Дебют черных фигур (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 11

— Насчет вчерашнего… — сказал парень и, сделав небольшую заминку, выдохнул. — Прости, я слишком увлекся.

— Я не готова дать тебе ответ, — предупредила Майя.

— И не надо. Я все обдумал и понял… — он посмотрел на нее с выражением, словно боролся с чем-то внутри. — Ты права, мы не должны забывать о наших целях.

— Кажется, ты это уже говорил, — хмыкнула девушка, вспомнив, что нечто подобное услышала от Эльдара, когда у них не получалось плести заклинания после их поцелуя в кабинете ректора. — И что это должно значить сейчас?

— Что ты должна оставаться в Академии и обучаться чародейству. Ты ведь этого всегда хотела.

— А чего хочешь ты?

— Сбежать из Академии.

— А дальше?

Парень ответил не сразу.

— Продолжу то, что делал до заключения здесь, — наконец, произнес он.

Майя испытующе на него посмотрела: он опять уходил от прямого ответа. Но звонок ознаменовал начало нового урока. Девушка быстро доела кекс, и они с Эльдаром поспешили на верхний этаж.

***

На Травознании их группу повели не в сад, как это обычно бывало, а на улицу. Когда они проходили главный двор, адепты дружно охали и ахали, глядя на золотую карету с грифоном. Майя заметила, как идущий рядом Стефан помрачнел и отвернулся.

— Не любишь грифонов? — поинтересовалась Майя.

— Меня волнует не кто в упряжке, а кто у поводьев, — тихо отозвался парень.

Почему-то Майе показалось, что он говорил вовсе не о каретах и грифонах.

Их привели на поляну в роще позади замка. Профессор Хедера считалась в Академии специфическим учителем. Ее любовь к растениям была примером чистой и безвозмездной любви, воспеваемой в эльфийских песнях. Восхищение корневыми созданиями доходило до того, что она могла рассказать целую историю об одуванчике или лопухе. И поскольку тема занятия касалась волшебных чащ, проводить урок травница решила именно здесь. Профессор Хедера упомянула знаменитые волшебные леса, вроде Темнолесья или Рощи Оборотней, где на полную луну выло все, что двигалось. Бусины на ее мелких жжено-рыжих косичках позвякивали при ходьбе, как колокольчики.

— …Лес Тысячи Шепотов, — кивнула женщина в сторону, где среди деревьев просматривалась заросшая плющом стена, а за ней подножье лесистых гор, — тоже входит в число опасных мест на территории нашего и ближайших королевств. Главное правило прохождения таких чащоб — не сходить с тропы. Вроде просто, но у лесных жителей припасена сотня трюков, чтобы заманить вас в глушь. И тысяча — чтобы замучить там до смерти, — заметила травница как бы между прочим.

Чародейка сказала оставить сумки на поляне и идти за ней вглубь чащи. Майя повесила сумку на ветку молодого дубка. Весь урок они изучали кору елей, кленов и берез, густоту их крон и форму ветвей. За территорию Академии в сам лес их пообещали сводить в следующем году. В качестве практики профессор Хедера дала задание стоять у стволов, положив на них ладони, и стараться прочувствовать поток жизни, бурлящий в глубине. Майя не особо ощутила прилив сил от обнимания с деревьями, а вот от запаха весенней травы и свежей хвои чуть не заснула. Лишенная этого удовольствия ночью она весь урок ходила по роще, борясь с желанием вздремнуть на каком-нибудь пеньке. И лишь по возвращении резко проснулась, не найдя на ветке свою сумку. Девушка оглянулась, решив, что перепутала дерево. Но вокруг ребята забирали свои вещи и ни у кого ничего не пропало.

Услышав смешок, Майя посмотрела на Лауру, Шарлоту и Таю. Они улыбались ей с другой стороны поляны, откровенно наслаждаясь ее растерянным выражением.

— Где? — подошла к ним Майя.

— А мы почем знаем? — с неприкрытой издевкой спросила Лаура. — Лесные жители любят разыграть глупых девиц. Может, пикси утащили?

Тая и Шарлота захихикали.

— Скорее, три кикиморы, — мрачно отозвалась Майя.

Лаура тут же перестала улыбаться, прищурилась и шагнула к ней.

— Следи за языком, Семироз. Ты наживаешь себе неравного врага.

— Было бы на что равняться, — криво ухмыльнулась Майя.

Глаза Лауры гневно вспыхнули, а желваки дернились.

— Наглая низкородная, — прошипела она. — Ты сорняк и не более!

Лаура быстро пошла через поляну. Ее подружки, удивленные резкой сменой настроения красавицы с надменности на открытую злость, переглянулись и тут же поспешили за ней. Майя раздраженно посмотрела им вслед — поняла, что теперь требовать от Лауры ответа бесполезно. По-хорошему, стоило пойти к профессору Хедере и все ей рассказать, но Кламорис примет это за слабость. А показывать слабость наглой богачке — последнее, чего хотела Майя. Да и какие у нее доказательства? Один голос против трех, к тому же Лаура была непростой адепткой — ее родители спонсировали Академию, так что она вела себя, как хозяйка.

Сумка оказалась недалеко от поляны. Ее нашла Каролина, когда Майя осталась со Стефаном и Эльдаром искать пропажу. Впрочем, находка девушку не сильно обрадовала. Сумка лежала на муравейнике под кустом шиповника. Усатые солдатики ползали по ней вдоль и поперек. Эльдар с помощью палки забрал сумку, создал в руке небольшой ветровой шар, чтобы сбросить насекомых. Стефан стал помогать обтряхивать тетрадки и учебники. Оставшийся кекс Майя оставила его муравьям.

— Я поговорю с Кламорис, — сказал Эльдар, протягивая ей учебник по Травознанию. — Она больше не побеспокоит тебя.

Из его уст это звучало даже зловеще. Но приятно зловеще.

— Нет, я сама разберусь, — ухмыльнулась Майя. — Я не могу постоянно на тебя полагаться.

— Я не против, — заметил Эльдар.

— Я знаю, — Майя глянула на Стефана, стряхивавшего муравьев с ее тетрадки, и сказала тише: — Но ты скоро уйдешь из Академии, а она останется. Так что я сама должна урезонить ее.

Заявив это, Майя подумала, что пока не представляет, как это сделать. Она злилась на Лауру и хотела ее проучить, но не особо умела мстить. Да и последнее время почему-то казалось, что сама Лаура мстит ей за что-то.

— Сильно же она тебя не любит, — словно озвучил ее мысли Стефан, сдувая заклятием с конспекта по Рунологии муравьев.

— Я не золотая монета, чтобы всем нравится, — складывала очищенные вещи в сумку Майя. — Но не пойму, чего она ко мне так прицепилась. Мы почти ничего друг о друге не знаем.

— Богачи не терпят, когда у них что-то крадут простолюдины. — Поймав недоуменный взгляд Майи, Стефан объяснил: — Ты украла у нее славу в первый день обучения. Ее появление в Академии осталась малозаметным на фоне появления дочери ректора.

— И что же она хотела бы получить из той славы себе? Позор на первом же уроке магии? Публичный скандал с родителем? — фыркнула Майя.

Стефан промолчал и только протянул ей тетрадку. Майя глянула на Эльдара, тот ответил ей взглядом, который она не поняла.

Дружное молчание парней Майе не понравилось, но допрашиваться она не стала. Не ее дело, какие там тараканы в голове у избалованной аристократки. Да и дешевые пакости сокурсницы — меньшие из ее проблем.

Глава 5. Ключ

Майя стояла в дверях и не могла отвести круглые глаза от стола ректора. Отец растянулся по нему с перекошенным рыцарским шлемом на голове, упершись лицом в какие-то документы. Недалеко стояла пара пустых бутылок и две рюмки, где в одной на дне виднелся ярко-зеленый напиток, который Майя сначала приняла за зелье.

— Профессор Семироз и господин Морган просидели три часа в кабинете, вспоминали былые подвиги, — объясняла Рина, стоявшая рядом с девушкой в дверях кабинета.

— Подвигов, смотрю, было много, — глянула Майя на пустые бутылки.

Это оказался абсент знаменитой столичной марки — излюбленный напиток стирателей. Один из немногих, который способен и зеленного тролля сделать еще зеленее. Мужчина приподнял голову, шлем с грохотом свалился на пол и откатился в угол. Чародей с трудом сфокусировал заспанные глаза на дочери:

— Майя… Солнышко мое…

От приторно-нежного тона у Майи пошли мурашки по спине.