Как покорить маркиза - Грей Джулиана - Страница 41

– Это просто ужасно. Разве ты не мог послать слугу вместо себя? – поинтересовалась ее светлость. – Я уверена, мистер Томас с радостью выполнил бы все поручения и тому подобное в часы, не заполненные переписыванием писем и смахиванием пыли со стола в конторе дяди Джона.

Хэтерфилд потягивал шерри.

– К сожалению, это было невозможно. Я бы с радостью привлек Стефана к своим делам, но сегодня он трудился в суде. Я мог видеть только его макушку из последних рядов. Так что мне пришлось отдуваться самому. Где я только не был сегодня, включая Хэммерсмит… – Он снова пожал плечами.

Казалось, бокал в руках леди Шарлотты вот-вот разобьется вдребезги от испуга, и посмотри она в зеркало в этот момент, наверное, сама бы ужаснулась, увидев злобную гримасу, исказившую ее кукольное личико.

– И все равно не понимаю почему.

– О, уверяю тебя, только очень важные дела могли вынудить меня лишиться компании моего дорогого друга. – Он снова одарил Стефани улыбкой, полной восхищения. – Сдается мне, что некая персона, без чести и совести, распускает грязные слухи, дабы очернить мою репутацию.

– Боже мой, – сказал сэр Джон, потрясенный тем, что услышал. – Именно этим ты сегодня занимался?

Леди Шарлотта в отчаянии ломала руки.

– Надеюсь, до дуэли не дошло!

– Нет-нет. – Хэтерфилд прошел к подносу с напитками и наполнил бокал. Отблески электрического света игриво отражались в хрустальных подвесках люстры. – Все не настолько драматично, уверяю тебя. Но эти гнусные нападки надо пресекать на корню, ты согласен?

– Иначе и быть не может, – сказал сэр Джон. – Если закон предусматривает возмещение ущерба в судебном порядке, я буду рад помочь.

Хэтерфилд развернулся и прислонился спиной к шкафу с бокалом в руке; его поза являла собой верх элегантности и изящества.

– Я благодарен вам, сэр Джон, но в подобных делах лучшее решение – это встретиться с врагом лицом к лицу. Вы согласны со мной, леди Шарлотта?

Она расправила складочку лимонно-желтого платья.

– Я не уверена, что знаю ответ на этот вопрос.

– Точно не уверена?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Да. По счастью, у меня нет опыта в распространении грязных сплетен, но мне было бы стыдно обращаться к закону. Вовсе не обязательно выставлять на обозрение публики свои личные дела.

Стефани внимательно слушала их разговор.

– Могу ли я спросить, какого рода эти слухи, ваша светлость?

Хэтерфилд продолжал смотреть на леди Шарлотту, вернее, на ее затылок, словно взвешивал, стоит ли открыть крышку и посмотреть на содержимое ее кукольной головки. Но прежде чем ответить, он в последний момент обернулся к Стефани.

– Эти возмутительные слухи касаются моей кредитоспособности, дорогой Стефан. Подумать только!

– Но это полная чушь, – сказала леди Шарлотта. – Ты же наследник древнего герцогского рода. Как можно ставить под сомнение твою финансовую состоятельность?

– Вот именно, – пробормотал Хэтерфилд.

Ужин был подан и съеден. Сэр Джон, мысленно погруженный в текущее судебное разбирательство, удалился к себе, выпив только один бокал бренди. Стефани и Хэтерфилд остались одни в гостиной. Как только дверь за сэром Джоном закрылась, он взял стул и, подсев к Стефани, взял бокал бренди у нее из рук.

– Не сегодня, – сказал он. – Трезвый ум тебе не помешает.

Она с удивлением посмотрела на него. Его глаза озорно блестели, в уголках губ притаилась улыбка.

– Моя сестра! – прошептала она.

– Да. Сегодня ты увидишь ее. Я буду ждать тебя в коляске на углу Кэдоган-Гарденс в половине одиннадцатого. – Он затянулся сигарой. – Оденься во что-нибудь темное. По возможности выбери поношенную и невзрачную одежду, чтобы не привлекать внимания.

– Спасибо. Я тебе так благодарна. Ты даже не представляешь, как много это значит для меня. – Ей хотелось броситься ему на шею, но она сдержалась и, чтобы успокоиться, легко затянулась сигарой, глядя на него с откровенным обожанием.

– А ты не представляешь, чего мне это стоило, – сказал он. – Я пошел наперекор голосу разума. Я сделал все, что в моих силах, чтобы уберечь тебя от всех этих игр, предоставив Олимпию полную свободу действий в его чертовых делишках, дабы он не вмешивал меня или тебя. Я чуть было не порвал в клочья его письмо, которое получил накануне ужина. И, если бы это не касалось Эшленда, я бы даже читать его не стал.

– Но ты прочитал и помог мне, и ты… Ты просто прелесть, Хэтерфилд. Не знаю, как я смогу отблагодарить тебя за это. – Она посмотрела на закрытую дверь и, накрыв ладонью его руку, крепко сжала ее, пытаясь дать ему почувствовать, как сильно она хочет его отблагодарить.

– Ну что ж, отлично. – Он нежно погладил большим пальцем ее указательный пальчик и вернулся к бренди. – Пустяки, не стоит беспокоиться. Моя же главная задача состоит в том, чтобы вытащить тебя с этой встречи целой и невредимой сегодня вечером. Твоя сестра больше не скрывается, за ней могут следить. Ты это понимаешь? Понимаешь, насколько опасной для тебя может оказаться встреча с ней?

– Да. Да, конечно.

– Стефани, ты должна будешь в точности следовать моим указаниям. Выполнять мои приказы без колебаний. Если я скажу: «Беги через мост» – ты побежишь через мост. Если скажу: «Прыгай в воду» – ты прыгнешь, не задумываясь ни секунды о бурном течении реки. Это понятно?

– Я все поняла. – От счастья ее сердце было готово выпрыгнуть из груди. Вот оно, приключение! Хэтерфилд везет ее на рискованное дело. Ночью. В темной одежде. В его коляске. Чтобы она увидела сестру!

– Хорошо. Если что-нибудь случится с тобой… – Он посмотрел на бренди и покачал головой. – К черту все. Я в твоей власти, не так ли?

– А я в твоей. – Она протянула руку и нежно коснулась его щеки. – Спасибо за то, что было сегодня утром. Я толком и не поблагодарила тебя. Все было прекрасно, и ты был прекрасен…

Он накрыл ладонью ее руку, чувствуя щекой ее тепло. Опустил глаза.

– Это неправда. Я вел себя как осел, я не должен был…

Дверь неожиданно распахнулась.

Стефани так резко отшатнулась, что чуть не перевернула стул. Хэтерфилд, напротив, медленно встал, поднес к губам сигару и выпустил клуб дыма с беззаботным видом.

– Ба, да это леди Шарлотта. Разве вы не должны мирно спать в своей постели, как и подобает невинной девушке в столь поздний час?

Стефани, опомнившись, неловко встала со стула.

– Ваша светлость.

– Привет, Джеймс. Я думала, ты уже уехал. – Голос леди Шарлотты звучал на один или два тона выше обычного. Она казалась бледной, но ее кожа от природы была белоснежной, этакий образец настоящей английской алебастровой красоты. – Я хотела перекинуться парой слов с нашим дорогим мистером Томасом.

Хэтерфилд, не торопясь, затушил сигару в пепельнице и допил бренди.

– Желаю удачи. А я вас покидаю, мне пора. Благодарю за чудесный ужин. Ваш повар готовит восхитительное мороженое.

– Мы всегда рады вам, Джеймс.

– Доброго вечера, ваша светлость, – сказал он, взяв ее за руку. – А мне пора и честь знать. Стефан, мой дорогой, au revoir. Не забудь мои наставления. – Он помахал пальчиками Стефани и медленно вышел из комнаты.

Леди Шарлотта смотрела ему вслед, пока в темноте коридора не исчез последний отблеск его золотистых волос. Когда она повернулась к Стефани, на ее губах играла обворожительная улыбка.

– Какой же он все-таки шутник! Вы когда-нибудь встречали кого-нибудь более забавного, чем он, мистер Томас?

– Может быть, пару раз.

– Надо же, наставления! И какого рода наставления он мог вам дать? Какое-нибудь пустяковое поручение, не так ли? – Ее пальцы впились в спинку стула.

Стефани пожала подложенными плечами.

– Вас это не касается, ваша светлость. – Как странно. Стефани неожиданно ощутила власть, которой наделены те, кому позволено пить бренди и курить сигары, почувствовала себя частью элитного мужского мира, словно получила роль со словами на великой сцене жизни. Какое чудесное ощущение… Неудивительно, что мужчины так ревностно охраняют свой образ жизни.