Ведьмино Наказание. Истинная Демона (СИ) - Сумрак Костилия - Страница 30

— Не это, — угадав его мысли, сказала и показала язык.

— Нет? Тогда может…

— Не продолжай! — вскрикнула, зная его богатую и извращённую фантазию. Ну нет, пусть живёт, только слушать это я не хочу! Я призвала метлу, прошептав себе под нос заклинание, и та, прилетев, ударила Демона по макушке. Я усмехнулась, и убежала к себе в комнату. «Мстя» отправлена по назначению, можно жить спокойно!

Вернее, можно бы было жить спокойно, если бы меня нагло не перехватили посреди моей, ну, вернее нашей с Эдером комнаты (он настоял после того, как вернулся из лекарского крыла), и прижали меня к стене. На мои губы тут же обрушился жадный поцелуй, а всю меня охватил морозный аромат, окутывающий прохладным облаком мои мысли. Эдера на миг оторвался от меня, и приложился своим лбом о мой.

— Моэлла… Если сейчас не оттолкнешь, мы закончим третий этап привязки, — прошептал он, покрывая поцелуями уже мои скулы и ресницы.

Третий этап привязки. Привязка тел. Проще говоря — ночь с Истинным. Ну, или не ночь, тут как получится — как повезет.

В ответ я лишь откинула голову, макушкой прижавшись к стене. Эдер понял верно, но поступил немного по-другому, нежели я ожидала…

Его руки опустились на бедра и сжали, прижимая ближе к себе. Я вскрикнула, обняв его за плечи и оставив поцелуй на его оголённой ключице (я и не заметила, как он избавился от рубашки), на что Демон довольно улыбнулся. Но в миг все прекратилось, да так резко, что у меня зазвенело в ушах.

— Скажи это, — с соблазнительной хрипотцой прошептал он мне на ухо. — Скажи, и я продолжу.

— Эдер… — еле выдохнула.

— Давай, — его пальцы требовательно впились в мою талию, вытаскивая из петель ленточку, удерживающую платье на моем теле.

— В-возьми меня… — тихо прошептала. Платье слетело, и Эдеру бережно уложил меня на кровать, нависнув сверху…

— Я люблю тебя, моя вредная Ведьма, — только и сказал он. Ему так легко было в этом признаться, будто ему нравилось это, и молчать он не желал.

Вообщем-то, я тоже…

— Я тоже тебя люблю, — ответила ему.

***

200 лет спустя.

Запах трав и ароматических масел вбивается в ноздри, заставляя Бога Тьмы поморщиться и ускорить шаг. В помещении везде висели пучки трав, крысиные хвостики, а в углу стоял стол. Напротив него шкаф с книгами про магические ритуалы.

Всё-таки странный народ, эти Ведьмы. И книги, и магия, да ещё нужно и в зельях разбираться, копаться в не самых приятных ингредиентах…

С тех пор, как Ариэл сорвался прошло целых двадцать лет, и все это время он искал свою дочь. Первые десять лет он просто бегал по миру смертных, в поисках своего чада, а потом его подруга (да, с тех пор она стала ему именно подругой), Моэлла нашла способ определить, была ли его дочь в том или ином месте. Она просила лишь привозить чуть-чуть земли из того города, потом проводила какой-то ритуал и узнавала.

А он сюда уже столько земли натаскал, можно уже целый сад сумеречных яблок посадить. В последний раз он был в городе, который люди называют Лондоном. До этого — в Париже. Париж провалился, там его дочери точно не было. Сейчас вся его надежда уходила на точке что она бывала в Лондоне. Его вера в счастливое будущее постепенно угасала, подобно тлеющей свече. Но Моэлла упрямо держала планку, и заставляла его не впасть в уныние. Что нередко доводило ее мужа до нервного срыва. Мол, с ним она проводит больше времени чем с ним.

Ведьма неизменно отвечала одно и тоже: «если он свихнется, то вообще больше не увидимся». И это работало, но Эдер все равно опасался оставлять Моэллу и Ариэла наедине, на что Бог лишь ухмылялся — ревность Эдера была беспочвенна, ведь сердце Темного Бога навсегда отдано одной лишь Авроре. Он однажды это поймет, но, наверное не сейчас.

Ариэл вошёл в комнату, чихнул от пыли и только сейчас заметил девочку, сидящую на большом стуле и аппетитно хрустящую яблоком. У девочки были ярко-фиолетовые, «ядерные» — как говорится в мире людей, волосы, и середняк глаза, доставшийся ей от отца, и веснушки, обрамляющие детское личико.

— Здравствуйт, Триша, — поздоровался он, но девчушка лишь фыркнула.

— Сколько раз я просила меня так не называть? — спросила она. На самом деле ее звали Триллианой но когда Ариэл услышал в мире людей это имя, оно намертво приелось к дочери ведьмы и демона, которую Ариэл любил как свою.

— Я не считал, — фыркнул на это раз он. — Где Моэлла и Эдер?

— Они в лаборатории, ритуал на земле, которую ты привез проводят, дядя, — мстительно подчеркнула она слово «дядя». Ариэл не любил, когда она его так называла, и просил звать его по имени. Он, конечно, стар, но зачем его в это тыкать?

Шантаэр, девчонка вся в мать. Такая же наглая, как Моэлла, и упертая тоже.

— Один-один, — пробормотал он, опустившись на стул. Триша выкинула яблок в коробку под столом, и поудобнее уселась на стуле.

— Ариэл, а сколько твоей дочери сейчас должно быть лет? — полюбопытствовала она.

— По меркам смертных — двадцать лет, — ответил он, потерев переносицу.

— Жаль, — ответила она. — С такой не поиграешь.

К слову, Трише было всего тринадцать.

Ариэл пропустил тот момент, когда в комнату вошли довольная Моэлла, и Эдер, с широкой лыбой на лице. Бог удивился, но промолчал.

Послышался фырк Моэллы.

— Вас объединяет лишь одно: неприязнь к Рианеллу, — пробормотала Ведьма.

Бог и Демон заговорчески переглянулись. Да, они не любили Ледяного Эльфа за то, что он «клеился» к их Истинным — что к Моэлле, в которую был влюблен, что к Авроре — но только чтобы победить Бога Тьмы.

— Любовь к женам — тоже, — поправил ее Эдер.

Элла покачала головой и улыбнулась.

— Так, ладно, давайте к делу. Ариэл, твоя дочь была в Лондоне.

Бог мигом встрепенулся, а по его телу пробежала ободряющая волна — шанс есть, это уже хорошо, а уж там он зубами землю грызть будет, но ее найдет.

— Не делай такое выражение лица, а то у нас зеркала полопаются, — хмыкнула Ведьма, увидев его выражение лица.

— Новые повесим, — парировал он в ответ. Потом спросил:

— А как она выглядит, или слепок ауры? Чтобы найти ее вслепую, понадобится около месяца.

Моэлла задумалась, а потом в ее глазах мелькнула искра.

— Моэлла, даже не думай. Ты и так много магии потратила, пока проводила ритуал над землёй, — предостерёг ее муж.

— Да ладно тебе, — хмыкнула она. — У нас под боком Бог Тьмы, ничего со мной не случится.

— Ты собираешься проводить обряд Провидения? — удивился Ариэл.

Ведьма кивнула. Эдер собрался ещё что-то сказать, но Моэлла предостерегла его «опасным» взглядом. Демон захлопнул рот, так не успев ничего сказать.

— Элла, это может подождать… — начал было уже Бог, но ее взгляд переметнулся на него. Ариэл тоже замолчал. Будь он хоть сто раз главным из Богов, но Моэлла страшна в гневе, и бесить ее он откровенно опасался. Целее будет.

Когда в комнате воцарилась тишина, Ведьма согнала со стула Тришу, и начала гонятся по комнате, собирая все нужные травы, нарисовала на полу пентаграмму и в ее середину поставила котелок. С помощью магии набрала в него воды, и села туда, по очереди закидывая в котелок травы, бормоча под нос заклинание. Вскоре неаппетитное марево с крысиными хвостиками, и ядерно-фиолетового цвета приняло лазурный оттенок, и Ведьма собрала его в колбочку, пока магия из зелья не выветрилась. Потом, не раздумывая, его проглотила.

Бога передёрнуло, но вида он не подал. Да, он искренне соболезнует Ведьмам…

С минуту она сидела шевелясь, а потом резко распахнула глаза. Эдер поднес ей чайник с водой, а потом ведьма начала что рисовать в воздухе с помощью магии. Вскоре рисунок принял очертания женской фигуры с короткими волосами. Это была его дочь. Он определил это по тому, что она была копией Авроры, только разрез глаз и принадлежал Ариэлу. На ней было надето обтягивающее платье, а в видении Моэллы она, видно, попала под дождь, поэтому оно не скрывало совсем ничего… Но она не была напуганная вовсе нет… Потом, когда Бог опустил взгляд вниз, он заметил в ее руке кинжал.