Срывая маски (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 9

Она развернулась, чтобы уйти. Холод в голосе мага ее задел сильнее, чем она ожидала.

Маскарон поймал ее запястье. Шагнул, подступив совсем близко. Глаза блеснули пугающим зеленым пламенем. Майя подумала, что он опять пытается ее скрутить, но мужчина нежно коснулся ее щеки. От прохладных пальцев по коже поползли мурашки.

— Мне не нужна другая, — посмотрел он ей в глаза, — и ты это знаешь.

— Неужели? — От слов мага щеки Майи снова вспыхнули, но она надеялась, что полумрак это скроет. — Докажи.

Сказав это, она не совсем знала, как именно Маскарон должен это доказать. Однако маг не ждал уточнений.

— Как пожелаешь, моя Княгиня.

Он мягко прихватил ее подбородок. Майя от неожиданности замерла, мысли ее улетучились, стоило магу наклониться к ней. Она уловила его запах: весенний дождь и сладковатый дым с лесными травами. Огни и музыка стали угасать, как и суета вокруг. Словно зал резко сжался, и остались они двое.

Почти коснувшись ее губ, Маскарон остановился. Затем неохотно выровнялся, посмотрел за спину девушки. Майя выдохнула и осознала, что затаила дыхание.

— Что такое, Смех?

— Мастер. — Кукла бесшумно возникла позади Майи. — Господин Валериан ждет вас.

— Точно, совсем забыл, — разочарованно сказал мужчина. Он снова стал серьезным и посмотрел на Майю точно строгий учитель на провинившуюся ученицу. — Ты правда не поняла, что меня на самом деле беспокоит?

— Так скажи.

Вместо ответа Маскарон глянул на нее с непонятной тоской.

— Мне нужно идти.

Мужчина шагнул назад и растворился в воздухе. Майя озадаченно моргнула и повернулась к кукле.

— Что на него нашло?

— Мастер это Мастер, — весело отозвалась Смех.

Девушка напряженно выдохнула. Маг ушел, даже не удосужившись объяснить, что его так задело.

Поднимаясь по лестнице, Майя осознала, что совсем без ответов не осталась. Маскарон намеренно склонялся к ней медленно, давая возможность отвернуться. Но она не отвернулась.

***

Идя по коридору в свои покои, Майя обдумывала, чем именно так расстроила своего покровителя, если не угрозами Агидиусу?

Склонность мага не давать четких пояснений и заставлять ломать голову была одной из тех черт, из-за которых Майя порой хотела схватить его за ворот и трясти, пока не вытрясет все ответы. Будто бы ей и без того нерешенных задач мало!

Она и так не могла перестать думать, мог ли Эльдар ее предать? Что думает о ней отец? Почему Маскарон не говорит ей, где Армия? И когда вообще начнется эта треклятая война?

Как бы ни были горьки ответы, неясность порой вынести еще тяжелее. И со временем этот груз не уменьшается. Заставляет метаться от одной догадки к другой, как пойманный в клетку зверь. Майе казалось, что теперь ее жизнь большое представление, в котором ей досталась роль главной злодейки. И чтобы спектакль возымел успех, ее должны возненавидеть все.

Вспомнив, как задели ее резкие слова мага, Майя осознала, что полагается на него больше, чем на просто союзника. И ждет от него тоже больше… Она не хотела, чтобы ее ненавидели все.

Под ноги что-то выкатилось, заставив Майю остановиться. Девушка оглянулась, но маленькая тень уже скрылась за поворотом. У ее ног лежал орех в скорлупе, перевязанный серебристо-синей нитью. Майя с подозрением осмотрела его через Занавес, но признаков проклятья или другой пакости не нашла. Подняв орех, она сняла нитку, и скорлупа раскрылась. Внутри пустого плода оказалась записка. Развернув ее, девушка прочла красные кривоватые строки:

«Сладкая ночь все длиннее тянется,

Хоровод под мертвой лунной затянется.

Сверни же на тропу, где стерта граница снов,

Туманный Двор принять тебя готов».

От нити на руках остались следы пыльцы. Кто бы не подкинул скорлупу, он был фэйри, и послать его могла только одна известная Майе особа.

«Беатриче», — напряжено подумала она.

Королева Неблагого Двора приглашала ее на встречу. Майя глянула на кривой почерк, словно написанный чьим-то окровавленным когтем. Приглашение несло больше угрозу, нежели приветствие.

Беатриче для Майи оставалась самой загадочной личностью из Темного Совета. Она знала Маскарона дольше, чем все члены совета вместе взятые. Не говоря уже о том, кем ему являлась в прошлом, а может и сейчас…

В любом случае, отказаться от ее приглашения будет грубо, а феи одни из самых мстительных существ. Наживать себе новых врагов Майя пока не хотела. Да и что понадобилось королеве Неблагих от нее? До этого она охотней общалась с Маскароном на личных встречах.

Майя спрятала записку в карман, рефлекторно поправила кинжал на поясе, отметив, что железо обжигает фэйри, как огонь. И свернула в коридор, в котором исчезла тень. Он вел в северную часть подземелья, где обосновались представители Неблагих, от чего из туннелей часто доносились дикий смех и крики.

Глава 4. Беатриче

Майя вышла к арочному каменному мосту. Небольшой черный поток подземной реки словно служил границей, отделяющей общее подземелье от залов, где гостевали темные фэйри.

Ступив на мост, Майя ощутила в воздухе необычную магию. Нечто подобное она чувствовала на ночном пиру в лесу. Если человеческие чары похожи на глину, из которой удобно лепить любую форму, то магия лесного народа напоминала зыбучий песок: никогда не знаешь, насколько глубоко она утянет тебя.

Но в отличии от Сумрачного Двора, в котором уживались феи, духи и демоны самого разного вида и происхождения, Туманный Двор принадлежал только фэйри. Он остался последним Неблагим двором в Чарогорье и находился в самом безлюдном уголке края, где полно болот и мрачных долин.

Майя дошла до середины моста, когда дорогу впереди окутал туман. Продолжая путь, девушка заметила, что другой берег не приближается. Чары фэйри не пускали ее на землю волшебного народца.

Слух Майи уловил шепот почти у самого уха. Она развернулась, но за спиной никого не было. И тут же смешок донесся с другой стороны, заставив девушку быстро повернуть голову. Но и там пусто.

«Они играют со мной», — поняла Майя.

— Меня пригласила Леди Беатриче, ваша королева, — достала она записку. — Пропустите меня.

«Она ждет тебя… Ждет», — прошептали где-то в тумане.

«Иди сюда, к нам…» — подзывали голоса, похожие на всплески воды за перилами моста.

«Нет, иди к нам», — доносился ласковый зов позади.

Майя напряженно повела рукой, сплетая магический круг. Тревога подступала к ней все ближе, словно зверь во время охоты. Она улавливала через серую пелену силуэты, порой едва ли похожие на человека. Мурашки побежали по спине от мысли, что враги ее видят, а она беспомощна в тумане, как слепой котенок.

Майя вдохнула, приводя мысли в порядок. Темные фэйри любят жестокие игры и шалости, которые порой дорого стоят их жертвам. Однако Майя дала себе слово, что никому больше не позволит сделать из себя жертву.

Она сняла венец. Не меньше шалостей фейри любят дорогие подарки.

— Вы пустите меня, если я дам вам это, как плату? — спросила она, оставляя венец на мосту.

Сделав несколько шагов назад, Майя отвернулась. Она вслушивалась в журчание воды под ней. Секунды растягивались, натягивая и нервы девушки. Когда она решила, что затея провалилась, позади раздалось тихое оханье.

Майя развернулась и с интересом осмотрела свой улов. Держа руку на самом длинном зубце головного убора, бездвижно стоял человечек в шапке в виде мухомора. Его черные глаза бегали из стороны в сторону, а лицо вытянулось от испуга.

Майя присела около замершего человечка, подняла венец, вытерла об рукав и надела обратно на голову.

— Что ты сделала со мной, ведьма?! — злость в голосе карлика смешалась со страхом.

— Это сковывающая магия. Маскарон вплел ее в венец, — честно пояснила Майя. Только маг в маске, она и кукла могли брать в руки головной убор княгини.

— Сними его? — потребовал человечек.

— С чего бы? — склонила голову Майя.

— Потому что я могу исполнить твое желание. Но только небольшое, ведь я тоже небольшой. Большое желание я не смогу исполнить.