Императорская Академия (СИ) - Бланш Лилия - Страница 48

— Логика уступает свои позиции там, где появляется любовь.

— Разве ты веришь в любовь? — язвительно спросила я.

— Я допускаю, что с кем-то она случается, — спокойно ответил этерн.

— Но тебе он отказывает в праве подождать, пока ты встретишь любовь?

Рэм помолчал, а потом сказал.

— Разве не все родители поступают так же? Совершив собственные ошибки, они стремятся заставить нас избежать их, или верить в те глупости, в которые верят сами… Скажи, Калерия, мысль о чистокровности разве не ограничивает твои собственные желания? Разве тебя не уговаривают предпочесть Верлена Сверру? Разве тебе не внушают отвращение к этернам, чтобы ты не приведи боги, не привела кого-то из нас в дом деда в качестве жениха?

Я смутилась и промолчала. Рэм прав. Родители всегда так поступают. Даже моя мать совершила огромную ошибку, а расплачиваюсь за это я. И Рэм. Наши родители накосячили, а мы страдаем!

— Калерия, ты чего? — удивлённо спросил Рэм. Я очнулась от своих мыслей и поняла, что по моим щекам бегут влажные дорожки.

— Стало жаль тебя, — я попыталась улыбнуться, вытирая непрошеные слёзы. Он фыркнул.

— Я запрещаю тебе меня жалеть, поняла?! Я мог бы отказаться от женитьбы на Марлен, если бы у меня появилась веская причина.

— Думаю, если бы ты сильно захотел — то отказался бы и без всякой причины. Просто ради себя.

Он пожал плечами.

— Слушай, Рэм, а сколько лет мастеру Торо?

— Не знаю, лет триста, я думаю.

Я чуть не поперхнулась вином.

— Триста? Разве у него нет внуков, которым пора обзаводиться семьёй?

— У Канхара нет детей.

— Как это?

— Всё просто. У него одна жена, этернийка, они не смогли зачать ребёнка.

— Разве… странно, почему же он не взял в жёны ещё одну девушку?

— Не все этерны предают любовь ради продолжения рода, Калерия, — ответил Кетро, внезапно посмотрев мне прямо в глаза. От серьёзности в его взгляде и беспокойного пламени, метавшегося в нём, стало не по себе.

— Кхм… я не имела ввиду ничего такого, просто, у этернов многожёнство в норме вещей вроде бы, — смутилась я, переводя взгляд в тарелку.

— Сенат Гехарии во главе с императором всячески поддерживают тех, кто создаёт многочисленные семьи, берёт в жёны нескольких женщин, но любой может остановиться на одной-единственной, если хочет.

Я промолчала, и мы, не сговариваясь, вернулись к ужину, болтая уже только о разных пустяках, вроде учёбы и проектов. После ужина Рэм телепортировал меня прямо в комнату.

Несмотря на поздний час я и не думала ложиться спать. Ходила по комнате, прокручивая в голове все события этого дня. Мои представления об Илрэмиэле Кетро развалились на части. Я думала, что он подсознательно чувствует во мне сестру и потому так злится. Что-то вроде неосознаваемой ревности. Мама столько раз пугала меня тем, что этерны ощущают родственную связь. Теперь оказывается, что первое — он злился, потому что считал расчётливой охотницей на мужей. Второе — вообще оказался милейшим парнем, которому почему-то небезразлична моя судьба. Не зря же, мастер Торо так над ним подшучивал! Видимо девочки были правы, для Кетро несвойственно принимать девушек всерьёз, а я стала исключением. Третье — Илрэмиэль не мой брат и это обстоятельство почему-то удивляло меня больше всего. Удивляло и вместе с тем беспокоило по какой-то причине, которую я никак не могла осознать и сформулировать сама для себя. Хотя… смотря с какой стороны посмотреть. Если бы мы росли вместе, вместе приняли силу рода Кетро, то в глазах этернов считались бы полноценными родственниками.

И дом! Дом, который я ощутила своим с первого же мгновения! На глаза навернулись слёзы. Нет, я по-прежнему понимала причины, по которым мама с дедом прятали меня столько лет, но как же я злилась на отца, который разрушил моё будущее, отказавшись от моей мамы и женившись на другой женщине. Однако больнее всего почему-то было при мысли о маленьком Рэме, чьей матери некогда была заниматься собственным сыном, но при этом она успела увести чужого жениха и удачно выйти замуж.

В конце концов, мне пришлось принять ледяной душ и сказать себе.

— Калерия, хватит! Жалость — убивает! Илрэмиэль Кетро совершенно не заслуживает жалости. Он сильный, умный и прекрасно может постоять за себя. Он — Кетро, в конце концов! Давай лучше думать о тебе.

Это меня немного успокоило и за три часа до подъёма я всё же провалилась в сон.

Глава 18

На завтраке в столовой вокруг моего стола обнаружилось настоящее столпотворение. Все стулья оказались заняты, а вокруг сидящих плотным кружком стояли однокурсники, склонив головы к центру стола.

— Кхм… Что здесь происходит? — поинтересовалась я, приблизившись.

— Калерия, ну где ты ходишь! — раздался возмущённый возглас Сильван откуда-то изнутри. — Еле отстояла твоё место! Пропустите её, наглецы! Ну-же!

Рука беарнийки с трудом просунулась между стоящих вплотную и затащила меня внутрь. Моё место действительно оказалось свободно, видимо благодаря тому, что Моро умудрялась сидеть одним бедром на собственном стуле, а вторым занимать мой.

В центре стола расположился планшет Баэлрина, по которому и шла трансляция, привлёкшая столько внимания.

— Это что? — выдохнув спросила я. — Дуэль Верлена и Кетро?

— Да! — гордо объявил Аэлрад, сверкнув тёмными глазами.

— Но как тебе это удалось?

— Да нет ничего проще — смастерил невидимого дрона и прикрутил его к браслету Кетро. Вот мой малыш и сумел добраться до места проведения дуэли незамеченным.

На Баэлрина зашикали.

— Дай же послушать!

— Что-то говорят!

— Заткнитесь уже, будьте любезны!

Я уставилась на происходящее на экране.

Дуэлянты, одетые в одинаковые чёрные кожаные куртки и штаны, стояли друг напротив друга с мечами в руке. Видеть Верлена без костюма-тройки оказалось довольно странно.

Секунданты заканчивали согласовывать правила проведения дуэли. Со стороны Кетро — Малик Алриат, со стороны Верлена — Квинт Лавуа. Распорядителем дуэли оказался, к моему величайшему изумлению, лорд Сильяэр.

— Итак, господа, его величество император Наилам настоятельно рекомендовал провести ваш поединок до первой крови. Вы оба являетесь ценными подданными Императора Гехарии, поэтому под страхом смертной казни, вам запрещено доводить дело до непоправимого. Ясно?

— Ясно, — первым ответил Кетро, в глазах этерна бушевали знакомые белые сполохи. Понятия не имею, как он собирается сдерживать смертельное сияние.

— Ясно, — холодно ответил Верлен.

— Строго-настрого запрещено — использование магии и любых способностей, кроме одного — умения пользоваться мечом. Ну и последнее: согласно Дворянскому Кодексу я обязан предоставить вам право помириться. Слово оскорблённой стороне.

Весь наш зрительский кружок затаил дыхание. Наверное, все ожидали, что вот сейчас Верлен скажет, что прощает Кетро вызов на дуэль. Он же старше, мудрее, уравновешеннее, но Адриан ответил.

— Благодарю, но я отказываюсь от права на примирение.

Раздался слаженный возглас.

— Неужели Верлен надумал зарезать Кетро? — выдохнул кто-то за моей спиной.

— Да нет, конечно! Просто решил проучить самонадеянного мальчишку, — ответил кто-то другой.

— Или мальчишка проучит самонадеянного чистокровку, — раздался насмешливый комментарий сбоку.

— Заткнитесь! — прошипел кто-то. Все снова молча принялись гипнотизировать экран планшета, на котором, тем временем, дуэлянты заняли позицию. Когда Кетро и Верлен почти одновременно скинули кожаные куртки, обнажая бицепсы на сильных руках, раздался слаженный женский стон. Кажется, даже я пискнула. Мышцы Кетро я уже имела удовольствие оценить, когда подсмотрела их с Алриатом тренировку, а вот крепкие руки куратора всегда скрывали длинные рукава официальных костюмов. Оба дуэлянта остались в чёрных облегающих футболках.

— Дуры, — припечатал кто-то из парней.

— Почему они не в защитных костюмах? — внезапно для самой себя дрожащим голосом произнесла я. Не знаю, за кого именно я переживала, но то, что переживала, это факт.