Как покорить маркиза - Грей Джулиана - Страница 58

– На это нет времени. Сейчас я думаю, как открыть другой замок. Гораздо более сложный. Можно даже сказать – волшебный. Чертовски умный.

Стефани расстегнула его жилетку и провела ладонями по мускулистому торсу. Она посмотрела на него из-под густых ресниц и чуть ли не промурлыкала:

– Что, это так сложно? Так зачем утруждать себя?

– Потому что за ним скрываются сказочные богатства. – Хэтерфилд просунул руки под ее серебристый лиф и закрыл глаза, наслаждаясь полной округлостью ее груди, нежной твердостью сосков. – Мужчина готов пойти на все, чтобы забрать их себе.

– Например, отбить ночью атаку вооруженных революционеров?

– Точно.

– И даже вытащить из ледяной реки неуклюжего парня на рассвете?

– Без сомнения.

– А еще он может вымыть женщину теплой водой своими руками?

– Этим я готов заниматься каждое утро. Кроме, разу-меется, воскресенья, когда уважение к Господу требует приготовить настоящую ванну.

Стефани рассмеялась и обвила руками его шею.

– Я обожаю тебя. Как тебе это удается?

– Что именно?

– Быть таким полным жизни. Быть самим собой.

Он опять скользнул под капюшон Стефани и снял маску. Осторожно положив ее на столик рядом с лампой, Хэтерфилд опустил капюшон и освободил короткие рыжие волосы любимой. В слабом свете было видно, как они блестели и чуть вились вокруг ушей. Хэтерфилд взял одну прядь и пропустил ее между пальцев.

– Просто у меня нет другого выхода. Я живу дальше, несмотря ни на что.

Она повернула голову и поцеловала его ладонь. Неверный свет поймал блеск глаз Стефани.

– Да, – произнесла она.

– Что «да»? – не понял Хэтерфилд.

– Я выйду за тебя замуж. Когда ты хочешь и как хочешь. Мне все равно, главное – что я стану твоей женой.

– А как же подданные твоего княжества? Они не будут против?

Стефани ответила с улыбкой:

– Они полюбят тебя.

Хэтерфилд продолжал гладить ее шелковистые волосы, наслаждаясь лучезарной улыбкой любимой женщины. Казалось, сами небесные ангелы благословляли его в этот момент, даруя незаслуженное исцеление израненному сердцу.

– Моя жена. – Два коротких слова потрясли душу Хэтерфилда. Согрели его изнутри.

Стефани вдруг вздрогнула. Ее голубые глаза округлились.

– Ты чувствуешь это?

– Да.

– Словно… это только что случилось. Как будто ты связал нас навсегда, сказав эти слова вслух.

Хэтерфилд поцеловал прядь волос в своей ладони. А потом поцеловал Стефани.

– У некоторых народов этого достаточно, чтобы стать мужем и женой.

Его сердце билось сильно, уверенно. Он еще раз коснулся ее губ и пошел к двери библиотеки, которая была открыта. Хэтерфилд выглянул в пустой коридор. Снизу доносились приглушенные звуки музыки, смех и оживленные голоса. Он закрыл дверь и повернул замок.

Стефани стояла в центре комнаты. Она лучезарно улыбалась, ее волосы рыжим нимбом сияли от лампы, светившей сзади. Любимая протянула к нему руки, и каждая клеточка его тела вспыхнула от желания.

Три длинных шага – и Хэтерфилд встал перед ней. Он взял Стефани на руки и отнес ее на обитый синей тканью диван, который стоял в нише с окнами, выходившими в сад. Он осторожно положил Стефани на подушки, а сам устроился сверху.

– Это очень неприлично, – прошептала она.

– Отчаянный поступок.

– Опасный. Сюда может кто-нибудь войти.

Хэтерфилд начал покрывать поцелуями ее обнаженную шею и декольте.

– Ключи есть только у дворецкого и моего отца. И нас не видно со стороны входа.

Стефани вытянула шею, желая в этом удостовериться, и Хэтерфилд воспользовался моментом, чтобы поцеловать нежную ямку под ушком.

– Я хочу кое-что сделать с тобой, – тихо проговорил он.

Стефани лежала, повернув голову, подставив шею поцелуям. Она закрыла глаза, наслаждаясь его лас-ками.

– И что это?

– Я хочу попробовать тебя на вкус.

Хэтерфилд услышал низкий, хрипловатый смешок.

– Но ты уже меня пробуешь. Я вкусная?

Его ладони скользнули вниз и подняли платье Стефани, ее нижние юбки. Хэтерфилд забрался под панталоны и коснулся обнаженного бедра.

– Я хочу попробовать, какая ты на вкус там.

Она ничего не сказала, только охнула в ответ.

– Ты хочешь этого? – Его указательный палец ока-зался в ее узкой пещерке. Та сомкнулась вокруг него своими влажными, горячими стенками, и бедра Стефани беспокойно задвигались под ним. – Я могу поцеловать тебя там?

– Я не представляю, как это…

– Зато я представляю. И уже давно мечтаю о такой ласке. – Хэтерфилд поцеловал ее губы, потом подбородок, спустился по шее вниз, к шелковистому проходу между грудей. Он раздвинул ей ноги и поднял еще выше подол серебристого платья, кружевную пену нижних юбок и полупрозрачную нижнюю рубашку.

Когда прохладный воздух коснулся горячей кожи Стефани, она вздрогнула. Ее руки отыскали его ладони.

– Хэтерфилд, – прошептала она.

Тот положил пальцы на рыжие завитки волос, скрывающие ее тайное сокровище, деликатные лепестки которого сейчас краснели от возбуждения. Он почувствовал теплый, женственный аромат Стефани.

– Ты совершенна, – сказал Хэтерфилд и коснулся ее там губами.

Он никогда раньше не делал такого ни с одной женщиной. И потому точно не знал, с чего начать, как попробовать этот роскошный цветок. Стефани лежала тихо, ее пальцы зарылись ему в волосы, но Хэтерфилд чувствовал, как быстро она дышала. Свои ноги она неуверенно держала по обе стороны его плеч.

Хэтерфилд опять поцеловал ее там и провел языком по всему лону, от верха до низа.

Бедра Стефани подпрыгнули на мягком диване, пальцы вцепились в волосы.

– Хэтерфилд! – воскликнула его любимая.

Он обвел языком вокруг самого входа в ее пещерку и отважился проникнуть им внутрь – один раз и другой.

– Хэтерфилд. – На этот раз Стефани едва смогла вымолвить его имя.

Тогда он поднял ее ноги и положил к себе на плечи, приближая к своему рту лоно Стефани, держа ее так крепко, чтобы ей не удалось отпрянуть от него. Хэтерфилд не обращал внимания на то, что сам был возбужден, как никогда, и принялся терпеливо исследовать Стефани. Каждое движение языка, каждая ласка давали свой эффект, заставляли Стефани стонать по-другому, и он хотел узнать все оттенки ее страсти, понять, что именно ей нравится больше всего и как именно ему нужно это делать. Скоро в движениях появился ритм, и Стефани тоже стала поддерживать его. Ее тихие стоны усилились, стали похожи на рыдания, на невнятную мольбу, а язык Хэтерфилда продолжал кружить в самом чувствительном местечке лона Стефани, то медленно, то быстро, а она поднимала навстречу ему свои бедра. Скоро она достигнет пика – Хэтерфилд чувствовал это по тому, как ее плоть вибрировала под языком. Тогда он схватил одной рукой ее ногу, а палец второй погрузил во влажную пещерку, продолжая нежно дразнить языком бусину над входом.

– Хэтерфилд!

От ее крика вздрогнули книги. Ее лоно вокруг его пальца начало пульсировать. Сладкая волна пика ритмично, несколько раз накатывала на Стефани, и он тонул там вместе с ней, пробуя на вкус соленый сок ее блаженства, не в состоянии ни о чем думать, а только наслаждаться удивительным моментом близости.

Потом она медленно опустила бедра. Хэтерфилд последовал за ней. Кружево ее нижних юбок защекотало ему щеки. Стефани наконец выпустила его волосы.

Хэтерфилд поднял голову и увидел ее подбородок, поднятый вверх, к расписанному фресками потолку. Грудь Стефани под серебристым лифом судорожно вздымалась и опускалась. Ее тело под ним обмякло. Он приподнялся и переместился выше, к лицу Стефани. Свет от лампы падал сбоку, бросая тень на ее лицо, но никакая тень не могла скрыть румянец, красноречиво говоривший о ее полном удовлетворении от его ласк.

Боже, до чего ему нравилось, как в такие минуты выглядела Стефани!

– Ну? – спросил Хэтерфилд.

– Вот… вот это да…

– Открой глаза.

Стефани послушалась его.

– Моя любимая крошка, – продолжал он, – это было самое удивительное, что я когда-либо делал в жизни.