Ангел ходит голым - Измайлов Андрей - Страница 15

Не-е-ет уж!

— Вот, Виталь, ты сказал: семейные ценности…

В креслах. Коротаем. Ещё бокальчик? А и не откажусь! Продолжаем разговор. Наука умеет много гитик. Агональная риторика есть наука. Главное — начать. Потом — углубить.

— Или ты меня не слушаешь?

— Весь внимание! Нет, не отвлекаюсь. Предельно заинтересован.

— Вот ты сказал: супружеская верность. Для тебя это сакрально, да?

— Ещё б!

— Не ври! Откуда тебе знать! Ты же закоренелый…

— Книжки читал, книжки.

— Опять не ври!

— Что, не читал?!

— Читал-читал, верю. Иначе б тут не сидел.

— Так! Я встал и пошёл! Отсюда!

— Валяй дурака, валяй. Но не здесь, будь добр. У себя там — ради бога. Здесь — не надо. Сиди, говорун. На чём я остановилась? Ах, да! В книжках — с точностью до наоборот. Не будь измены как интриги, не было бы книжек, львиной доли книжек. Согласен?

Согласен. И?

Ну, слушай!

Значит, мужская измена: раз плюнуть! а чо?! Полигамен. Тогда как женская измена: спаси-сохрани, убью гадину! Моногамна. Кто сказал, кто? Ах, учёные? Те самые загадочные британские учёные, которые постоянно утверждают? Спасибо, не надо британских учёных.

— Теперь представь… М-м, тебе, Виталь, цензурно или нецензурно?

— М-м, цензурно, чтобы нецензурно угадывалось.

— Дай мне подумать, пару минут.

— Даю. Ещё бокальчик?

— А то!

— Время истекло!

— Зануда! Хорошо, как тебе древние китайцы?

— В бесконечном восторге от них. Сунь-вынь, сунь-вынь!

— Пору-у-учик! Фу!

— Майор же.

— Майо-о-ор, фу!

— Виноват!

— Да уж!

— Лиль, не тяни. Давай, на худой конец, тогда хоть в манере твоей колоноки в «Секс и!», что ли.

— Скажешь тоже! Там — баловство, а тут — философия.

— О как!

— Ото так!..

И уже сговорились на древних китайцах. Значит, Инь-Ян.

Инь — цветок лотоса (то же пещера божественного лотоса).

Ян — нефритовый стержень (то же могучий воин).

То и дело пребывает могучий воин в своей пещерке божественной, живёт он так. К обоюдному удовольствию. Но вдруг! Занесло в гости, в другую пещерку. Сам не понимает, каким образом. Обильное возлияние, неявный (явный!) зов, отказать неудобно. Вкусил. Отдал должное. Но — почти за полночь. Домой-домой! Жаль. Увидимся? А как же! Созвонимся. Всё было великолепно, никогда так не было! Но — домой! Обои отклеиваются, кран подтекает, ремонт пора. Тем не менее домой!.. Какие угрызения, какая вина?! Теперь и в гости не сходить? Вернулся даже не за полночь! Ну, за полночь. Но не под утро! Под утро? Мосты, мосты. Вернулся, главное! Никто сюда не заходил? Во-о-от, а тут я, могучий воин. Только сначала бай-бай, а потом… Спи, моя радость, усни.

Другое дело (совсем другое!), когда и если могучий воин усталый-но— довольный возвращается в свою (в свою!) пещеру божественного лотоса и обнаруживает: здесь был вор! Был, был! Всё переворошил, в каждом уголке пошарил, ещё липкую лужу посреди гостиной оставил. Такой смачный плевок в душу! Такая бессильная свирепость! И такое омерзение, такое! Всё! Дверью хлоп и — никогда больше в тот дом, бывший твой!

— Похоже?

— Ну… да. Типичный Ян.

— Угу. А теперь — с другой стороны. Со стороны Инь. Вот я — Инь.

Моя божественная пещерка — она моя! Мой дом! Кого хочу, того пускаю. Ты, могучий воин, что-то зачастил по гостям? Твоё право. Ну а я люблю гостей принимать. И не всякого приму. Только того, кто меня радует и сам рад. Бескорыстно. Моё право. Никакого расчёта, просто всем им в моём доме хорошо. Ах, ещё и всем им?! Да! Всем им! Со счёта не сбилась. Просто не считала!.. И начхать на драные обои, текущий кран, запустение.

В доме-то всё большее запустение, когда хозяин… не сказать реже стал, но какой-то не такой стал. Могучий воин по-прежнему, но после каких-то уже битв, одержанных побед. Юрк — в СВОЮ пещеру божественного лотоса. Что могучий, то могучий. И — мнительный: кто тут был, пока меня не было, кто?! Какое твоё дело! Спи давай. Не строй из себя. Тем более из меня. Дрыхни.

— И как тебе такое, Виталь?

— Ну, Инь, да. Но, м-м, нетипичная. Отчасти.

— От какой именно части?

— Право, теряюсь.

— То есть всякая Инь для тебя — трёх разновидностей, не более. Смиренно верная. Холодно продажная. И неуёмно жаждущая. Иначе и проще говоря: жена, путана, Ѣ. Четвёртого не дано. Хочешь поговорить об этом?

— Только поговорить?

— Виталь! Ви-та-лик! Не порть вечер, хер майор.

— Нет, я не прочь ещё поговорить, если иного не дано.

— Иного не дано. И не будет дано. И never say never[3] — не-а!

— Я безутешен!

— Вот умничка!

Поговорили, называется. О сакральном.

— Ещё бокальчик налей?

— Сомлеешь.

— Не дождётесь! Шампусик меня только бодрит. Организм так удачно устроен. Сегодня ещё творить и творить. Граничу завтра до девяти ноль-ноль — сфинксов зомбирующих вынь да положь.

— Сфинксов?

— Даже не вникай! Я не брежу. Прочтёшь потом. Если захочешь. В «Талисмане». Сначала эту муру надо сотворить.

— Ночь, гм. Глубокая.

— Когда творить, если не ночью? Никто не мешает…

О-о, потягушечки! Просто выше сил! В ванную?

— Ступай, Виталь, ступай. Не в ванную! Вниз, к себе, на пост. Не умножай сущностей. Храни меня, мой талисман.

Храню. Охраняю. На страже. Ночной портье, Ѣ!

Талисман, значит? Нечто магическое, приносит удачу и счастье владельцу оного.

Способна. Что есть, то есть. На многое.

На зомби-сфинксов.

На грифонов-стражей.

На барсов-лизунов.

На (ближе к теме, ближе!) откровения в глянце «Секс и!» (Sexy!).

Всё так.

Но никак не ласточка, никак.

Ибо ключевое: «…не всякого приму. Только того, кто меня радует и сам рад».

Вот оно, вот оно.

Засим: в качестве классической ласточки — непригодна.

Dixi!

P. S.

Ещё не всё я dixi[4].

В качестве сакрального избрал бы не семейные ценности как повод! Хоть ту же мифическую Корсунь — с колоколом в глубокой ночи. Буратино там снимался, за верёвочку дёргал — на Поле чудес, в Стране дураков, первичный центр всех цивилизаций.

P. P. S.

Или потом как-нибудь Лильке подкинуть эту тему? На две полосы в «Талисмане» распишет: о, Корсунь, о! Шлак, но народ поверит.

P. P. P. S.

Лильке народ верит. Даже про сфинксов, про грифонов, про барсов-лизунов. Народу не нужны нездоровые сенсации, народу нужны здоровые сенсации.

Дык — нате!

На кураже, от её щедрот — колонку-другую в глянец «Секс и!» (Sexy!). Под псевдонимом. Снежана Б., Кристина Х., Алиса Ж. Откровенный троллинг. Любезное сердцу лёгкое баловство — для умственного релакса.

Но платят. И ка-ак!

Гранич охотно готов изображать неведение. Чтоб его ценные кадры на стороне подрабатывали? Да никогда! От добра не ищут добра. За всем и за всеми не уследишь. И надо ли?

В этой стране стало страшно жить. Недавно случайно нашла в интернете базу данных поиска людей http: //syim.com/baza. И главное, сделали вроде как для поиска утерянных родственников. Но здесь вся информация о каждом из нас: переписки с друзьями, адреса, телефоны, место работы, и, что самое страшное, есть даже мои обнажённые фото (правда, не знаю откуда). В общем, испугалась очень. Но есть такая функция, как «скрыть данные». Воспользовалась и всем советую не медлить. Мало ли, что эти придурки могут сделать дальше!