Морская академия (СИ) - Кириллова Наталья Юрьевна - Страница 30

Кэйлаш быстрым движением вырвал у русалки пиджак, перебросил его через одну руку и подал вторую. Пинком загнав подальше инстинкт, возрадовавшийся было этому вполне невинному жесту, Феонна вложила пальцы в горячую ладонь магистра и сразу закрыла глаза. Мужчина вернул русалку ровно на то же место на аллее, откуда забрал, и, не попрощавшись, исчез в пламени. Впрочем, глупо было ожидать другой реакции. Гораздо важнее понять, почему её очарование вообще на него подействовало?

–

Я долго не могла заснуть, беспокойно ворочаясь с боку на бок и размышляя об отсутствии на нас пресловутой защиты как проверки на профпригодность. Или непригодность. С одной стороны, не то чтобы рассказанное Феонной по возращению с отработки настолько сильно меня удивило. Наверное, какая-то интуитивная часть меня подозревала нечто подобное, хотя бы потому, что защитные заклинания действительно не обновляли, и под приворотным зельем Макс успел достаточно далеко зайти и без всяких последствий. С другой, попросту обидно. Получается, носимся мы с этой разнесчастной защитой, носимся, тычем ею в нос особо ретивым воздыхателям, а на самом деле даже не в состоянии заметить, что нет её и уже не один месяц. Перед сном мы с Феонной продиагностировали друг друга и убедились в полном отсутствии на нас вообще каких-либо заклятий.

Закономерным итогом поутру стали недосып и трудный подъём. На завтрак я поплелась вялая, подруга задумчивая. Не считая рассказа о защите и проверке, русалка больше ничего толком не говорила о том, как прошла сама отработка, и не сильно ли зверствовал Кэйлаш. Упомянула лишь, что находились они на площадке на крыше одной из башен административного корпуса, а не на южной. То-то радость зрителям была. Надеялись на эффектное зрелище и вдруг такой облом.

Макс ожидал на развилке под деревьями. Только не один. Рядом, мило улыбаясь и что-то рассказывая собеседнику, стояла Ксанти.

— Что ни день, то сюрпризы, — заметила Феонна.

Я люблю сюрпризы. Неожиданные приятные подарки на праздники, в остальных случаях предпочитаю обходиться без сюрпризов. И, подозреваю, этот сюрприз мне точно не понравится.

Макс заметил нас первым, улыбнулся мне. Ксанти проследила за взглядом парня и обернулась к нам.

— Привет! — радостно поздоровалась Ксанти. — Представляете, меня назначили младшим куратором.

— И тебя тоже? — удивилась Феонна.

— Не «тоже», Фео, а «вместо», — хмуро поправила я. — Не так ли?

— Ага. — Счастливое выражение лица светловолосой русалки было весьма далеко от моей ошалело перекошенной физиономии, когда ректор сообщила мне о великой чести. — Я новый куратор Макса, так что можете меня поздравить.

— И когда успели? — вопросила Феонна.

— Вчера после последней пары меня вызвали к ректору, там госпожа Хивен и сказала о назначении. Мне и памятку дали. — Ксанти достала из своей сумки печально знакомую ядовито-желтую брошюрку, продемонстрировала нам. Другой экземпляр, разумеется. Тот, который выдали мне, валялся где-то в нашей комнате. — Я уже всё прочитала, правда, Макс сказал, что первые пункты можно пропустить.

— Ну, раз Макс сказал, — протянула Феонна.

— А почему меня не уведомили об увольне… тьфу, отстранении? — возмутилась я.

— Тебе в последнее время и так досталось, поэтому госпожа Хивен решила, что не стоит тебя тревожить лишний раз по пустякам. Тем более Макс тебя вроде предупреждал о замене, разве нет? — Ксанти вопросительно посмотрела на парня.

Макс сказал, что попросил о замене. Но Макс ни словом не заикнулся, кто будет на замену! И что же получается, когда я вчера заявилась в его с Ноксом комнату, Макс уже знал, к чьему хвосту он пристроится? Целовал меня, зная, что теперь будет везде ходить с Ксанти?!

— Мои поздравления, — пробормотала я и быстро двинулась дальше по аллее.

Подумает он! Только вот он же не уточнил, от кого хочет видеть маленьких максиков!

Я что, серьезно думаю о детях?! Да ещё и от Макса?! Так и до «жили они долго и счастливо и умерли в один день» и прочей возвышенно-романтической чепухи недалеко!

Кажется, я с ума схожу. Медленно и мучительно.

— Триш! — Макс в несколько широких шагов догнал меня, взял за руку.

— Пусти, — зашипела я и попыталась высвободить конечность, однако парень крепче сжал мою ладонь и притянул к себе, из-за чего со стороны мы, полагаю, стали напоминать сильно влюбленную парочку, не желающую отлипать друг от друга даже на улице.

— Триш, ты слишком бурно на всё реагируешь, — негромко произнес Макс.

— А у тебя, смотрю, кураторы не задерживаются, что ни день, то новый. Прямо как соседи по комнате у Нокса. — Похоже, меня понесло, но прикусить язык почему-то не получалось, хотелось выплеснуть копящееся внутри раздражение. — А перед Ксанти ты кого изображать будешь: обкуренного малька или благородного героя из старых легенд?

— Мне приятна твоя ревность, но не стоит перегибать палку.

— Ревность? Какая ревность? Я не ревную! — Вот ещё! Ревную я, как же, размечтался! Я всего-навсего не выспалась! — Если хочешь знать, ты мне вообще не интересен.

Внезапно Макс остановился, вынудив замереть и меня. Повернулся ко мне, обхватил моё лицо немного шершавой ладонью и поцеловал. Посреди аллеи, полной идущих в столовую и учебный корпус адептов, на глазах у следовавших за нами Феонны и Ксанти. Кто-то ахнул, кто-то охнул, кто-то присвистнул, кто-то посоветовал не торчать на проходе, а отойти в кустики, если нам так неймется. Зато возражения разом закончились. И идиотские претензии. И, несмело отвечая на нежные прикосновения его губ, я, по-моему, впервые поняла смысл этой странной фразы про бабочек в животе…

Макс неторопливо отстранился, подождал, пока я открою глаза и посмотрю на него относительно осмысленно, и снова улыбнулся.

— Кстати, доброе утро, Триш.

— А-а… Доброе, — пролепетала я, не понимая, что это сейчас на меня снизошло.

— Завтракать? — заботливо уточнил парень.

— Да…

— Вы идете? — обернулся Макс к притихшим русалкам.

Наверное, подруги согласно кивнули, потому что мы пошли в столовую. Держась за руки, как парочка. Взяли подносы с едой и заняли свободный стол. Русалки сидели напротив нас с Максом, и если Феонна постепенно снова погрузилась в свои размышления, то Ксанти нет-нет да поглядывала на нас удивленно и недоверчиво. Я так вообще постаралась сосредоточиться на запеканке в тарелке, а не на близком присутствии парня.

— Ты!

Что ещё такое?

Я подняла глаза на Анила, возникшего возле стола и обратившего указующий перст на Феонну.

— Как ты могла? — тем же патетично-обвиняющим тоном продолжил приятель. — Знаешь ли ты, о жестокая, сколько мы там торчали, как придурки? Мы ждали, мы надеялись, мы заранее сделали ставки и что в ответ?

— Что? — уточнила Феонна.

— Ничего! Пока кто-то не пришел и не сказал, что Кэйлаша уже видели в административном корпусе, а значит, твоя отработка или закончилась, или её не было.

— Всё было, — неопределенно передернула плечами подруга. — Только на другой площадке. Магистр не любит зрителей.

— Обычно его это не смущает, — заметил Анил, выдвинул свободный стул рядом с Ксанти и сел. — Вон какую толпу в случае с Ноксом собрал. Да и так народу всегда хватает, если только отработку не ставит на какое-нибудь совсем уж зверское время. В прошлом году Кэйлаш выдернул адепта из койки в одних труселях в четыре часа утра и часа полтора гонял по стадиону. Тот бедолага потом на первую пару в прямом смысле приполз, ноги его уже не держали.

— С Кэйлашом лучше не шутить, — согласилась Ксанти.

— Ксан, а тебя ведь тоже не было, — добавил приятель.

— Меня назначили младшим куратором, и я решила никуда не ходить и как следует почитать памятку.

— Поздравляю! И кого курируешь?

Ксанти с милой улыбкой указала на Макса. Я как раз доела, аккуратно положила вилку с ножом на пустую тарелку и сделала глоток чая. Харр побери, действительно ревную. Причем как вздорная истеричка из тех, кто видит измену даже в мимолётно скользнувшем по другой девушке взгляде своего благоверного. Надо срочно что-то с этим делать. Может, успокоительное у Феонны попросить? А то нервы в последнее время совсем расшалились.