Срывая маски (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 38

От юноши пахло тюльпанами и жженым сахаром. Как обычно, тени на лице Карла были наложены так, чтобы подчеркнуть остроту высоких скул, длинные серебренные каффы на ушах отражали огни из окон поместья. Младший Ланзо, как и отец, во всем старался уподобить себя прекрасным эльфам. Но даже с обилием пудры и подведенными глазами его внешность оставалась тенью той нечеловеческой красоты, которой обладал Маскарон.

Карл предложил гостье взять его под руку. После чего разразился тирадой восхищений. Она видела, как парень нервничает. Майю до сих пор забавляло, какое волнение она теперь внушала одним только своим присутствием. И она бы соврала себе, если бы не признала, как легко привыкнуть к подобному почтению и открытой лести.

Карл повел Майю по коридору, полного позолоты, мраморных ваз и горделиво взирающих портретов с высоких стен. Впереди послышались легкие звуки фортепиано. Они вышли в просторное помещение, где остро пахло специями и дорогими парфюмами. Воздух наполняла легкая дымка. Майя окинула взглядом людей в ярких нарядах. Разодетые гости спали на софах и расшитых коврах, плавно танцевали под медленную музыку или глупо смеялись в небольших компаниях.

На столах стояли хрустальные пиалы с горками золотистой пыльцы. Две девушки подошли к столу, взяли щепотку и посыпали в свои бокалы, после чего залпом выпили. Одна вскинула руку и из ее ладони посыпались мелкие самоцветы. Девушки рассмеялись и принялись кружить, теперь разбрасывая в стороны снежинки.

— Они творят иллюзию без магического круга, — удивилась Майя. — Это же…

— Лесные чары, — кивнул Карл.

Зал наполнил звонкий голос. Майя повернулась и заметила у белого фортепиано даму с веером из пышных алых перьев. Время от времени из ее рта выскальзывали голубые мотыльки и взлетали под потолок, где кружили вокруг хрустальных люстр.

— Это же Женевьева Ясноцвета, — узнала Майя знаменитую актрису, популярность которой пришла после смерти ее матери. — Но ведь она не чародейка.

— Все эти люди не чародеи, — заметил Карл, ведя Майю к центральным ступеням.

— Тогда как… — девушка запнулась, только теперь заметив, что губы у всех гостей блестят от золотого порошка. Он же был рассыпан на одежде сонных посетителей и по мраморному полу. И Майя все поняла: магию всем этим людям придает волшебная пыльца, что сейчас бурлила в их крови.

— Порошок фэйри при частом употреблении вызывает зависимость даже у магов, — нахмурилась она. — А у обычных людей и подавно.

— В этом городе и так все зависят от магии, — усмехнулся Карл, беря со встречного стола щепотку блестящей пыльцы и сдувая его с пальцев. Золотистое облачко расплылось над ним. Запахло сильнее жженым сахаром. — Даже у самых богатых есть мечты, которые они не могут воплотить в жизнь.

— Например, обладание магией, — мрачно догадалась Майя, теперь смотря, как один пожилой джентльмен смотрит на себя в зеркало и меняет свое лицо так же легко, как маски.

— Не всем так повезло, как нам, — улыбнулся Карл. — Мы способны творить чудеса, недоступные им. Но я могу подарить этим господам часы, когда они чувствуют себя богами.

— Вот только это всего лишь иллюзия.

— Что ж, от иллюзий люди зависят даже сильнее, чем от магии, — кивнул Карл.

Майя напряженно посмотрела на безмятежных гостей, продолжающих играть с чарами, выжигающими их изнутри.

Они поднялись на второй этаж, когда услышали крик. Майя глянула на озадаченного Карла, а затем сорвалась с места и побежала к двери Лауры. Распахнув ее, девушка замерла, удивленно смотря на катающуюся по полу подругу в свадебном платье. Лицо ее побелело, глаза широко распахнуты. Она отчаянно открывала рот, как выброшенная на берег рыба. Руками она царапала фату, что обвивал ее шею.

Майя тут же посмотрела через Занавес и увидела, как по полупрозрачной ткани расходятся черные нити темной магии. Карл выглянул из-за плеча девушки и закричал. И не успела Майя опомниться, как он унесся к лестнице с визгом о помощи. Только пятки сверкали.

Со стороны послышался хрип. Майя кинулась к Лауре. Вынула из ботфорта кинжал и попыталась перерезать полупрозрачную ткань, плотно обвившую шею девушки. Тем временем Лаура сопротивлялась все меньше, с ужасом смотря на Майю. Казалось бы, тонкая, как паутина, ткань даже не поцарапалась от лезвия. Проклятие в фате не поддавалось обычному оружию.

— Будет жечь, — выпалила Майя и стала шептать заклинание, покрывая клинок зеленым огнем.

Лаура закатила глаза, руки ее ослабли и упали на пол. Майя стала быстро резать фату пылающим кинжалом. На этот раз лезвие разрубило проклятые нити магии в тонкой ткани. Отшвырнув в угол горящую фату, Майя нагнулась к подруге.

— Лаура! Лаура! — напряженно звала ее Майя, трясся за плечи.

Лаура резко вдохнула и закашлялась. Она схватилась за Майю, словно сейчас тонула. Девушка помогла ей сесть.

— Что это… Что это вообще было?! — прохрипела Лаура, потрясенно смотря на догорающую недалеко фату.

Рукав на ее плече порвался и свисал, туш размазалась под глазами, слезы провели на щеках темные дорожки.

— Не знаю, но уже все хорошо, — старалась успокоить ее Майя.

Она кинула взгляд на пылающую ткань. Чтобы огонь не распространился, Майя повела рукой и потушила остатки зеленых язычков. Затем осторожно подползла к растерзанному головному убору и поддела его острием кинжала. Магическим зрением она увидела, как остатки черных нитей тянутся к заколке, украшенной розоватыми жемчужинами. Под ней виднелся небольшой магический круг с рунами, сочившимися скверной. Будучи не больше пуговицы, проклятие неприметно сидело под заколкой, как паук в засаде.

— Удушающая ловушка, — констатировала Майя, узнав темное заклинание, которое как-то раз показал ей отец во время боевых занятий. Обычно его использовали на шарфах или ожерельях. Такая одежда или украшение обвивалось вокруг шеи жертвы и сдавливало так же безжалостно, как удав. Девушка напряженно посмотрела на подругу. — Лаура… Тебя что, хотели убить?

Та потрясенно вылупилась на нее. А затем зло выкрикнула:

— Лия! Вот же кикимора паршивая!

— Кто такая Лия? — не поняла Майя.

— Ты видела ее. Помнишь, когда мы были у Нитепрядки. Вот мерзавка, решила от меня избавиться!

Майя вспомнила ведьму, которая ворвалась в мастерскую швеи и разразилась проклятиями в сторону Лауры. И тут же все поняла. Бывшая невеста Карла, у которой Лаура якобы отбила любимого, сдержала обещание отомстить.

Лаура подскочила и стремительно пересекла комнату. Майя кинулась за ней.

— Ты куда?!

— Как куда, проучить эту подлую гадину! — не оборачиваясь, прошипела девушка. — Мне не нужны проклятия, удушу своими же руками!

— Погоди, Лаура! — схватила Майя подругу за руку, когда они оказались на лестнице.

Но вдруг внутри отозвалось знакомым ударом, и Майя удивленно остановилась. Лаура без труда высвободила руку и понеслась вниз по ступеням.

— Я не собираюсь успокаиваться, пока та мерзавка дышит!

Майя растерянно посмотрела на свою ладонь. Ей почудилось или она и впрямь почувствовала…

— Милая, ты куда? — донеслось снизу.

Майя опомнилась и сбежала по лестнице. Карл с охранниками уже стояли в холле. Майя крикнула им идти в комнату и обыскать присланные сегодня вещи на наличие еще каких-то проклятий. Сама она понеслась за подругой. Лауру уже выбежала на улицу. Майя встала на крыльце и отработанным холодным голосом произнесла:

— Лаура Кламорис, остановись, иначе тебя остановлю я.

Лаура замедлила шаг на каменных ступенях террасы. Она повернулась и глянула на девушку снизу верх. Майя не без облегчения отметила, что минуту назад бледное лицо девушки сейчас играет ярким румянцем от гнева.

— Во-первых, ты в свадебном платье особо не повоюешь, — уже мягче заметила Майя, — а во-вторых, идти к ней вот так опасно. Вдруг она еще чего-то приготовила. Я прикажу, чтобы ее схватили и посадили в темницу. Без наказания она не останется.

— А потом ты дашь мне ее придушить?