Урбания - Сафонова Ляна - Страница 49

–Умираешь от любопытства?

–Уже - нет, - я покачала головой.

–Разочарована?

–Нет. Просто… это неправильно.

–Что именно?

–Что мы узнали об этом не от тебя самого, а от Йогетора. Ты даже своему лучшему другу, Оддару, не сказал. Понимаю, тайна и всё такое, но… мне казалось, что нам можно сказать. И… и, знаешь, это удивительно. Ты же эльф, а, значит, Светлый…

–Не полностью, - он цинично усмехнулся, - знаешь песенку о свадьбе волка и косули? "Мамулю воротило от печёнки, папулю - от травы, а я стоял между ними и пил одну водичку, чтобы не обижать никого, и скоро умер от голода…" Её часто Мара напевала… на привалах. Я - такой же, понимаешь? Сила Земли проявляется в тех, в ком баланс Тьмы и Света лежит ровно посередине, изначально, с рождения. И, откровенно говоря, не понимаю, зачем кричать об этом на всех углах. Последние звёзды, Йогетор? Хорошо, так и быть, я принесу Клятву.

Слепой мудрец улыбнулся:

–Довольно бегать от самого себя. Эпоха Поединка подходит к концу. А пока… позвольте дать вам всем несколько советов. Впереди у вас не только война, это раз. Почаще оглядывайтесь назад, это два. И то, что вы скоро будете искать, найдётся у зарослей "голубых ягод", это три. На этом, пожалуй, всё. Мы ещё встретимся… когда-нибудь.

Словно опасаясь, что мы можем побежать за ним, Йогетор быстро, как зрячий, прошагал к тому самому ельничку, из которого появился в прошлый раз. Коня не видно, значит, точно - телепортация. Делать нам больше нечего, кроме как за ним бегать! Потому что, помимо естественных в нашем положении ахов и охов насчёт притворства некоторых общих знакомых (не будем показывать пальцем), были и организационные вопросы. Один из них озвучил уже спокойный и только чуть-чуть надутый Оддар:

–Так, если ты - из этих, ну… может, свяжешься с ними как-нибудь? Чтобы нам вернули Талисман. Мы же сделали всё, что нам сказали, пусть вернут. Им-то ни к чему, они в Нурекне не имеют такой силы…

–Не могу.

–Жалко, что ли?

Дайнрил похлопал друга по спине:

–Да пойми ты, придурок, я с ними общался раз в полвека, и всё время они меня находили сами. Понимаешь, устав Ордена Твери не нравится не одному Йогетору. Я в него и не рвался, так, вольнонаёмный тип. Да и стихию я не сам выбирал. Если кто и знает, то это Клейтас. Не зря же его поставили командиром…

–Это мысль, - согласился гном.

–А про Керриэля ты можешь что-то рассказать? - с радостными глазами поинтересовалась Ника.

–Извини, ничем не могу помочь, я его знаю не дольше твоего.

–Якорь в попу! Вот не расстройся!

–Не говори, - чувство юмора вновь возвращалось к нему, - как тут не расстроиться, когда у тебя якорь в таком чувствительном месте!

Будь посреди леса какой-нибудь стол, ему грозила бы реальная опасность быть проломленным. Пока же Нике пришлось довольствоваться тем, что она снесла с корнем какого-то растения вроде ивы, только росла эта ива не у воды. Тут-то мне и вспомнилось второе наставление Йогетора: почаще оглядываться назад. Потому что в этих кустиках засел дершатский патруль в составе двух дюжин здоровенных орков. Да уж, тоже мне, ива плакучая… наверное, орки просто хотели проследить, куда и зачем мы пойдём, но раз такое дело…

Думаю, никто не удивится, если я скажу, что шла последней, и поэтому встречать атаку взбешённых орков мне пришлось первой. Вот и гадай, где жить безопаснее… Даже в суде адвокат очень редко сам себя защищает, примета плохая. Потому что, если ты сам себе адвокат, значит, твой клиент - идиот. Но, видимо, таково уж моё бабье счастье - жертвовать собой. Лучше быть клинической идиоткой, чем клиническим же покойником. Вся моя жертвенность проявилась в том, что я отпихнула Оддара прочь с дороги, дабы он не попал под стрелу, метко пущенную кем-то из орков. Больше никогда не забуду лук в Перекрёстке, да и вообще в любом другом месте - тоже… ну, а потом орки скопом навалились на нас с кривыми ятаганами, а несколько самых метких товарищей продолжали обстрел из-за деревьев. Интересно, в Нурекне выпускают бронежилеты? Вроде да, кольчугами называются. Прикупить себе такой костюмчик, что ли?

И была ещё одна проблема. Раньше я ещё могла надеяться на то, что после первой же раны придёт сила Ветра и, автоматически, всем врагам будет "каюк хана". Раньше! Теперь же, особенно после приснопамятного случая с сулорами, приходилось полагаться исключительно на свои, отнюдь не выдающиеся способности. Ситуёвина складывалась занимательная. Оддар и Ника рубились в ближнем бою, спина к спине, да так, что только кровавые брызги летели во все стороны. Все окрестные кусты и деревья выглядели так, будто заболели ветрянкой. К моим ногам покатилась усекновенная голова. Я оглянулась. Ника торжествующе улыбалась. Наконец-то её врождённая ненависть к оркам нашла применение. Вдруг меня сбили с ног. Я увидела склонившуюся надо мной оскаленную орочью рожу. Мой противник занёс ятаган надо мной, явно собираясь пригвоздить меня к земле. Ну, нет, я тебе не бабочка для коллекции! Собрав все силы, я кувыркнулась назад и вскочила на ноги. Ятаган рассёк воздух и вонзился в землю, и я, пользуясь моментом, сделала короткий и быстрый выпад Сантаром. Орк беззвучно осел вниз. Не люблю лишней крови… Всё равно несколько капель попали на плащ. Потом придётся стирать. Надо было забрать оружие поверженного врага, но прикоснуться к липкому от крови клинку из чёрной стали? Фига с два! Поэтому я просто рубанула по ятагану Сантаром. Ятаган распался надвое. Плохая ковка… руки бы кузнецу пообрывать…

Эльфы обожают драться. Обычно они спокойные и рассудительные (я не имею в виду Нику; в ней, кончено, есть и эльфийская кровь, но на эмоции это отчего-то не влияет), а когда дело доходит до битвы, в них словно демон разрушения вселяется. К сожалению, истинного мастерства можно достичь только на холодную голову, но согласны с этим далеко не все. Дайнрил к таковым обычно не относился. Сейчас он, подобно Нике и Оддару, устраивал кровавую мясорубку, видимо, чтобы дать выход накопившемуся отрицательному заряду. Да, дипломатии между эльфами и орками не бывать… Противники подобрались ему под стать, не хлюпики - здоровенные бойцы, поэтому рядом с вампиром валялось всего-то четыре трупа, а остальные наседали на него, как мопсы на стаффорда. И с тем же результатом. Многие лишились кто уха, кто глаза, а кто и кисти одной из рук. Молодец… Мне же оставалось уворачиваться от ударов. Из-за укрытий стреляли лучники, несколько стрел всё же чиркнули по рукам и плечам. Как бы раздобыть лук? Попробовать-то можно…

В тот момент какой-то орк всерьёз вознамерился отсечь мне руку и так рубанул, что я, едва обезопасив конечность, отлетела в сторонку и впечаталась мордой в спину другого рогача. Этот субчик мне не понравился с самого начала. Наверное, он был своего рода меломаном, потому что постоянно отбивал ритм сталью о сталь и напевал военные марши. Тогда до меня и дошло, что больше всего в этой жизни я ненавижу орочьи военные марши. Выглядел тот тип тоже чудно. Прежде всего в глаза бросалась красная куртка из низкокачественной холстины и красная же обмотка на рогах. Видали б это фанаты испанской корриды… при небольшом для орка росточке ножки у него были, как у снежного человека. Бритая по приграничному обычаю голова, утиный нос, оттопыренные уши, в одном из которых болтались два железных кольца, и ещё - козлиная бородка. Короче, красавчик… Но главное даже не это, а то, что я в полёте уцепилась за его рукав и оторвала оный напрочь вместе с половиной куртки. Говорю же, низкокачественная холстина. Под курткой оказалась замысловатая иероглифическая татуировка.

Что тут началось! Все орки побросали свои дела и окружили меня и татуированного собрата кольцом из ятаганов и стрел. Кто-то в толпе прорычал слово "оскорбление", кто-то другой - "смертный бой". Весёленькая перспективка. Ушастый орк зашипел, бросая на землю остатки свого дурацкого облачения, и злобно проскрежетал, глядя на меня в упор:

–Ты оскорбила мой род! Ты умрёшь. Я, Важжай, вызываю тебя на поединок!