Дракон — детектив - Дихнова Татьяна - Страница 50

Вокруг было и правда невероятно красиво. Зал при входе в сад был посвящен хвойным растениям, и как раз сейчас у них был сезон бурного роста — всю темно-зеленую хвою покрывали бесчисленные светлые ростки, создающие изумительно радостную, весеннюю атмосферу, но мне оказалось не до того — голова была слишком занята текущими проблемами с убийством, наркотиками и павшими на меня подозрениями, и, практически не глядя по сторонам, я неторопливо шла по каменной дорожке, параллельно собираясь с мыслями.

— Пожалуйста, простите, что отвлекаю вас от местного великолепия, — заговорил Эрик. — Я бы с удовольствием погулял тут сколь угодно долго, но именно сегодня вечером мне надо еще успеть поработать над докладом, так что, если вы не возражаете, давайте перейдем к делу.

Никаких возражений я не имела и, немного повернувшись в его сторону, прямо спросила:

— Насколько я понимаю, у вас есть интересующий меня товар. — Вести вторую беседу на эту тему оказалось значительно проще, я уже знала, что и как говорить.

В глазах Эрика мелькнул испуг, но после недолгих колебаний он кивнул, соглашаясь с моим утверждением.

— Отлично. А я готова его приобрести и хочу выслушать ваши условия.

Собеседник задумался, и мы продолжали идти в молчании. Оказавшись во втором зале, я изумленно ахнула — стены и потолок сплошняком увивали лианы всех оттенков зеленого цвета. Их листья были затейливо вырезаны, а на стеблях через каждые несколько дюймов завязывались бутоны. Когда же мы сделали пару шагов, бутоны на ближайших лианах начали распускаться и скоро радовали взгляд пышными цветами, которые, к моему глубокому разочарованию, исчезли, стоило нам отойти на несколько ярдов. Но расстраивалась я недолго — те лианы, у которых мы оказались, последовали примеру своих товарок, и всю прогулку по залу нас сопровождали гирлянды ярких цветов.

— Условия…— задумчиво пробормотал Эрик, — А как насчет гарантий? Вы же понимаете, о чем я…

Понимала-то я прекрасно, и что с того? Какие я могу дать гарантии человеку, которого планирую засадить в тюрьму? Придется по примеру моих недавних собеседников из кафе походить вокруг да около.

— Ваше желание логично и вполне обсуждаемо, — стараясь говорить искренне, заверила я собеседника. — Но гарантии должны быть взаимные, я все-таки тоже рискую головой, и ничуть не меньше вашего.

— Разумно.

Мы уже вошли в третий зал, и, внезапно оживившись, спутник указал на неприметную с виду траву, увенчанную желтым шариком из плотно сомкнутых лепестков.

— Знаете, что это за растение?

Я отрицательно покачала головой, и Эрик продолжал:

— Перед нами один из самых почитаемых на острове Фарад цветов — калльп. Главное его свойство, столь ценимое друидами, — накапливать воду. Смотрите.

Наклонившись, он нажал на один из шариков, и тот немедленно раскрылся, приняв вид чашки с водой. Эрик опустился на одно колено, выпил воду, после чего, взяв стоящую неподалеку лейку, полил растение. Как только цветочная чашка заново наполнилась водой, она сомкнулась, опять превратившись в симпатичный желтый шарик. Встав, спутник отряхнул светлые брюки и предложил:

— Не хотите попробовать? Это довольно вкусно.

Ни секунды не сомневаясь, я проделала все те же действия и убедилась в правдивости слов Эрика. Вода, на удивление прохладная, обладала освежающим, чуть кисловатым привкусом. Когда я выпрямилась, Эрик протянул мне лейку.

— Наполните его. На острове довольно засушливо, и временами лишь калльпы помогают выжить, благо растут они там в изобилии.

— А что происходит, если, выпив воду, не обеспечить следующую порцию? — заинтересовалась я.

— Ничего особенного. Калльп так и будет стоять раскрытым в ожидании дождя. Это очень терпеливые цветы.

Пройдя несколько метров, я сочла, что пора вернуться к делу. Хотя прогулка оказалась интересной и познавательной, я здесь не на экскурсии.

— Хотелось бы узнать вашу цену. Для начала, так сказать.

— Насколько я понимаю, цена на подобный товар в Теннете стандартная, разве нет? — продолжил игру словами Эрик.

— Цена, может, и стандартная, но ситуация уж точно нет, вы не находите? — тут же парировала я, вызвав на лице собеседника улыбку. Поскольку он молчал, пришлось продолжать самой: — Эрик, поверьте, мне очень приятно гулять с вами по саду, слушать занимательные рассказы о редких, доселе мне неизвестных цветах, но, как вы уже верно заметили, вечером нам есть чем заняться, кроме легкого моциона. Я отдаю себе отчет, что положение для нас обоих не слишком приятное и даже довольно опасное, но мы никуда не продвинемся, если не будем хоть немного доверять друг другу. Для начала могу пообещать, что соглашусь практически на любые предложенные вами условия по месту и процессу совершения сделки.

Собеседник задумчиво почесал нос.

— Хорошо. Тогда для начала вот мое условие — давайте говорить прямо.

С некоторым удивлением выслушав эту просьбу, я пожала плечами.

— Ваше право. Итак, какого размера партия лединье и сколько вы за нее хотите?

При этих моих словах собеседник споткнулся и чуть не упал на клумбу с хищными мухоловками, опушка которых почти что зловеще поблескивала в свете многочисленных светлячков.

— Осторожно, — воскликнула я. — Только травм нам и не хватало. Да и администрация сада точно не порадуется, если мы покалечим их экспонаты. Придется вам оплачивать ущерб из денег, полученных за наркотики.

Вернув равновесие, Эрик тщательно отряхнул на сей раз так и не соприкоснувшиеся с дорожкой брюки.

— Скажите мне, Айлия, а как я узнаю, что вы действительно хотите приобрести наркотик, а не сдать меня полиции в момент передачи товара?

— Хороший вопрос. Неужели я похожа на агента полиции?

— Не очень, — признал спутник. — Но и на нарколеди вы тоже не смахиваете.

— А я пока начинающая, — фыркнула я, потом обогнала его на пару шагов, остановилась, повернулась лицом и, улыбнувшись, изрекла: — Но выбор сделать все же стоит. Как вы считаете, я настолько глупа, чтобы помогать полиции, или настолько алчна, чтобы заняться распространением лединье?

Некоторое время Эрик пристально меня рассматривал, водя взглядом сверху вниз, затем тряхнул головой и, продолжив движение, спросил:

— А откуда вы узнали, что наркотики у меня?

Для достижения столь желанного мною доверия на этот вопрос стоит ответить.

— Вы сами признались, — сообщила я, усмехнувшись. — Общаясь с мадам, я знала, что она занимается сбытом наркотиков; более того, она неоднократно предлагала мне присоединиться к ней, поскольку круги нашего общения довольно сильно различались и таким образом мы могли охватить значительно большую часть рынка сбыта. Не скрывала мадам от меня и недавно полученную партию, которую по привычке хранила дома. Как только до меня дошло известие о смерти мадам Моризо, я обыскала ее квартиру, но, ничего не обнаружив, сделала вывод, что в пропаже виновен кто-то из подсуетившихся быстрее, чем я, знакомых. Но, рассуждала я, далеко не у всех, с кем мадам находилась в приятельских отношениях, есть выходы на наркодельцов. Чтобы проверить мое предположение, я выждала некоторое время и, разослав по всем адресам из найденной мною ее записной книжки письма, принялась ждать реакции. Таким вот образом мы с вами и встретились, — закончила я, надеясь, что мой рассказ звучит правдоподобно.

Спутник шел молча, видимо тщательно обдумывая мой рассказ со всех сторон, и, лишь когда мы оказались в предпоследнем зале, посвященном всевозможным кактусам, многие из которых цвели пышными, невероятно красивыми цветами, принял сложное решение. Остановившись у самого впечатляющего экспоната, он тяжело вздохнул, смиряясь с происходящим, и заговорил:

— Что ж, вы меня убедили. Я продам вам наркотики.

Я облегченно выдохнула и чуть улыбнулась, предложив:

— Давайте обсудим детали.

Примерно через час, паря в воздухе над Теннетом, я занималась придирчивым самокопанием.

Несмотря на то что первая часть нашего с Зенедином плана завершилась грандиозным успехом, победителем я себя не чувствовала и никакого морального подъема не испытывала, скорее даже наоборот. Не так давно в разговоре с мсье Бьореком я обозвала себя хорошим психологом и сейчас могла поклясться, что Эрик — не безжалостный, хладнокровный убийца. Скорее всего, преступление было совершено им в состоянии аффекта, и я, как ни старалась, не могла себя уговорить сдать Эрика полиции. Он мне поверил.