Ключ Берсена (СИ) - Клеменская Вера - Страница 61

Я только вздохнула. Раньше да, не переживала. А теперь вот переживаю, и ещё как. Сама толком не знаю, почему. Всё, что у меня есть — более или менее хорошая репутация толковой студентки, не замеченной в сомнительных историях, девушки из простой, но вполне достойной и уважаемой семьи. И если о моей дорогой сестрице заговорят, как об особе не слишком порядочной, всему этому конец. Что останется тогда? Кому вообще я буду нужна с таким багажом? Тут уж не только целый будущий граф, но и другие, куда попроще, предпочтут держаться на почтительном расстоянии.

— Ди, выдохни, — попросила Лика. — Это академия. Во-первых, здесь и кроме Алисы юных дурочек хватает. Во-вторых, есть кому проследить, чтобы дело не зашло слишком далеко.

Мне мучительно хотелось то ли сесть, то ли лечь, то ли по комнате пометаться. Слишком уж много всего сошлось в этот проклятый день, на этом балу, будь он неладен. И чутьё подсказывало, что неладен он будет, непременно и ещё как. Вот бы сейчас закрыть глаза, а потом открыть — и чтобы было уже завтра, и всё это закончилось. Пусть даже не очень благополучно, лишь бы закончилось. Но нет, всё было ещё впереди.

— Диана!

— Да, да, — рассеянно кивнула я, плюхаясь на кровать. — Помню, знаю, возьму себя в руки. Не переживай.

Как назло и заняться-то было нечем, библиотека и та закрылась. Хоть сиди и конспекты перечитывай, если сумеешь сосредоточиться, а это мне вряд ли сейчас светило. Оставалось только ждать прибытия матушки и сестрицы.

Стук в дверь прозвучал громом небесным. Я едва сдержала совершенно детское желание спрятаться под кровать и не вылезать оттуда ни на какие уговоры, пока всё не закончится. Заставить себя подняться и открыть дверь было уже выше моих сил.

— Держись, — вздохнула Лика, убирая в шкаф наши туфельки и беря роль гостеприимной хозяйки на себя.

Первой в комнату ворвалась Алиса, раскрасневшаяся, с горящими глазами. Быстро огляделась, недовольно наморщила носик и почти бегом кинулась к окну. Распахнула шторы и уставилась на улицу.

— Отсюда видно главное крыльцо! — радостно возвестила она вместо всех приветствий.

— Знаю, — пожала плечами я.

— Диана, что у тебя с волосами? — тоже без церемоний спросила мама, тут же направляясь к шкафу, чтобы повесить платье Алисы, явно уже отглаженное и готовое. Поди так и везла в руке на весу, чтобы не помять ненароком.

Я задумчиво посмотрела на свою простую косу. Волосы как волосы, такие всегда и были. И до начала бала ещё шесть часов почти, успею с причёской разобраться, спешить пока некуда и незачем, растреплется только.

— Доброе утро, Анжелика, — соизволила матушка заметить мою застывшую у двери соседку. — Как здоровье? Матушка ваша просила кланяться и сказать, что дома всё благополучно, хвала богам.

— Благодарю, и у меня всё хорошо, — церемонно присела в реверансе Лика. — И передавайте тоже поклон, пожалуйста.

— Диана, — вновь переключилась на меня матушка. — Ты совершенно за собой не следишь. Что за космы? Что за загар? И почему ты в этот час в одной рубашке? Надеюсь, не в таком виде ты планируешь быть на балу?

Я чувствительно прикусила кончик языка, чтобы не сказать в ответ ничего неподобающего. Не такие уж у меня были и космы, хотя да, в этом году пришлось обходиться одним только репейным маслом, накупить бальзамов оказалось не на что. И загаром я как раз похвастаться не могла, потому что всё лето в полутёмной лавке от зари до зари торчала. Что же до моего вида на балу…

— Может, чаю? — мужественно спасла меня Лика. — Вы, наверное, устали с дороги?

— Ой, да! — вскинулась Алиса, отрываясь от разглядывания парка. — А есть липовый?

Я снова прикусила язык, чтобы не брякнуть, что нет. Ни липового, ни ромашкового — никакого. Потому что сижу я тут без гроша и без посылок уже второй месяц, и чаю у меня взяться неоткуда.

— Есть, — кивнула Лика, метнув на меня выразительный взгляд.

Я только плечами пожала. Да, знаю, ни к чему было сейчас устраивать семейные разборки. Тем более дело это заведомо абсолютно бесполезное, только настроение себе, без того не радужное, окончательно испорчу. Нужно просто пережить этот день и забыть, как страшный сон.

— Как здоровье отца? — задала я единственный по-настоящему волновавший меня вопрос, пока Лика возилась с заваркой.

— Хорошо, — рассеянно отозвалась мама, присаживаясь на стул. — Пока что он дома. Хотел даже сюда с нами поехать, но билетов не нашлось. Ума не приложу, что это на него нашло.

— Может быть, переживает за Диану? — не выдержала уже и Лика, звучно возвращая на полку жестяную коробочку с чаем.

— Да тут, я смотрю, всё хорошо, переживать не о чем, — то ли проигнорировав, то ли впрямь не уловив намёк, беспечно ответила мама, принимая чашку. — Благодарю, Анжелика. Вы прекрасная хозяйка.

Я буквально остолбенела. Вот оно как, значит? И волосы у меня не такие, и внешность так себе, и наряд неподобающий, да ещё и хозяйка я никудышная. Ну просто мечта, а не дочь. То ли дело Алиса…

Лика снова метнула на меня выразительный взгляд, и я немедленно нацепила на лицо отстранённо благожелательное выражение. Помню, помню — терпение наше всё. Нужно это просто пережить, скоро всё закончится. Остаётся только ждать и радоваться, что хотя бы с папой всё в порядке.

— Я тут кое-что захватила, — сообщила мама, по-прежнему ничего не замечая. — Хоть перекусите в обед. Не хватало ещё на балу в голодный обморок хлопнуться.

На обед нам что-то вроде бы обещали. Не нормальную еду, разумеется, все повара сейчас слишком заняты торжественным ужином, но какие-то пироги или вроде того. Лорд Давирс тоже не горел желанием возиться во время бала с подобными ситуациями. Впрочем, они всё равно случались каждый год, ибо лучшего способа привлечь внимание кавалеров доселе не придумано.

— Спасибо, матушка, — церемонно ответила я, усаживаясь на кровать и открывая конспект по защитным чарам.

Просто не представляла, чем ещё себя занять. Вот если бы не прибытие обожаемого семейства, нашла бы способ выбраться из общежития и разузнать, как там дела с запертой лабораторией. А теперь разве что в обед повезёт увидеться, но поговорить всё равно же не дадут. Там уже и гости начнут съезжаться, и все преподаватели будут заняты. И он будет, учитывая, какие гости нынче ожидаются.

— Алиса, дорогая, ты бы приняла душ с дороги, — заботливо попросила матушка. — И я тут собрала всё, что нужно, а то ты бледненькая совсем.

— Да, мама, — тут же согласилась Алиса, скромно потупив глаза и забирая у мамы вышитый серебром бархатный мешочек.

— Давай-ка сейчас, пока я здесь. Заплету тебя сразу.

Я уныло посмотрела на часы. До дневного фургона оставалось больше двух часов, а это значило, что выслушать мне предстоит ещё немало. Но всё могло быть и хуже. Розалин могла выхлопотать для матушки разрешение остаться в замке на время бала. Повезло, что ректор, порядком измученный последними событиями, остался непреклонен и объявил, что к окончанию обеда в стенах Арсдейра должны находиться только преподаватели, студенты и прислуга. Ну, и те приглашённые гости, что уже успеют прибыть.

— Диана, я очень тебя прошу, — вновь заговорила мама, едва за сестрой закрылась дверь ванной, — ты уж проследи за Алисой. И не хочется мне, чтобы она ночным фургоном отсюда уезжала. Боги знают, с кем она там окажется, а путь не близкий. Может, сумеешь уговорить оставить её до утра?

— Она окажется там с другими гостями, — сухо ответила я, вновь утыкаясь взглядом в конспект. — Вполне порядочной публикой, других сюда не приглашают. И где ей тут оставаться?

— У тебя достаточно широкая кровать. Помнишь, в детстве вы любили спать вместе, она к тебе частенько прибегала.

Я подавила вздох. Да, было и такое. В детстве. Бесконечно давно. Алиса боялась призраков, и, как только родители уходили спать, прибегала и укладывалась со мной. И я рассказывала ей сказки, пока она не засыпала. Мы тогда были очень близки, и мама любила нас одинаково. По крайней мере, так мне казалось. Когда же всё изменилось?