Ключ Берсена (СИ) - Клеменская Вера - Страница 42

— Думаешь, она вернётся? — спросила я.

— Вернётся, — отмахнулась Лика. — Куда денется? Порыдает дома в подушку пару дней и обратно приедет. У её папаши не столько денег, чтобы она могла себе позволить бросить учёбу. Надеюсь, поумнеет хоть немного.

— Да уж, я тоже, — вздохнула я. — Ещё новости есть?

— А ещё твоя тётушка мне по большому секрету шепнула, что скоро тут станет одним завидным холостяком меньше, — громким шёпотом поведала Лика, пересаживаясь на мою кровать и делая страшные глаза. — Вроде как на балу герцог Вейсбен объявит дату свадьбы своей племянницы и вашего уважаемого куратора.

— Уж не знаю, поздравить его или пожалеть, — фыркнула я. — В столице тоже только об этой свадьбе все и говорят.

— Правда?! — почти завопила Лика, вскакивая на ноги. — Вот это да! Ты что, видела её? Ну, племянницу герцога?

— Видела, — не стала отмалчиваться я. — Знаешь, если её отмыть и переодеть, то, в принципе, и ничего такая. Но вот куда характер девать, это вопрос, да.

— Так ему и надо, — фыркнула Лика. — У него у самого характер не подарок, вот пусть и грызут друг друга. Глядишь, на студентов сил и времени не останется.

Я не стала спорить и возражать, хотя с недавних пор уже не была так уверена в собственном мнении относительно лорда Маркоса. Просто знала, что Лика со второго курса терпеть его не может, с тех пор, как три раза ему пересдавала какую-то лабораторную, в промежутках между попытками перемыв все окна на первом этаже в компании пары таких же неудачниц.

— Хотя знаешь, — сама продолжила Лика, — может, это и плохо. Этак он тут работать продолжит, чтобы от неё прятаться, и ещё вреднее станет. А нам на пятом курсе ему три предмета сдавать. Или даже четыре, не помню. Как думаешь, есть надежда, что эта свадьба расстроится?

— Нет, — покачала головой я, решив не обнадёживать подругу понапрасну.

К тому же и сама побаивалась за свой пятый курс. Преподавать у нас лорд Маркос уже не будет, конечно, но куратором ведь так и останется. И что-то подсказывало: мало нам не покажется.

— Плохо, — вздохнула Лика. — Идём, что ли, поужинаем с горя.

— А не с горя ты не пошла бы? — рассмеялась я.

Лика буркнула что-то невнятно сердитое, но потом тоже улыбнулась, и мы отправились в столовую, по пути болтая о всяких пустяках с присоединившимися к нам в коридоре и на лестнице соседями.

На ужин не явилась почти половина народа, причём главным образом женская половина, что наводило на мысль о том, что не я одна озаботилась бальным нарядом в последний момент. Хотя такое на самом деле происходило каждый год: чем ближе был бал, тем у большего числа наших девушек зарождались сомнения в правильности выбора платья. И они, разумеется, принимались в панике искать другое, которое уж точно будет тем самым. Или хотя бы просто подбирали более подходящие туфельки или перчатки. Лика в прошлом году извела меня такими вот сомнениями и метаниями, просто чудо, что сейчас она спокойна.

Преподаватели тоже присутствовали не все. Но мэтресса Фишт традиционно восседала во главе стола и что-то традиционно же вещала вполголоса. За нашими столами слов было не слышно, но выражение лица лорда Маркоса говорило об их смысле более чем достаточно. Наверняка коллегам зачитывалась очередная лекция о профессиональной этике и важности соблюдения правил.

К моему большому огорчению на ужин подали рыбные рулеты, которые я терпеть не могла из-за чудовищного количества лука и мелких костей. Потому, честно поковырявшись в них минут десять, сдалась и отодвинула тарелку. Уж лучше завтра встать пораньше и каши поесть, чем давиться этой пакостью.

— Что, наелась уже? — насмешливо поинтересовалась Лика, тоже почти не притронувшаяся к своей порции. — Может сходишь за пирогом?

— Схожу, — согласилась я, забирая обе тарелки.

Пирог сегодня почему-то запоздал, вынесли его не сразу, а только когда мы уже успели разобрать тарелки с рулетами и разойтись по своим местам. Зато он был горячий и пах вишней и ванилью. Видимо, повариха наша расстаралась в качестве компенсации за ужасное основное блюдо, которое почти никогда никто и не ел.

К столу с грязной посудой мы с лордом Маркосом подошли одновременно. И пока я искала взглядом, куда бы приткнуть наши с Ликой тарелки, он успел поставить свою на последний свободный пятачок в углу и тихо, почти шёпотом, сказал:

— В половине первого, внизу.

И ушёл себе преспокойно за пирогом. Будто так было и надо. Я сердито шлёпнула тарелки в самую высокую стопку в середине и твёрдо решила никуда не ходить. Ну его к бесам с его возмутительными выходками. Хотя нельзя не признать, в прошлую ночную прогулку он вёл себя вполне прилично.

Вернувшись к себе, я честно посидела над книжками, потом даже сделала расчёт по защитной магии, хотя сдавать его предстояло только в пятницу, и в пять минут первого рухнула в кровать. Лика давно и сладко спала, а я лежала, уставившись в потолок, и никак не могла решить, стоит ли пытаться заснуть.

Промучившись таким манером минут пятнадцать, я от всей души пожелала леди Беатрис преуспеть в брачных притязаниях, причём как можно скорее, и на цыпочках добежала до шкафа. Торопливо натянула штаны, рубашку и куртку, на всякий случай сменила туфли на запасные тренировочные ботинки, выскользнула в коридор и осторожно, стараясь не звенеть ключами, заперла за собой дверь.

На этот раз уважаемый куратор явился на свидание, забыла, какое там уже по счёту, первым. Стоял у дверей в холл, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Услышав мои торопливые шаги, повернул голову, рассмотрел меня в тусклом свете ночной лампы и удовлетворённо кивнул:

— Ботинки будут очень кстати.

— И какая романтическая программа намечается на сей раз? — не удержалась я.

— Ночь, луна, кладбище… — задумчиво протянул в ответ лорд, приоткрывая дверь и осторожно выглядывая в холл. — Да, ты права, в этом есть что-то романтическое.

У меня не нашлось слов для достойного ответа. Я вообще застыла столбом на последней ступеньке от изумления с изрядной примесью ужаса. И потому безропотно позволила схватить себя за руку и потащить вперёд вместо того, чтобы удрать обратно в свою комнату, запереться там, накрыться одеялом и подушкой и не лезть в это опасное дело. Ни за что и никогда.

Так, в полном молчании мы почти бегом миновали холл, прошли по галерее, потом через столовую, и вышли в просторный, навеки пропахший камфорой и всевозможными травами вестибюль Дома Целительства. Там лорд Маркос решительно свернул в правый коридор, и я наконец-то сообразила, куда мы направляемся.

В Доме Целительства была устроена бесплатная лечебница. Её приёмный покой находился как раз в правом крыле, и оттуда был отдельный выход на улицу. Интересно, а почему обязательно понадобилось топать в такую даль? Наконец-то высвободив руку, я шёпотом озвучила этот вопрос.

— Потому что, — отрезал лорд. — Идём скорее, пока мэтр Сабб обходит верхние этажи.

— Обход же только в три часа, — удивилась я.

— Нет, теперь он тут постоянно, — буркнул куратор. — Нам ещё нужно успеть вернуться до моей смены.

Если честно, я не удивилась. Лорд Давирс отлично понимал, что история с кровожадным ростовщиком хоть и могла сойти за правду, на деле таковой совсем не являлась, и не хотел, чтобы перед самым балом в Арсдейре произошло ещё что-нибудь нехорошее. Само собой, он принял меры. Уж какие смог придумать.

Ночь встретила нас промозглой сыростью. Порывистый ветер трепал ветви деревьев, стряхивая с них холодные капли вместе с листвой. И теперь я хорошо понимала, куда мы направляемся: именно тут неподалёку из ограды очень удачно вывалились несколько камней, позволяя относительно легко через неё перелезть. Разумеется, только тем студентам, у которых хватало умений разобраться с сигнальным контуром.

Мне на это дело обычно требовалось минут десять или около того. Лорд Маркос парой небрежных движений отправил в ограду похожие на болотные огоньки шарики, выждал с полминуты и подтолкнул меня вперёд.