Дебют черных фигур (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 44

Время застыло. Смотря на кулак, Эльдар подумал, что, может, это и правильно. Если он не вернется, у мамы из-за него больше не будет проблем. Семья ведь давно хочет, чтобы он исчез… Но, несмотря на все это, он все равно не хотел исчезать! Не хотел оставлять маму.

Мальчик застыл с этой мыслью, не в силах даже зажмуриться в последние секунды.

Небо разрубила молния, залив все вокруг ослепительным светом. Эльдар закрыл глаза, а когда открыл, увидел в небе широкие черные крылья. Они заслонили его от огра. Отрубленный кулак плюхнулся на землю, как упавший большой плод. Огр взвыл, взбешенно замахнулся второй рукой на фигуру, спустившуюся с неба. Человек сделал выпад вперед, подрезал черным мечом колена громилы. Чудище повалилось на землю и завыло еще громче. Эльдару даже показалось, что в этом реве проступили невнятные слова.

— Ты сказал-гррр… Я его есть-гррр! — выл огр.

— Больше он не твоя добыча… — откликнулся в шуме дождя еле уловимый шелестящий голос.

Огр злобно зарычал, но тут же рев оборвался, когда в открытую пасть нелюдя вошел меч и проткнул его голову насквозь. Это все случилось за считанные секунды, но Эльдар все отчетливо видел. Он поднялся, потрясенно смотря на фигуру в темной мантии. Меч в руке незнакомца растворился. Человек повернулся к мальчику, его лицо скрывал глубокий капюшон.

Схватив какую-то палку, Эльдар выставил ее вперед. Он уже понял, что не выживет. Но что-то звериное и отчаянное не давало ему просто принять такой конец. Он трясся и едва стоял, и, не спуская глаз с незнакомца, попятился. Но нога соскользнула. Эльдар полетел назад — он совсем забыл про обрыв. Его поймала за запястье холодная рука. Мальчик так и повис над пропастью, пораженно смотря на бездвижные белые губы маски, что виднелись из-под темной ткани.

Человек поставил мальчика на землю. Эльдар отошел, напряженно следя за незнакомцем. Голова еще кружилась, а тело ныло от ссадин и ожога.

— Кто вы?

— Тебе мое имя не понравится, — ответил шелестящий голос. — Им детей в твоем доме наверняка пугают на ночь.

Эльдар прищурился и еще сильнее напрягся:

— Маскарон.

— К вашим услугам, — склонился в приветствии маг.

— Ты существуешь? — удивленно спросил мальчик.

— Не для всех, — выровнялся мужчина.

— Ты пришел убить меня?

Маг глянул на мертвую тушу огра.

— Думаешь? — повернул он голову обратно к мальчику. Эльдар тоже покосился на мертвого людоеда. — Он не местный, — сказал маг. — Местные не нападают на тех, кто не сходит с дороги.

Эльдар с трудом оторвал взгляд от бездвижного нелюдя.

— Спасибо вам, — вспомнил он, что мама учила всегда благодарить за помощь, но потом еще вспомнил, с кем именно говорит. — Так вы сами хотите меня съесть?

— У меня нет намерения делать твой день еще хуже, чем тебе его уже сделали, — произнес маг, прошел и сел на спину огра, как на обычное бревно. — Не могу не спросить, почему ты не догнал того долговязого петуха и не побил? Ты же можешь, даже если он будет на велосипеде.

— Вы следили за мной?

— Проходил мимо.

Мальчик настороженно смерил мужчину взглядом. Его сердце по-прежнему колотилось, но спокойствие мага постепенно его расслабляло. Этот человек за пару секунд завалил огромное чудище. Если бы маг хотел навредить ему, уже бы это сделал.

— Ивар — старший, его нужно слушаться, — повторил Эльдар то, что постоянно говорили взрослые.

— Возраст не показатель ума, — заметил мужчина. — Но ты и сам это уже понял. Другое дело, что, будучи сильнее своих обидчиков, ты все терпишь, чтобы у твоей мамы не было проблем. Это довольно по-взрослому — даже при сложностях думать не только о себе. — Эльдар прищурился, но промолчал. Его учили не говорить с незнакомцами, а он уже этот запрет нарушил. — Тебе в ту сторону, если что, — указал маг направление. — Не сворачивай и выйдешь к ограде замка. И вот еще, — вынул он из-под мантии пару ботинок. — Я очистил их от порошка, так что можешь забрать. Мама ведь расстроится, если ты скажешь ей, что потерял обновку.

Эльдар удивленно посмотрел на свою обувь, оставленную на берегу. После бегства от огра ботинки — последнее, что его волновало. Но мама действительно расстроится, ведь она их только ему купила…

Несколько секунд мальчик сомневался, затем осторожно подошел к магу, косясь на тело нелюдя, взял ботинки и провел пальцем по внутренней стороне подошвы — кожу больше не жгло.

— Как вы это сделали? — удивленно глянул он на мага.

— Магия, не более, — простодушно сказал Маскарон. — У тебя уже пробудилась магия?

— Да, мне уже семь.

— Хочешь, покажу заклинание, которое очищает одежду? В следующий раз не придется выкидывать испорченные глупым кузеном вещи.

Эльдар задумчиво посмотрел на мужчину. Дар у него проявился еще в шесть, а чары нелюдя и того раньше. Но пользоваться магией детям нельзя. Хотя у Яхонтов Красных есть привилегия на этот счет — колдовать они могут не с шестнадцати лет, как все, а уже с десяти. Но ведь до десяти Эльдару ждать еще три года.

— Мама это не одобрит, — помотал головой Эльдар. — Спасибо вам, но я не должен с вами больше говорить. Вы враг моей семьи.

— Может, и так, но это не я бросил тебя в лесу накануне грозы. И не я подсыпал рябину в твой ботинок. — Эльдар промолчал, сжав окровавленные губы. — В любом случае долг перед семьей надо уважать, — понимающе кивнул Маскарон. — Не смею навязывать свою скромную компанию. У меня нет семьи, так что в этом плане мне куда проще.

— Вам без семьи проще? — удивленно спросил мальчик, забыв о том, что собрался молчать.

— Смотря с какой стороны посмотреть. У меня была семья, но очень давно. Я уже много лет один.

— И как оно — без семьи?

— Со временем привыкаешь. Лучше скажи, как тебе с семьей? Она у тебя большая и дружная, если верить молве.

Эльдар не спешил говорить. Он посмотрел на ботинки в руках. Нога все еще ныла, и так будет как минимум до вечера, если Корнелий ему не поможет.

— Иногда мне хочется, чтобы некоторые из них исчезли.

Сказав это, Эльдар ужаснулся собственных слов. Это не то, что должен говорить достойный Яхонт Красный. Но он ничего не мог с собой поделать, когда его острый слух улавливал, как тихо всхлипывает в соседней комнате мама. После того она умывала лицо и входила к нему в детскую с благодушной улыбкой. И он улыбался ей в ответ, делая вид, что ничего не заметил. Возможно, у нее он этому и научился — улыбаться, чтобы скрыть свою боль, одиночество и угнетающее бессилие хоть что-то изменить.

Пока мальчик обо всем этом думал, дождь прекратился. Эльдар стоял промокший и босой, но едва ли это уже имело значение. Все его мысли заняла одна волнующая идея. Он вернул взгляд к магу:

— Научите меня чародейству, пожалуйста, — попросил он.

— С чего вдруг передумал?

Эльдар не знал, стоит ли говорить, насколько тяжело порой становится, когда в нем вскипает магия, как человеческая, так и иная, куда более дикая и древняя. Древнее даже, чем известного предка. Как старательно ему приходится ее подавлять, душить в себе, ведь нечеловеческие чары разозлят его семью еще больше. Но с тем Эльдар не раз думал, что чем раньше он станет сильнее, тем раньше сможет защитить маму. Когда он подрастет, уже никто не посмеет ее обидеть и заставить плакать. Ведь в их семье мастерство в магии признается беспрекословно. Если он прославится лучшим чародеем в городе, семья обязательно его примет! И тогда он станет достойным Яхонтом Красным, и мама будет счастлива. По-настоящему счастлива. Эльдар поднял вспыхнувшие глаза на мага, но вместо всего, что так взволновало его душу, сказал:

— Вы не такой, как о вас рассказывали. Мне говорили, вы страшный и жестокий. Ходят слухи, что вы самый опасный монстр Города Химер.

— Что ж, а я слышал слухи, что в стенах Рубинового Замка поселилось уродливое чудовище с длинными когтями, кожей, покрытой слизью, и огромными отвратительными глазами. Ничего из этого я сейчас не вижу. Необычные для человека глаза — это да. Но у людей есть более отвратительные вещи, и зачастую самые уродливые скрыты от взора. — Тут Эльдар осознал, что все это время смотрел на мага звериными глазами. Он старался прятать их рядом с родными, чтобы не пугать, но этот человек его ничуть не боялся. — Похоже, о нас обоих люди не очень лестно отзываются, — заметил маг.