Дебют черных фигур (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 18

— …Их постигла смерть в страшной агонии, когда не только обугливается кожа, а и кипит в жилах магия, — тихо, словно боясь, что их подслушивают, прошептала Савва и спохватилась. — О, как сказанула! Надо записать, пока не забыла, — достала она левой рукой блокнот из кармана.

И тут же уставилась на перебинтованную правую руку и почти с ужасом в глазах осознала, что в ближайшее время ничего записать не сможет.

— Нам нужно отсюда уходить, — поднялась Майя. Ей больше не хотелось продолжать этот разговор. — У обоих будут проблемы, если кто-то нас заметит здесь.

— Но я ведь только пришла сюда! — возмутилась Савва.

Майя тихо выдохнула. Ее собеседница даже не стыдилась, что ее застали чуть ли не рывшейся в чужом белье. Завидная преданность делу.

— Тогда дерзай, в конце концов, у тебя в запасе еще целых пять пальцев на левой руке, — красноречиво глянула она на перемотанную ладонь собеседницы.

Савва недовольно надула губу. Но перспектива наткнуться на новую агрессивную вещь заставила дрогнуть даже ее бесстрашную журналистскую натуру. Неохотно, но она потопала к дверям.

До общежития Майя выслушивала от Саввы самые горячие новости в Академии. Так какой-то адепт из старших курсов факультета воинов все хвастался, как завел интрижку с госпожой Роксан. Савва сразу же проверила факты и выяснила, что это все клевета. А вот то, что, прознав о таком слухе, сама госпожа Роксан чуть не вздернула болтуна на флагшток, это была чистая правда.

— Он удирал от ее кнута, как напуганная свинка, — хохотала Савва. — Ух, она ему порку устроила! Неделю потом сидеть не мог…

Майя подумала, что тот сам виноват. С кем с кем, а с госпожой Роксан так шутить может разве что бессмертный. У ворот общежития Майя кинула Савве короткое прощание и поспешила по аллее к корпусу, где проживали первогодки.

— …Хороших снов, Майя Семироз, — крикнула ей вслед Савва. — Надеюсь, от моего рассказа у тебя не будет кошмаров.

«Снов вообще не будет», — подумала Майя, сжав в кармане накидки флакон с белладонной. Она нормально не спала уже больше недели. Пора бы это исправить.

Зайдя в комнату, Майя подошла к окну закрыть шторы. Луна уже поднялась высоко в небо и напоминала кровавый глаз, хищно наблюдавший за городом.

Сняв брюки и рубашку, Майя направилась в душ. Хотелось побыстрее смыть грязь и пот после тренировки.

Натянув на вымытое тело ночную рубашку до колен, девушка набрала в стакан воды и пошла к накидке, оставленной на спинке стула, где лежал флакон белладонны. Но взгляд приковала ленточка на запястье. Первый узелок торчал, словно вот-вот готов распутаться. Помедлив, Майя осторожно потянула его край, но он не поддался.

— Он развяжется, когда ночь закончится, маленькая ведьма.

Майя вздрогнула и выпустила стакан. Тот разлетелся у ее ног вдребезги.

Резко развернувшись, она застыла, как соляной столб. В кресле у распахнутого настежь окна сидел человек в черном камзоле. И его маску она узнала сразу…

Глава 7. Самый темный час перед рассветом

Некоторое время Майя стояла и даже не дышала. Она смотрела в две впадины, где виднелась лишь бездонная тьма. Но чувствовала, как за ней внимательно наблюдают.

Когда оцепенение прошло, Майя кинула взгляд на дверь, от которой ее разделяло полкомнаты.

— Ни шагу, — произнес маг в маске.

Майя поморщилась, когда сердце словно сжала ледяная ладонь. И девушка с ужасом поняла, что не может двинуться с места.

— Разве твой отец не учил, что от магического договора нелепо увиливать? — поинтересовался маг.

От знакомого голоса, подобного шуршанию мертвой листвы, внутри все заиндевело.

— Еще он учил не заводить магических договоров с сомнительными типами, — сдержано ответила Майя. — Не особо помогло, — добавила, подумав, что на эти грабли она наступила как минимум дважды. — Что вам от меня нужно? — спросила, не желая слышать ответ, но понимая, что томиться в ожидании еще хуже.

— Не больше, чем ты можешь мне дать, — ответил гость. — Но и не меньше…

Майя хмыкнула. Ну вот, как же она забыла, что из ответов этого человека можно составлять головоломки для газет. Маскарон поднялся с кресла, да так легко и тихо, словно скользящая по земле тень.

— …Не будем терять время. Ночь началась, маленькая ведьма. Накидывай плащ.

Майя удивленно повела бровью, а затем вспомнила, в каком неподобающем виде застал ее враг, и спешно отвернулась надеть накидку. Когда она застегнула фибулу и развернулась, едва не отпрыгнула — Маскарон стоял прямо перед ней. Ее ловко подхватили на руки.

— Что вы делаете?! — воскликнула Майя.

— Берегу твои ноги, — произнес маг, понеся ее через комнату. — У тебя сегодня будет важная работа.

Под его ботинками хрустнуло стекло, и Майя вспомнила о разбитом стакане. Она растерянно посмотрела на маску, но вместо глаз по-прежнему видела лишь тьму. Не знала, как реагировать на такую заботу, если это вообще была она, но тут же осознала, что ее несут к распахнутому окну. И то, что увидела за ним, на миг лишило дара речи: медная луна очерчивала контуры черной лодки с ростром в виде лебединой шеи и головы, глаза птицы горели мертвенно-зеленым огоньком. Маскарон легко вскочил на подоконник. Когда Майю окатил прохладный ночной ветер, она вспомнила, что ее выносят в свет почти что в нижнем белье.

— Погодите, мне нужно одеться!

— Это лишнее, — спокойно заметил мужчина, — платье тебе сегодня не пригодится.

Майя уставилась на мага. Маскарон шагнул в лодку и поставил ее.

— Вы… Вы говорили, что такая расплата вас не интересует, — не спешила садиться на скамью Майя. — Вы ж не инкуб и все такое…

— Верно, не инкуб, — посмотрел на нее маг. — Телом со мной не расплатиться, мои услуги стоят дороже, — подтвердил Маскарон то, что Майя и сама хорошо помнила. — Но разве я говорил, что это не может стать частью расплаты? — подчеркнул он последние слова. Майя несколько мгновений смотрела на маску, а затем невольно глянула за борт лодки. Если подумать — не такая уж и большая высота, всего лишь четвертый этаж… Услышав тихий смех, она напряженно развернулась к магу. — Как всегда, безрассудна, — произнес мужчина. — Давай я проясню тебе один момент, маленькая ведьма, — Маскарон шагнул к ней, и его маска оказалась к ней совсем близко. — В любую из трех ночей я могу заставить тебя сделать абсолютно все, что мне захочется, и ты не сможешь ослушаться, не сможешь даже возразить… — Майя напряженно сжала зубы, одна только эта мысль вызывала у нее отвращение. — Однако, — продолжал смотреть на нее мрак в маске, — на твою удачу, я никогда не беру женщин силой. Для меня это слишком просто и скучно. Я люблю играть с более высокими ставками…

Маг снял маску, и Майя увидела знакомое лицо. Такое же красивое, как она запомнила: с высокими скулами, заостренным подбородком и лучистыми глазами цвета молодой травы. Но теперь девушка видела не добродушного учителя истории, чьи лекции так увлекали ее на всех уроках. Перед ней стоял совершенно незнакомый мужчина. О нем она знала лишь из слухов, которые по большей части предупреждала ни при каких обстоятельствах не связываться с ним.

— …Я предпочитаю делать так, чтобы женщина сама пришла в мои объятья, — произнес он уже мягким, подобно шелку, голосом.

Сказав это, он щелкнул пальцами в белых перчатках. Голова черного лебедя развернулась, и Майя вздрогнула. Огоньки в глазах птицы зажглись еще ярче. Лодка плавно двинулась с места и начала набирать высоту.

— А правилами игры не поделитесь? — напряженно спросила девушка.

— Всему свое время, — заверил Маскарон. — И твое время придет в самый темный час, Майя. — Собственное имя с уст врага пустило по спине мурашки. — А теперь садись, — приказал маг и добавил чуть мягче: — и наслаждайся поездкой.

И Майя поняла, что не может противиться его словам. Словно кто-то дернул за ниточки, и ее ноги подогнулись. Она осела, схватившись за борт. Маскарон встал у носа лодки, положив руку на лебединую голову. Некоторое время Майя смотрела ему в спину.