МИТТ (СИ) - Шкин Александр Михайлович - Страница 63

— А как ты хотел Саня, кто сейчас всем занимается, Настя и Вера. Мы же с тобой самоустранились, всё на девчонок сбросили. Нам же было интересно, только, когда всё начинали, а теперь… А теперь это уже и не магазинчик, а целый гастроном. Вера с энтузиазмом начала всё перестраивать, прибыли ни копейки, всё в стройку вкладывают, даже наши зарплаты, сейчас, сам всё увидишь. И да, у шлюза наши комбинезоны, Настя с Мариной отправили. Без них, нас не выпустят. Приказ командования.

Рыжий бородач, чувствовал себя за столом неуютно, скованно и неуверенно. Притихшие, такие же рыженькие мальчик и девочка, как и бородач, с карими глазами, спрятав свои ручки под стол и опустив глаза, молча сидели между отцом и Антониной.

Вера, Марина и Настя суетились вокруг стола, расставляя тарелки и бокалы.

Сашка с Валерой тихо, между собой, беседовали, не втягивая в разговор, бородача по имени Геннадий. Но вот, наконец, приземлились, и они, на свои места. И посмотрели на Сашку. Сашка посмотрел на маму.

— Давай Саша, лучше ты — улыбнулась она.

Тот кивнул и поднял, разлитое Валеркой шампанское. Детям сладкая газировка, как и Игорю.

— Давайте ребята, Гена, Вова, Светочка поднимем эти бокалы за знакомство. Хоть мы уже и познакомились буквально полчаса назад. Но, надо это закрепить. Тоня, нам много о вас рассказывала. И только хорошее. Это здòрово, что нас с каждым днём становится больше. Поднимем…

Сашка выпил шампанское в два глотка и его глаза полезли на лоб от ударивших в нос газов. Отвернулся и от души чихнул.

— Вот блин, хочется как лучше, а получается как всегда.

Над столом прокатился лёгкий смешок. И в боксе сразу пропала, висящая до этого, напряжённость.

— Ген — спросил Валерка — может быть тебе чего покрепче, чем эта шипучка. Ты не обижайся, я ничего не хочу сказать плохого, тем более не намекаю. Но мы, как и твоя жена, одарённые, и алкоголь нас не берёт, хоть коньяк, хоть водка. А зачем хлебать невкусное, когда есть приятное вино. Тоня, ты, объяснила мужу, кто такие одарённые?

— Объяснила и показала.

И тут же зажгла на ладошке крохотный огонёк.

Бородач проследил за её ладошкой и посмотрел на Сашку.

— Нет, нет, Ген, я ничего демонстрировать не буду — рассмеялся Сашка — вон, пусть Настя с Верой…

Настя, не вставая с места, с улыбкой на губах, в мгновение ока, испарила всё шампанское в его бокале.

Здоровяк, изумлённо, посмотрел на пустую посуду, а потом на улыбающуюся Настю.

Вера хихикнула и наполнила его бокал прозрачной жидкостью.

— Только залпом, Гена не пейте, это чистый спирт — предупредила она.

— Ну, хватит девчонки — вскочила Марина — вы брата совсем в краску вогнали. Ген, вот, возьми, другой. И налей себе, чего хочешь. И не веди себя как невеста на выданье. Тоня накладывай уже детям, Игорь поухаживай за Светой.

Тут же поднялся и Валера — давай Гена, как родственнику, я тебе сам коньячка плесну, и себе тоже. Сань, давай, поддерживай. А то мы тут, так до утра, друг перед другом, выпендриваться будем.

Валерка разлил коньяк и мужчины, наконец, выпили.

Бородач поставил пустой бокал на стол и посмотрел на Сашку и Валеру.

— А вы, правда, сыновья будущего президента?

Мама после этих слов поднялась — ладно отдыхайте, а я к детям.

И потихоньку вышла. Валерка нахмурился — мама… — позвал он мысленно.

Вскочила и Настя, но Сашка поймал её за руку — подожди, позже сходишь — шепнул он.

— Ответь Гене, Валера, только правду скажи, а мне и правда, пора к детям, посмотри на время, пора кормить, потом купать — проговорила мама.

И Валера, снова повернулся к Геннадию.

— Правда, Гена, только это не делает нас какими-то особенными — ответил, серьёзно, Валера — Мы все росли в детских домах. Потом учились уже здесь в бригаде, дружили. Затем стали называть Евгения Семёновича отцом, а Сару Львовну мамой, потому, что всегда были рядом с ними, и потому, что наш друг Саня, их родной сын. Они и в правду за эти годы стали нам родными. И ближе этих двоих людей, у нас никого нет. Но хватит об этом. Расслабься, Гена, и выкинь всякую ерунду из головы. Вон Тоня быстро освоилась. И ты освоишься. Давай по второй…

И, только, после третьей, Гену отпустило. Он начал улыбаться шуткам ребят, вставлял уже свои реплики, и так постепенно, постепенно, включился в общий гвалт за столом.

Детей увёл в свою комнату, к своему любимому симулятору Игорь, чем-то там их увлёк, так, что они весь вечер не появлялись в общем зале.

Антонина была счастлива, и первая потащила мужа танцевать. Оказалось, Геннадий, неплохо двигается при такой могучей комплекции. Что не отнять, так это то, что танцевать он умел и любил. Девчонки наперебой приглашали его весь вечер. Пока, наконец, им не завладела Марина и, усадив, раскрасневшегося и довольного брата, за стол начала серьёзный разговор.

— Как долго ты собираешься мести улицы? — спросила она, пристально, глядя ему в глаза.

— Не понял сестричка? — Изумился он.

— Всё ты понял. Учиться собираешься..?

— А понял, тебе стыдно, что у тебя такой брат?

— Нет, я никогда не стыдилась своих братьев и родителей. И убери свой гонор, у меня его не меньше.

— Ты знаешь, Маринка — усмехнулся Геннадий — у меня, как не странно нет денег, только твои.

— Значит так, Гена, с завтрашнего дня, ты пойдёшь на гипно курсы, вместе с Антониной, дети, пока останутся у нас. Настя с мамой, на днях, устроят их в школу, после того как Валера проведёт тестирование. Для тебя, как работника спец бригады, курсы бесплатны. Это первое… Второе, через месяц ты должен стать хорошим хозяйственником. Потому, что, завтра же, к вечеру, прилетает твой новый непосредственный начальник. Дядька жёсткий и крутой. Ты станешь его заместителем по хозяйственной части. А хозяйственная часть, это две огромные школы. Ты понимаешь, о чём я?

Брат неуверенно кивнул.

— Ладно, сам всё увидишь. И сбрей свою бороду. Тебе тридцать, а выглядишь на пятьдесят. Да и вряд ли твой начальник одобрит эту растительность. Он военный и школы военные. С Антониной, будете, видится по вечерам. С детьми, только, по воскресеньям. Это спец бригада, здесь ни у кого нет свободного времени, даже у детей. Привыкай братишка, если хочешь, что бы дети выросли и получили настоящее образование. Я благодарна отцу, за то, что он отпустил меня тогда. Я не знаю, кем бы я стала в том, другом мире, в мире за периметром бригады. Но кем я стала здесь… В общем Гена, я счастлива. У меня любимый муж, любимая работа, через восемь месяцев, будет любимый ребёнок. И я хочу, что бы и ты был счастлив. Как и все мои братья, и мама, и отец. Кстати, сейчас они в Екатеринбурге и все, все, даже дети, проходят курсы гипнообучения. Кроме отца, тот, уже руководит стройтрестом. Только я понятия не имею, что это такое. Спросишь потом у Валеры, или Саши.

— Это большое строительное предприятие — ответил Гена.

— Да, ты знаешь, ты же строитель и механик, я немного забыла, думала, что ты, всё время, работал пилотом грави платформ.

— Это в последние годы, а до этого в отцовской артели. А как он так скаканул? Из грязи в князи?

— Э-эх, ты, из грязи в князи — передразнила его сестра — в больших, открытых, городах всегда есть, куда, приложить свои руки настоящему строителю. А Екатеринбург ещё строится и мне кажется, строиться будет всегда, ведь теперь это столица. Саша говорил, что у них там каких-то подрядчиков не хватает. Вот отец и развернулся. У него всегда голова на нужном месте была. Только прислонить её в нашем закрытом городе было некуда.

— Молодец, отец.

— Жалеешь, что с ним не поехал?

— Нет, здесь Тонька, здесь дети, дом вот обживаем. Сам хочу жить, своим умом, а не отцовским.

— Ну, так и живи. Всё, на сегодня хватит разговоров, если что, пропуск у тебя есть. Или звони. Вон девчонки косятся, что я тебя утащила. Пошли, потанцуем, я тоже хочу. А то со всеми перетанцевал, а с сестрой, нет.