Дебют черных фигур (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 33

— Я думаю, ворота Армии Тварей в Академии, — тихо сказала Майя.

— Что? — удивился отец.

Рядом вскинул брови декан лекарей.

— Эм… Я так думаю, потому что Маскарон, несмотря ни на что, завершил ритуал. Может, стоит хорошенько обыскать Академию на наличие чего-то странного?

— Мы так и сделали после ритуала, — ответил отец, — но ничего подозрительного не нашли.

— А вы поищите что-то, что появилось здесь с момента постройки замка.

— Постройки замка? — не понял профессор Семироз. — Причем здесь постройка замка?

— Просто подумала, что не помешало бы проверить, — пожала плечами Майя.

Мужчины переглянулись. И пока отец не задал вопрос, откуда Майя все это взяла, она поспешила на урок.

Быстро идя по коридору, она так напряженно думала, что не заметила, как впились ногти в кожу ладоней. Все привычное начинало переворачиваться вверх дном: она с темной короной на голове, а Эльдар, неделю назад сидевший с ошейником, теперь расхаживает здесь, как хозяин и даже свою вторую сущность не скрывает. Словно кто-то, стоящий над их миром, решил встряхнуть шар привычного бытия и посмотреть, что будет. А может, просто Майя все больше заглядывала за кулисы огромного спектакля, где ей невольно дали роль главного злодея. В любом случае она точно поняла одно: все, что раньше казалось невозможным, даже абсолютно нелепым, легко могло стать настоящим. И в свете последних потрясений Майя не решилась открыть отцу, что, возможно, главное дело всей его жизни воплотилось благодаря Маскарону. Он слишком много отдал этой Академии, наверняка считал это самым лучшим, что он делал когда-либо в жизни.

Есть правда, которую лучше не знать. Как есть и маски, которые лучше не срывать. Майя запомнила этот урок. И не смогла признаться отцу, что его единственная дочь теперь враг всего королевства. Ведь если на это Маскарон и рассчитывает…

«…его голова может оказаться под тем же мечом, что и твоя».

Верно. Сейчас она стоит на краю пропасти. Но если ей суждено туда сорваться, она с собой отца не утащит. Настал ее черед молчанием защищать дорогого человека.

***

С большим усилием высидев урок мадам Пуфы, Майя с первым же звонком пулей выскочила из класса и поспешила в сад. Миновав огромный цветок, она вышла на террасу, а когда заглянула в башню, увидела, как мебель там ходит ходуном: вещи летали, крутились, обтряхивались, а вокруг суетились тряпочки и щеточки.

«Домовики», — поняла Майя. Странно, что они так быстро затеяли уборку. Хотя, если в прошлом все они работали на семью Эльдара, то неудивительно, что сразу пришли на его призыв.

В спину подул ветер, Майя обернулась и увидела, как над террасой пролетел листочек плюща и завернул к верхнему окну башни. Тут же оттуда донесся высокий голосок. Девушка вошла в башню, прошла мимо летающих предметов и парящих светящихся глаз домовиков. Поднявшись по лестнице, осторожно заглянула в приоткрытую дверь и застала такую же генеральную уборку. Эльдар сидел на подоконнике распахнутого настежь окна, свесив одну ногу. Вокруг него кружил тот же листочек плюща.

— Я так рада! Так рада! Я боялась, вы не вернетесь, — щебетал листочек, и Майя признала в нем голос Люси. — Но я надеялась, что вы не бросите свой дом и нас.

Эльдар подставил руку, и листочек плавно опустился ему на ладонь.

— Ты сделала все, как я просил?

— Конечно, господин! Я распустила своих шептунов у всех окон Академии. Никто не проникнет сюда без вашего ведома, и вы будете знать все, что происходит в этих стенах. Вот, например, сейчас нас подслушивает адептка Майя Семироз.

Майя вздрогнула и замерла.

— Да, я заметил, — не поворачиваясь, сказал парень.

— Увести ее?

— Нет, я сам с ней разберусь. На сегодня ты свободна, Люся. Спасибо.

— Рада служить, господин! — бодро пискнула Люся, листочек слетел с ладони и сманеврировал во двор замка.

— Оставьте нас, — сказал Эльдар.

Тут же все книги, одежды и прочие вещи плавно осели. Послышалось множество тихих шажочков, разбежавшихся по углам. Повисла тишина. Лишь полупрозрачные шторы колыхались от проскальзывавшего в комнату горного ветра.

— Ну? — не оборачиваясь, спросил Эльдар. — Долго на пороге будешь стоять?

— Я пришла поговорить, — открыла дверь шире Майя.

— Ее Темнейшество просит аудиенции? — слегка повернул к ней голову парень. Глаза у него сейчас были человеческими, но колкий взгляд никуда не делся. — Даже не знаю… После вчерашнего коленоприкладства я бы не рисковал приближаться к вам.

— Обиделся, что ли? — хмыкнула Майя.

— Обижаются дураки, остальные делают выводы.

Девушка едва не закатила глаза и смелее вошла в комнату.

— Почему ты не сдал меня? — решила она не ходить вокруг да около.

— Вернул долг.

— Что? — не поняла девушка.

— Когда-то ты не сказала отцу, что я пробрался в его кабинет. Я, в отличие от некоторых, честно возвращаю долги.

Майя смутилась и не без усилия пропустила камень в свой огород.

— И это все? Я ведь теперь твой враг, а ты позволишь мне спокойно разгуливать по Академии?

— Что-то мне подсказывает, когда на твою голову даже родной отец охотится, спокойно не погуляешь. Кстати, ты ему так и не сказала. Маскарон запретил?

— Он не может мне что-либо запретить, — тут же с чувством собственного достоинства заявила Майя. — Ну, днем так точно, а вот ночью…

Горло сжало, и Майя выдавила пустой звук. Она закрыла рот, вспомнив, что ничего о договоре сказать не сможет. Когда подняла взгляд на Эльдара, тот испытующе смотрел на нее.

— Значит, ты связана договором, — понял он все и отвернулся. — Не очень-то это хорошо, Майя: бегать ночью к одному, а днем — к другому.

— Это не смешно, — задето буркнула Майя.

— Согласен, не так смешно, как новость, что дочь именитого охотника на темных магов должна вскоре их возглавить.

— Маскарон сглупил насчет меня.

— Сомневаюсь. Не тот он фрукт, чтобы так глупить. Но в чем я не сомневаюсь, что он не получает власть над человеком просто так. Ты что-то у него попросила. Неужели эту треклятую корону?

— Венец, — поправила Майя. — Красивый, кстати. С черным алмазом. Я даже не знала, что такие есть… — она запнулась, увидев взгляд парня, и тут же поспешно сказала: — В любом случае, я не просила, чтобы полгорода нацелилось снести мне голову. И ничего не подозревала, пока Маскарон не завершил коронацию.

— Как ты вообще умудрилась с ним связаться? — проступили гневные нотки в голосе Эльдара. Майя только повела краем губ. Увы, из-за того же договора сказать, что самым вредоносным магом Чарогорья оказался ее любимый учитель, она тоже не могла. — Ладно, Ваше Темнейшество, — понял Эльдар, что тут она тоже не будет многословна, и развернулся к ней, — что же заставило вас снизойти до такого простого парня, как я?

— Я хочу того же, что и ты. Поймать Маскарона.

— Помнится, неделю назад ты руку готова была отдать, чтобы я этого не делал.

— Рука — не голова, — заметила Майя.

Эльдар прищурился. Он ей не верил. Да что уж там, она ему тоже. Но сейчас их интересы совпадали. И, может, пора признать, Яхонт Красный способен противостоять Маскарону. По крайней мере, у него больше шансов, чем у нее.

— Все, что мне нужно: защитить отца и его Академию. Это место не только для тебя дом, но и для него. Об этом замке он заботился с самого его появления.

О том, что и для нее это место стало новым домом, она умолчала. После долгих семи лет, где она прозябала в чужом городе, в чужом доме среди чужих людей, что старались переделать ее под себя, именно приезд в Академию стал для нее началом жизни, наполненной смыслом. Ее собственным выбором. А теперь все грозило разрушиться и свести на нет все ее усилия. Кто-то снова решил забрать ее свободу, если не жизнь…

— Я сама с Маскароном не справлюсь, — нахмурилась Майя. — А отец… Не уверена, что и он сможет теперь, когда я на привязи у его врага.

— Раз так хочешь помочь, скажи, где Маскарон прячет Армию Тварей.