Императорская Академия (СИ) - Бланш Лилия - Страница 16

— Сомневаюсь, что вам здесь место, госпожа Перье. Кажется, вы совершенно не осознаёте всю серьёзность обучения в Императорской Академии.

— Вы абсолютно правы, лорд Верлен, — согласилась я, и ледяной взгляд стал удивлённым. — Я действительно не совсем понимаю, куда приехала и что здесь ждёт, и подозреваю, мои способности слишком скромны по сравнению с остальными учащимися, но… Понимаете, лучше попасть в неизвестность, грозящую опасностями, чем жить по чужим инструкциям, каждый день сомневаясь и жалея, что не рискнула поступить иначе!

Кажется, я слишком увлеклась, отвечая честно, потому что в глазах предательски повлажнело. Внезапно куратор улыбнулся. Жуткой улыбкой, при которой изогнулись уголки тонкого аристократического рта, а глаза остались такими же холодными.

— Я понимаю, о чём вы говорите, госпожа Перье. Любой, кто происходит из семьи аристократов вас поймёт. Именно поэтому, я и пошёл вам навстречу… Честно говоря, меня восхищает ваш поступок: сбежать из дома, выйти на поле боя, сразиться с этернами, не побоявшись их гнева, мести… а вы их действительно разозлили, Калерия. И даже после этого вы не сбежали, хотя приезд матери предоставил благоприятную возможность.

Я растерялась, не зная, что ответить. Куратора восхищает мой поступок? По большей части моя смелость объясняется неосведомлённостью о внешнем мире. Я не думала, что этерны такие обидчивые… Глупость сотворила в общем. Много-много глупостей.

— В любом случае, — продолжил куратор, делая пару шагов ко мне. — Я желаю вам успехов, госпожа Перье. Надеюсь, вы не пожалеете о принятом решении.

Он осторожно пожал мне руку, пожал как равной, проявил жест высшего уважения и только одно это помогло мне сдержать дикое желание вырвать руку из ледяной ладони.

— Благодарю, лорд Верлен, — улыбнулась я через силу, мягко высвобождая руку, хотя большего всего на свете хотелось просто вырвать её и бежать прочь.

Он кивнул, а я вышла и только в лифте позволила себе начать остервенело растирать руку. Что это вообще такое? Руку неприятно холодило и покалывало, словно меня ударило ледяным током. Что за реакция у меня на лорда Верлена?

* * *

Бурж, родовое поместье графа Фьери

Катерина Перье отпустила шофёра кивком головы, едва он занёс небольшую дорожную сумку и поставил её на пол в спальне хозяйки.

Женщина сняла брючный костюм, аккуратно повесила его в шкаф. Прежде чем набросить махровый халат посмотрела на себя в огромном старинном зеркале. Она всё ещё была хороша собой, стройные ноги, тонкая талия, ни единой морщинки на лице. Золотистые каштановые волосы струились по плечам мягкими волнами. Она резким движение запахнула халат, завязав потуже пояс.

Любая другая женщина испытала бы удовлетворение, видя в зеркале, что несмотря на сорокалетний возраст, она всё ещё выглядит немногим старше своей уже взрослой дочери. На Катерину же отражение в зеркале навевало тоску. Она могла бы блистать при императорском дворе Лланарэ, жить в столице, посещать всевозможные мероприятия под руку с красавцем-мужем, могла бы гордиться тем, что дочь поступила в Императорскую Академию!

Катерина должна была гордиться, Калерия выросла настолько умной, сильной и смелой, как…

— Как и её отец, — прошептала женщина, прикусывая до боли губы, и быстро стирая непрошенную слезу.

Вместо счастливой жизни, она была вынуждена прятаться от людей, скрывать дочь и её происхождение. Жить в мрачном родовом замке, носить потёртые джинсы (для чего наряжаться, когда никто не увидит) и ломать пальцы, выращивая травы в саду. С тех пор, как Калерия выросла и перестала требовать столько внимания матери, сколько это необходимо детям до определённого возраста, Катерина Перье решительно не знала, чем себя занять и тосковала об упущенных возможностях.

Для поездки в столицу, ей пришлось привести себя в порядок, надеть лучший костюм, и там, глядя на свою смелую и уверенную в себе дочь, она лишь острее ощутила боль несбывшихся надежд.

— Ну как она там? — спросил отец, входя в комнату.

— Выглядит уверенной, — вздохнула женщина, усаживаясь в кресло. — Конечно, Николя она даже не заметила. В Императорской Академии столько блистательных молодых людей, я бы на её месте тоже ни на секунду не пожалела о том, что избежала свадьбы с таким тюфяком.

— Думаешь, она сбежала именно поэтому? — спросил граф Фьери, усаживаясь напротив дочери.

— Думаю, это стало последней каплей.

— Да уж… как говорили древние земляне: сколько волка ни корми — всё равно в лес смотрит.

— Отец! — воскликнула Катерина.

— Что «отец»? — передразнил граф свою дочь. — Ты знаешь, что я прав. Во всём виновата треклятая этернийская кровь, Катерина! Никаким воспитанием не вытравить эту их самоуверенность.

— Калерия — милая девочка, — тихо произнесла Катерина.

— Только не говори, что не замечала в ней отцовских замашек! Ты не думала, где эта милая девочка взяла деньги на поездку, а, Катерина? С моего счёта она не потратила ни единого койна. Для телепортации нужен билет, специальный костюм и хотя бы одна небольшая сумка, чтобы взять необходимые вещи. Так вот откуда наша милая девочка могла взять деньги, если все её деньги — это мои деньги?

— Не знаю, — ответила Катерина. В глубине души она знала, что отец прав, только это понимание вызывало в ней не праведный гнев, а восхищение. Именно такое чувство она испытала, когда в первый раз увидела этерна из древнего могущественного рода, именно поэтому влюбилась в отца своей дочери.

— Не знаешь? А я знаю! Я допросил прислугу! Наша повариха Валенсия призналась, что помогала Калерии находить клиентов. Милая девочка варила на заказ «слегка» изменённые зелья.

— Что?!

— Именно! Истинная дочь своего отца, — пробурчал граф Фьери. — Тот тоже трактует законы, как хочет.

— Что же нам сделать? Я не знаю, как её вернуть…

— Может быть, возвращать и не обязательно, — слегка успокаиваясь произнёс граф.

— Я не понимаю тебя, отец, — устало сказала Катерина.

— Видишь ли… я сделал ошибку, попытавшись выдать Калерию за местного тюфяка. Конечно, умная и талантливая девушка, в жилах которой течёт этернийская кровь, никогда не смогла бы смириться с участью жены такого простого парня, как Николя. Поэтому я разослал брачное предложение лордам правителям антропийских герцогств. У каждого есть совершеннолетние неженатые сыновья.

Катерина подняла взгляд на отца.

— Мы, конечно, не простолюдины, но ты думаешь, что герцоги заинтересуются дочерью какого-то никому не известного барона Перье?

— Не заинтересуются, — спокойно ответил граф. — Но я уверен, что они сильно заинтересуются внучкой графа Фьери и единственной наследницей Фармацевтического завода.

— Хм… а ты знаешь, ведь Адриан Верлен является куратором курса Калерии в Академии. Мне показалось, она ему нравится, — задумчиво произнесла женщина, воскрешая в памяти образ молодого лорда и наследника Северного герцогства.

— Честно говоря, именно на него я и надеюсь, — хмыкнул граф.

— Хотя он довольной сдержанный молодой человек и я слышала отказывал отцу много раз, когда тот пытался его женить.

— Посмотрим, — улыбнулся Ваден Фьери. — Сможет ли он отказаться от Калерии, всё-таки в её жилах течёт этернийская кровь, а люди этернам не отказывают, как ты знаешь. Притяжение этой расы слишком велико.

В голосе отца Катерина услышала и насмешку, и укор одновременно. Как много раз она уже слышала их!

— Отец, когда же ты забудешь?

— Никогда.

— Мне неприятны твои намёки, а ты знаешь, что я ни в чём не виноват. Мы уже заключили помолвку и…

— Надо было ждать до свадьбы, как я тебя учил! — граф поднялся с кресла и повысил голос. — Этерны — непостоянны! Об этом тебя также предупреждали сотни раз.

— Заключение брака для них также мало что значит, — добавила Катерина печально. — Они легко женятся множество раз и также легко разводятся, если жена надоела или не смогла родить наследников.

— Именно поэтому я всегда придерживался культа чистокровности, который гласит, что браки нужно заключать только с представителем собственной расы! Однако… кто меня слушал? Никто! Не знаю, за что меня наказали Древние боги, но надеюсь, они помогут мне хотя бы устроить судьбу Калерии лучшим образом.