать максимально комфортным. Комната больше напоминает светскую гостиную с удобными креслами и диванчиками, на столике стоит поднос с чаем и сладостями, и лежит огромный талмуд по международному праву Ильмондара, который я честно попыталась почитать, но от нервов не смогла продвинуться дальше десятой страницы по диагонали.

И вот сижу жду… Уже достаточно долго. 

Моя доблестная охрана из шести грозного вида куардов, распределившихся по комнате, никаких признаков волнения не проявляет, значит, по идее, всё идёт, как нужно. Либо они просто хорошо покерфейс держат. 

А я вот уже как-то нервничать начинаю. И даже появляются трусливые мыслишки, что зря я так упёрто добивалась согласия Арида на моё здесь присутствие. Он же и без меня отлично справится. В этом я абсолютно уверена.

Но… я вспоминаю тот страх, что пережила, те мучения, похищение, дворец Кайтана, аукцион и этих тварей, слетевшихся на него, как стая падальщиков. Представляю, как чувствовали себя другие похищенные девушки, которым не повезло так, как мне, и их даже особая ценность фуэнты не защищала от жестокости работорговцев. И понимаю, что просто обязана пойти туда и внести свою лепту в правое дело, в торжество справедливости, как бы пафосно это не звучало. Иначе я себя просто уважать перестану.

И рассчитывать на то, что муж будет со мной потом считаться, если я сейчас не сделаю этого, уж точно будет глупым. Не знаю ещё, как я справлюсь с ролью императрицы Занагара, но чувствую, что начать должна именно сегодня.

Ну и ещё я... Очень хочу, чтобы Арид мною гордился.

Словно в ответ на мои мысли, входная дверь тихо открывается, и на пороге появляется он сам.

Увидев мужа, я резко вскакиваю с диванчика, чуть не уронив на пол талмуд по праву.

– Ну что? Всё в порядке? – с волнением сжимаю руки, наблюдая, как он приближается ко мне.

– Да. Всё идёт именно так, как я и рассчитывал, – сообщает со спокойной уверенностью, протягивая мне руку.

И как только я вкладываю в неё свою, тут же оказываюсь в объятиях любимого.

– Пойдём. Твой выход, моя императрица, – улыбается, наградив жарким поцелуем.  

И сейчас это обращение меня совсем не пугает и не напрягает, а наоборот вселяет уверенность. Тем более, когда он так это говорит. Даже мурашки по коже. 

Выходим мы из комнаты, держась за руки. Охрана бдительно следует за нами, впереди нас, по сторонам от нас, заставляя меня в полной мере почувствовать себя очень значительной и охраняемой персоной. И это ощущение лишь усугубляется по пути, когда в нашу сторону поворачиваются все встречные, откровенно глазея.

Наконец перед нами распахиваются высокие двустворчатые двери, ведущие в зал суда.

Мы ступаем в огромное помещение с высоким купольным потолком, белыми колонами, балконами по периметру и большими окнами, через которые видно чистое голубое небо. Впереди возвышается длинная трибуна, выгнутая полукругом, за которой сидят десять куардов в чёрных мантиях. А по бокам от прохода в несколько рядов стоят кресла для присутствующих.

И кажется, что абсолютно все в этом зале сейчас смотрят на меня. И судьи, и эти самые присутствующие, и… Хасмиер, сидящий в переднем ряду слева.

Это по ощущениям внезапно так сильно напоминает мне аукцион, что я едва не застываю испуганным истуканом, как тогда на вершине лестницы, чувствуя, как сердце сбоит, скованное страхом. Но мою ладонь ободряюще сжимает крепкая рука мужа, я ощущаю, как окутывает меня защитным коконом его энергия, бархатной лаской успокаивая напряжённые нервы, и моё дыхание постепенно выравнивается, а внезапный приступ паники отступает.

Это не аукцион. А я не рабыня и больше не беззащитна перед сильными этого мира. Я пришла сюда, чтобы рассказать правду.

В наступившей тишине наши шаги мне кажутся оглушительно громкими. Особенно частый цокот моих шпилек. В приталенном платье цвета шампанского с узкой юбкой-рыбкой шаг у меня сам собой получается довольно женственным, осанка царственной, а подбородок гордо вскинутым. Ведь не зря я полдня потратила на наведение внешнего лоска под деликатным наставничеством сьеры Эстэри, согласившейся помочь мне в этом деле.

По идее, я сейчас должна выглядеть этаким хрупким и нежным цветочком рядом со своим большим грозным куардом. На это рассчитано и само платье, и естественный неброский макияж, и со вкусом подобранные украшения, и даже изящная невесомая диадема в красиво завитых распущенных волосах. Чувствовать себя королевой, когда выглядишь, как королева рядом со своим венценосным супругом, оказалось не так уж и сложно. Но суть не в этом. Куарды – есть куарды. На равных они меня всё равно не воспримут. Моё оружие сегодня не только мой ум и слово, но и образ, который лучше всего зацепит нужные нашему делу инстинкты.

И это работает. Я чувствую на себе взгляды сидящих в зале мужчин. Восхищённые. Испытывающие. Изучающие и оценивающие. Чувствую, как всё больше напрягается мой любимый собственник, раздражаясь от столь пристального внимания ко мне. Краем глаза замечаю, как хищно подбирается Хасмиер, пожирая меня глазами, и огромным усилием воли сдерживаю нервную дрожь.