Я тебя раздену (СИ) - Ридель Ада - Страница 5

Вот так просто.

Лежит вместе со мной на кровати, прижимает к себе, нащупывая рукой одеяло.

А я чувствую его всем телом. Особенно той частью, где задралась майка.

И хоть я в белье…

Ощущаю его каждой клеточкой.

Его огромный бугор, упирающийся прямо в попу.

И чёрт возьми… Это и страшно и захватывающе одновременно.

Опасный мужчина так близко. Я никогда не лежала с ними вот так. А сейчас…

Назар держит сильно, не отпускает.

Только сопит.

Вырубился.

Быстро он…

Вообще странный.

Тащит меня силком, всем своим видом крича, что оттрахает меня, но на самом деле…

Обрабатывает раны и укладывает спать.

Своеобразным путём.

И даже несмотря на все странности, прикрываю глаза и мгновенно, вымотанная стрессом, засыпаю.

Глава 8

Назар

Вдыхаю охуительный аромат своего геля для душа вперемежку с естественным запахом тела.

Гремучая смесь.

Невъебенная.

Просто сводящая с ума.

Кажется, я ещё сплю.

Чувствую в своей клетке миниатюрную девчонку. Обвиваю её рукой, а второй неосознанно лезу под длинную футболку.

Она что-то завлекательно мычит, но крепко спит.

А я не сдерживаюсь от столь крышесносного запаха и провожу ладонью по резинке её белья.

Запускаю ладонь в трусики, проводя по гладкому лобку.

Обожаю выбритые киски. От кущей просто воротит.

А тут чистенькая, гладенькая… Сразу ассоциация с невинностью. Люблю таких.

Провожу пальцами по сомкнутым и мягким складочкам. Развожу их в стороны, погружаясь во влажный и источающий смазку бутон.

Да она ж течёт…

Возбуждающий стон срывается с аппетитного ротика, который вчера молил о пощаде. Повезло ей, что я был дико пьян.

Не любитель трахаться под алкашкой. Ощущения не те. Особенно когда ты пьян, а твоя партнёрша — нет.

Поэтому сейчас навёрстываю.

Погружаю один палец в её киску.

Мокрую, набухающую.

Интересно, что ей снится?

Судя по влажности в её трусах… Что-то пошлое, эротическое.

Хотел бы я заглянуть…

Привстаю и приподнимаю её бедро второй рукой. Ввожу пальцы глубже, испытывая нереальный кайф от тугих стенок.

Блять, душу дьяволу отдам, если спизжу, но она охуенная.

И снова её чарующий стон.

Пропитанный удовольствием. Прямо рвущийся из груди.

Член в трусах мигом каменеет. Наливается кровью, чуть ли не тараня ткань трусов.

Трахаться хочу.

Но, судя по всему… Девчонка не обработанная.

А это заводит ещё сильнее.

Но…

Надо показать этой девочке, что такое удовольствие хотя бы пальцами. Может, эта скромняга отблагодарит меня по-другому… Когда возьмёт мой каменный стояк в свой маленький ротик. Сомкнёт пухлые губки. И оближет головку члена…

Неосознанно двигаю ладонью в её трусиках.

Сначала медленно.

Давая ей привыкнуть. И себе. Наслаждаюсь её тугостью.

А потом ускоряюсь. Так, что даже пальцы немеют, стоит выйти и войти снова.

А она мычит, стонет, извивается во сне.

До тех пор, пока я не присоединяю второй палец, растягиваю эту узкую и требующую моего члена дырочку.

— Назар? — её сонный и возбуждённый голос накаляет атмосферу ещё больше.

Я и так на пределе. Хочу потрахаться так сильно, что яйца сводит в нетерпении.

— Что ты делаешь? — она шевелится, приоткрывает глаза, удивлённая такому «доброму утру».

Приоткрывает губки, и, несмотря на то, что ничего не понимает, поддаётся ласке.

— Делаю твоё утро счастливым, — наклоняюсь, шепчу ей в ухо, целуя маленькое и манящее ушко.

Ускоряюсь ладонью в её трусиках, вколачиваясь двумя пальцами, доводя её до состояния размазни.

— М, — эта девчонка просто изводит меня, издавая такие соблазнительные мычания.

Закусывает губы, резко сжимает мою руку своими бёдрами и мычит. Не стонет, сдерживая их в своём ротике.

Явно стыдится, что испытывает это. Возбуждение. Похоть.

Это ангелочек ещё раз не упадёт со мной в ад, испытывая этот сладкий грех.

— Давай, Дана, покричи, — шепчу ей на ушко. Она отрицательно машет головой, и я останавливаюсь.

Зря. Ощущаю её ещё лучше.

Какая же она…

Глава 9

Пиздец, аж башню срывает.

Но всё же остаюсь в ней, немного играясь пальцами, которые она так охотно принимает в себя.

И из-за чего в моих трусах настоящая дубинка. Стукни ею по стеклу — оно разлетится, нахуй, вдребезги.

— Я не такая, — скулит, но делает все наоборот, от того, что говорит. Сама вытягивается вверх, чуть высвобождая мою ладонь, и сама же дёргается вниз, насаживаясь на то, что сейчас трахает её киску.

— Пиздишь, — ухмыляюсь, видя, как она изнывает от недостатка ласки. — Если сейчас ты не закричишь, как только я продолжу движения… До оргазма тебя не доведу. Поняла?

Она судорожно кивает, явно не понимая, в чём дело.

А я встаю. Отбрасываю одеяло в сторону и переворачиваю тяжело дышащую куколку на спину.

Через плотную белую ткань её соски так и просятся в мой рот. Чтобы обхватил их губами, укусил зубами и оттянул.

Ох, блять…

Задираю её майку до самой груди, обнажая светло-коричневые соски.

От одного только их вида уже готов кончить в трусы.

Но нет. Сегодня мы развращаем недотрогу-официантку.

Срываю с неё трусики и нависаю над ней, разводя ноги в разные стороны.

Смотрю в её миловидное лицо.

В горящие от возбуждения глаза.

— Что тебе снилось? — спрашиваю из любопытства.

Прежде чем я залез к ней в бельё, там был настоящий водопад.

А сейчас влаги стало ещё больше.

Что она вытекает из её киски, делая мою ладонь полностью влажной.

— Ты, — честно отвечает, прикусывая и так припухшие губы.

Ох, как заговорила…

Вчера — насильник, сегодня — любовник.

Какая непостоянная.

— И что я делал? — вхожу в сладкую девочку двумя пальцами.

Дана натягивается, как струна, вытягиваясь. Приоткрывает розовые губки и звонко протягивает букву: «о».

— Входил в меня-я, — она пытается говорить, но сдерживает своё обещание — стонет, когда ускоряюсь ладонью, доводя куколку до исступления.

— И? — опускаюсь губам к её груди, хватая зубами сосок, так приковывающий к себе внимание.

Причмокиваю, целую, снова слыша замечательную симфонию звуков из этого сладкого рта.

— И т-трахал, — чувствую, как ещё чуть-чуть и она подойдёт к концу.

Уже извивается на простыне, не зная куда деться.

Как бесы вселились.

Волосы растрепались по подушке, а майка задралась до самой шеи. Узкие бёдра подрагивают в такт пальцев в её лоне.

А я просто кайфую.

Наблюдаю за её лицом, её состоянием и просто хочу кончить.

Потому что она такая…

Чувственная.

Нежная.

Скромная.

Прям то, что я люблю.

— Тебя пока рановато трахать, — говорю честно и делаю добивающие толчки.

От которых куколка резко сводит бёдра.

Сворачивается калачиком, громко выпуская из своего грешного ротика безумный стон наслаждения.

Сжимает своими тугими стенками пальцы и шумно выдыхает, сминая простыню пальцами.

— Так бы смотрел и смотрел.

Сначала не понимаю, что говорю это вслух.

Но, когда вижу её мутные от возбуждения глаза и смущающиеся щёки, понимаю, что ляпнул.

Вынимаю пальцы из её податливого тела и отодвигаюсь.

Бля, вот бы её трахнуть, да и всё…

Но…

Бля, не вижу причины, кроме того, что она ещё слишком невинна.

А мне же похуй должно быть.

Вот и пусть будет!

Только хочу схватиться за эти ножки, развести в разные стороны, как слышится звонок мобильного.

Мне редко звонят.

А если и делают, то по важным делам.

Поэтому вскакиваю с кровати, беру телефон в руки и смотрю на звонящего.

Артур.

— Кажется, куколка, тебе пора домой, — кидаю через плечо, понимая, что наше весёлое утро закончилось быстрее, чем успело начаться.