Ведьма философских наук (СИ) - Зюман Анна - Страница 67

— Буду благодарен, если позволишь мне сделать это, — слегка поклонившись, ответил тот.

Ничего себе, какая, оказывается, разница между Тьмой и ее хозяином.

— Я тоже настолько отличалась? — дернув за рукав Айрида, тихонько спросила я.

— Еще больше, — целуя меня в висок, так же шепотом ответил Айрид. — И поверь, я никогда бы не захотел снова увидеть тебя другой.

«Вот же хитрец», — подумала я, чувствуя, как счастливые тараканы от услышанных слов впадают в моральный экстаз и с обожанием поглядывают на Айрида.

— Замороженных тоже забирай, — царственно махнула я рукой. — Хотя стой. Ну-ка вернись, — окликнула я направившегося было к дверям Маррора-Тьму.

Пока Айрид недоуменно смотрел на меня, я потянула Маррора-Тьму за руку, чтобы достать до его уха, и прошептала ему свое пожелание. Маррор-Тьма кивнул и его лицо, покрытое броней, начало трансформироваться, вытягиваясь и видоизменяясь в узкую шакалью морду, добавляя тут же объемный платок и острые собачьи уши. Красота.

— Тьмунь, — позвала я пантеру. — Глянь, какой красавец Анубис у меня получился. Хочешь, из тебя Баст сделаем?

— Ветер, — обреченно выдохнул мне в затылок Айрид. — Вот скажи, откуда это все в твоей голове берется?

Я лишь пожала плечами. Можно было, конечно, сказать, что из другого мира, но ведь этот вопрос я и на Земле слышала постоянно, только задавали его обычно не целуя меня, а стучась головой об стену. Так что из какого я мира, не имеет ни малейшего значения. Я себя везде найду.

— Отпусти ты его уже, — еще крепче обнимая меня, продолжил Айрид. — Пока всех тварей не перебили, там вообще-то война с ними идет.

Я коротко кивнула новоиспеченному Анубису и тот быстро покинул зал. Тут же черный дым начал окутывать замороженных эрлов и они один за другим стали исчезать прямо на глазах. И только после этого я поняла, что наделала. В порыве моего творчества слова проклятья «станешь человеком» приобрели совершенно другой смысл.

С другой стороны, казалось бы, пора облегченно выдохнуть, но какое-то странное тревожное чувство не отпускало меня.

Розовые закатные лучи скользили сквозь стекла окон, не в силах изменить черный цвет стен. Несмотря на приближающийся вечер, оставаться в замке я не хотела. Мне срочно нужен был глоток свежего воздуха, дающий ощущение свободы. Что-то устала я в последнее время находиться в четырех стенах. Пусть даже гигантских размеров. Да и черный цвет жутко надоел. Тьмуня хотела было на мои мысли обидеться, но я на нее шикнула, мысленно послав к Заразе. Чувствую, эта парочка еще натворит дел.

Айрид молча поддержал меня — видимо, и сам испытывал что-то подобное. Для него этот замок был не менее знаковым, чем для меня.

У полуразрушенной сторожки мы оба невольно остановились, а через какое-то мгновение смех лавиной накрыл нас обоих.

— Ты был таким нахмуренным все время, — уткнулась я носом в грудь Айрида. Его одежда пахла гарью, потом и засохшей кровью, но даже сквозь эти ужасные запахи я чувствовала его собственный неповторимый аромат. Все так же немного горьковатый, похожий на смесь запахов черного шоколада и сосновой смолы. — А еще жутко надменным.

— А ты дерзкой, не подчиняющейся правилам и колючей. А еще вокруг тебя все время крутились подозрительные лица мужского пола.

— Но-но-но, — помахала я пальчиком перед носом Айрида, но мой пальчик самым бесцеремонным образом был пойман и зацелован. — Они мои друзья и попрошу ничего такого не думать.

— Вот и Мирашан всего лишь готовила для меня зелье и следила за тем, чтобы Тьма не вырвалась.

Вот черт. А ведь Айрид действительно постоянно заставал меня то с Ланделином, то с Кларвином. И хотя для меня они исключительно друзья, со стороны-то все могло казаться совершенно иначе.

— Один-один, — кивнула я. — Но в сторожке больше спать не будем.

— Как скажешь, — улыбнулся мне Айрид.

Вот же. Почему он раньше так мало улыбался? Или я настолько была занята собой, что просто не замечала? Хотя нет, помнится, я один раз заметила и тут же наговорила ему гадостей.

Все же насколько я сама себя ограничивала, не позволяя себе доверять другим. Сейчас все мои чувства были словно оголены и это было прекрасно. Я наконец-то ощущала себя живой. А то, что будет дальше, неважно. Будут взлеты и падения — они неизбежны, потому как они и есть жизнь. Без тьмы нет света, и теперь это для меня была не только метафора.

— Пойдем, — потянула я Айрида к внешним воротам. Несмотря на все мое счастье, маленький жучок беспокойства по-прежнему сверлил меня и куда-то тянул.

За воротами нас ждал госрид.

— Грааз?! — удивленно воскликнул Айрид. — Тебе же нельзя здесь быть. Госриды очень чувствительны к чужой магии, — уже для меня пояснил Айрид, — поэтому стараются не залетать на территорию гор Равушар-Дан. Здесь слишком резко меняется магический фон, а для полетов это невероятно опасно.

Выглядел Грааз действительно не самым лучшим образом. Местами его белоснежные перья были помяты и вымазаны в земле, словно он не один раз падал, пока летел сюда.

— Его что-то сильно беспокоит, — прислушавшись, сделал вывод Айрид.

— А у меня ведь тоже такое странное чувство, словно мне куда-то надо, — призналась я Айриду в своем жужжащем жучке беспокойства.

— Это она зовет, — подошла к нам Тьма, — ей плохо.

Кому, Тьмуня не сказала, вернувшись в мое тело и лишь шепнув, что нам надо спешить. Айрид не стал сопротивляться, согласившись, что госрид не прилетел бы в самое сердце Равушар-Дан, не будь в этом острой необходимости, и, подхватив меня на руки, быстро поднялся на Грааза по выставленному крылу.

Лететь в объятьях Айрида оказалось намного удобней, чем самостоятельно. Впрочем, летели мы недалеко — всего лишь перелетели одну из гор, окружающих замок.

Дождавшись нашего спуска, Грааз сразу же улетел. Значит, ему действительно было сложно здесь находиться. Я же, едва ступила на землю, мгновенно узнала, куда попала. Именно здесь, возле этого странного озера я разговаривала во сне с цыганкой.

— Айрид, — позвала я своего невыносимого куратора. — Так откуда все же у тебя взялась та монетка?

— Ею расплатилась Шадина Манчи, бессменная глава Ковена Ведьм, за открытие перехода в горы Равушар-Дан для меня.

Я недоуменно повернулась к Тьмуне, материализовавшейся рядом.

— Я, между прочим, — надула пушистые щеки эта… вредина, в общем, — о его безопасности заботилась, ну и чуть-чуть воспользовалась твоими силами переноситься на любые расстояния и вернула его в академию, а он назад приперся.

— Я умею переноситься без порталов, как бабушка?

Тьма, все еще надув щеки, кивнула.

— А у главы Ковена случайно нет трубки, из которой сиреневый дым идет? — повернулась я уже к Айриду и тот тоже утвердительно кивнул.

Все понятно. По крайней мере, теперь я знаю, кто втянул меня в эту переделку.

— А это что за озеро? — спросила я, решив разобраться со своим сопровождением чуть позже, потому как жучок беспокойства уже чуть ли не весь череп мне сгрыз, а странное озеро тянуло к себе как магнит, но ученый во мне упорно твердил, что главное правило исследователя — не лезть голыми руками в непонятные жидкости и не пытаться сразу погладить неизвестных животных.

— Первозданная Тьма, — тихо ответила Тьмуня, неотрывно смотря на черную гладь озера. — Ей очень плохо, эта звезда обжигает ее, она хочет домой.

— Та самая, которую призвал мой дед Хадрок? — уточнила я.

— Да, — кивнула пантера.

— Темная энергия Прорыва? — недоверчиво покосился на Тмуньку Айрид. — Но этого не может быть, мы уничтожили ее еще пятнадцать лет назад, да и выглядела она совсем по-другому.

Тьма рассмеялась:

— Если вы ее уничтожили, то почему все эти пятнадцать лет в вашем мире то и дело появляются твари? Вы лишь выжгли прямой межмировой проход, да ее слегка обожгли. Поэтому она спряталась здесь, но ей плохо, вот она и зовет своих детей, чтобы ее забрали домой. И выглядит она по-другому, потому что спит.