Дебют черных фигур (СИ) - Лимонова Аврора - Страница 60

С другой стороны картины стоял высокий мужчина в черном устрашающем доспехе. [О1] Его лицо скрывал шлем, похожий на корону с острыми зазубринами. Под сапогами с шипами лежали окровавленные тела с перекошенными в предсмертном ужасе лицами, пока плоть их пожирали голодные твари.

Майя так и застыла, смотря на черную фигуру. Стратос — самый жестокий Темный Князь за историю Чарогорья. Его избрал Маскарон для разрушения и хаоса. И он сполна оправдал надежды своего покровителя, обратив горный край в сущий ад. А теперь Маскарон избрал ее…

— Ты этим не станешь, — Майя повернулась к Эльдару, внимательно наблюдавшему за ней. Он шагнул и оказался между девушкой и картиной, закрыв фигуру черного колдуна. — Я не допущу этого.

Девушка напряженно повела краем губ и снова глянула на картину за его спиной. В истории героям всегда тяжело бороться с Темным Князем. Еще сложнее, если Темный Князь близкий человек. Но как бороться, если Темный Князь — это ты?

— Верно. Если что, герой Яхонт Красный должен меня остановить, — нервно хихикнула она.

— Герой? — поморщился Эльдар, будто слово его укололо, и повернулся к магу с посохом. — Я не такой, как Заклинатель Рубинов. И вряд ли таким стану. Чтобы победить Маскарона, нужно быть не похожим на тех, с кем он сражался раньше. Он слишком много пережил героев, с них брать пример бесполезно.

— Тогда с кого надо брать пример, чтобы победить Маскарона?

— С него. — Майя изогнула бровь, ответ ее ошеломил. На губах Эльдара мелькнула кривая улыбка, и крылось в ней что-то такое, что пробудило в ней тревогу. — Я не отдам ему тебя, — посерьезнев, твердо произнес Эльдар и сжал ее руку.

От его взгляда, что больше напоминал «От меня ты не убежишь», Майя смутилась и снова глянула на картину.

— Остается верить, что добро всегда побеждает зло, — как можно бодрее заметила она.

— Разумеется, — кивнул Эльдар, — так что кто победил, тот и добрый.

Девушка снова удивленно посмотрела на парня, в чьем выражении ясно сквозил хищный азарт. Что сказать… таков был тот, кого она любила. Не белый волшебник из сказок…

Знакомая голова голема стояла на платформе, огражденная красной веревкой. Рядом табличка с картинкой каменного монстра в полной сборке, с ногами, кулачищами и мощным телом, скрепленным металлическими пластинами. Подпись «Могильный голем» не оставляла вопросов, за какие заслуги дали это прозвище.

Эльдар легко перепрыгнул через веревку и присел напротив головы, заглянув в пустые впадины на месте глаз.

— Думаешь, он нас помнит? — спросила Майя, перелезая через веревку следом.

— Сейчас проверим, — отозвался парень. — Я читал о них. Для пробуждения камня такого размера должно хватить и этого, — он стал выводить нитями маны на лбу каменной головы магический круг. Заклинание Майя узнала — его используют для магических вещей, чтобы заряжать магией. Эльдар накрыл круг ладонью и произнес: — Мувере экс.

Круг налился алым, по темным прожилкам засочилась магия. Камень дрогнул.

— Ма-с-ка! — прорезалось в реве, заполонившим весь зал. — Ма-а-ска-а!..

Майя отшатнулась и напряженно посмотрела на голову. Ее он точно помнил. Похоже, голем все еще считал, что гонится за ней по сокровищнице. Оставалось радоваться, что его огромные кулачища остались глубоко под землей.

Майя уловила изучающий взгляд Эльдара, и он обеспокоил ее сильнее. На этот раз он явно разобрал слова голема. Девушка хотела сказать, что именно это удивило ее в прошлый раз, но парень уже развернулся к голове и заговорил. Голем вдруг перестал реветь и затих. Речь Эльдара Майя не сразу поняла, лишь потом догадалась, что он говорит на старом языке Чарогорья. Она вслушалась, но из сказанного разобрала только имя парня. Видимо, он объяснял голове, что потомок Яхонта Красного.

Голем, как ни странно, продолжал молчать и слушать. Красные прожилки на камне светились, подобно выступающим артериям. Эльдар достал рубин из мешочка и показал голове.

— Царь… Самоцвет… Яхонт… Яхонт… — с трудом выговорил каменными губами голем, медленно открыл рот, казавшийся таким же бездонным, как пустые глаза.

Плавно из пасти пошел свет. Майя осторожно заглянула из-за плеча Эльдара. Красные стенки огромного рта голема, напоминавшего топку камина, раскалялись, и их контуры плыли от жара. На самой дальней стороне виднелся высеченный круг, где пустовало место для третьей руны. Парень потянулся к голове.

— Ты же не собираешься совать туда руку? — напряглась Майя, чувствуя даже с расстояние жар из пасти.

— Стенки его рта пропитаны теми же чарами, что были у стен Рубинового замка. Этот жар моей крови не страшен.

Эльдар всунул руку в раскаленный рот головы — ее контуры тоже словно поплыли — и спокойно вывел на горячем камне родовую руну, такую же, как на воротах в Подземелье в прошлый раз. Круг вспыхнул, и в его центре проступила горящая алым надпись.

— Это инструкция по использованию рубина? — понадеялась Майя.

— Если да, то от нее не легче, — несколько озадаченно посмотрел на послание Эльдар и перевел: — «Для сего недостаточно одного, слишком много троих, двое же — в самый раз». — Оба озадаченно переглянулись и синхронно не сдержали выдоха. Очередная загадка… — Уходим, а то на его рев могут сбежаться.

Парень стер магический круг с каменного лба. Медленно голова стала закрывать огромный рот, пока вовсе не застыла. Красные прожилки погасли. Уходя от головы, Майя еще раз оглянулась и посмотрела на две черные впадины, что словно смотрели ей вслед. Затем глянула на затылок шедшего впереди парня. Эльдар ведь слышал, как назвал ее голем, но ничего не спросил. И Майя не знала, хорошо это или не очень.

Покинув музей, они направились в башню. Уже на крыше с садом Эльдар сел на каменные перила и в очередной раз посмотрел на рубин. Майя осторожно взобралась рядом. В отличие от парня, она беззаботно на такой высоте сидеть не могла. Особенно, когда прохладный ветер порывисто щекотал спину.

— Каролина, что об этом думаешь? — обратился Эльдар к посапывавшей у его шеи ящерице. Та приоткрыла один глаз, икнула и закрыла его. — Содержательно, — заметил парень и глянул на рубин в руках. — Допустим, это подсказка к ритуалу, но какому?

— Недостаточно одного, слишком много троих, двое — в самый раз, — повторила Майя. — Значит нужно, чтобы чего-то или кого-то было двое.

— Возможно, это время для ритуала? — предположил Эльдар и поднял прищуренные глаза на небо. — Солнечное затмение, например? Для него нужно солнце и луна. Но если так, то это не играет нам на руку. Мы не знаем, когда Маскарон вернет Армию, это может случиться до ближайшего затмения. — Он снова посмотрел на камень. — Для чего еще нужно двое?

— Танец? Рукопожатие? Жертвоприношение… — скривилась Майя, вспомнив неприятную картину прошлого. — Три — много, один — мало. О, может, крылья? Ведь для полета много три и не хватит одного, — глянула она на плащ Эльдара. — Но как это использовать в ритуале… Столько вариантов. Что мы знаем о Яхонте Красном?

— Теперь знаем, что он любитель подсовывать другим мудреные задачки, — иронично заметил парень. — Хотя это ожидаемо. Яхонт Красный учился у Виувра. Неудивительно, что он перенял у нелюдей склонность не давать прямых ответов. Для лесного народа загадки — одно из неиссякаемых развлечений. Розыгрыши и тайны — вот услада, когда жизнь — вечность, и главный враг — скука.

— Тогда давай попробуем думать не как человек, а как нелюдь, — предложила Майя. — Какой бы ответ лесной народ счел забавным в таком случае?

Эльдар задумался.

— Лесной народ любит символизм. Обычно ответ на загадку может находиться прямо перед носом. — Он внимательно посмотрел на камень. Майя молчала, наблюдая, как парень сверлит взглядом рубин, будто пытается прочесть ответ на его играющих на солнце кровавых гранях.

— В прошлый раз тебе потребовалось стучать в ворота сокровищницы, — тоже склонилась поближе к камню Майя. — Может, тут нужен похожий жест вежливости или приветствия?