Невеста, вроде вас — большая редкость (СИ) - Малиновская Марина Юрьевна - Страница 16

— О нет, спасибо. У нас шесть рук и пять ног, я не считаю левую ногу Инеи. — Засмеялась в трубку Аврора. — Так что мы справимся. И к тому же нас будет всего пятнадцать человек… Спасибо.

— А как Инея? Как её нога? — Глеб не удержался от вопроса.

— С ногой у неё всё хорошо. Гипс уже сняли. Нога оказалась на месте и даже не покривилась. — Аврора смеялась в трубку. — Инея так переживала и эта хандра не прошла у неё до сих пор. Глеб представляете, она так изменилась, что мы с мамой её не узнаём. Нам надо вывести её из этого состояния и вернуть назад нашу дорогую Дульсинею. Для этого и вечеринку делаем. И мы надеемся на вас. Вы нам спасли Инею один раз, так помогите это сделать второй раз. Итак, мы ждём. До свидания. — Аврора быстро положила трубку.

Собираться на дачу Глебу расхотелось. Но долг звал. Его родители проводили там почти весь год, изредка навещая его в городе. И Глеб обязан был снабжать их необходимыми продуктами и вещами. Каждые выходные он их навещал и отдыхал на даче душой и телом.

Вскоре позвонил Веня и сообщил ему то, что он уже знал. Они договорились о встрече, и Глеб уехал на дачу. Но душевного покоя в этот день он там так и не приобрёл.

Непонятная нервозность портила ему весь выходной. Она делала его глухим к любым словам, неуклюжим в любом деле, молчаливым и угрюмым. Родители долго терпели его состояние, но, когда он все, же опрокинул себе на руку кипяток и получил ожог, они не выдержали и отправили его назад в город.

Глеб ехал в электричке и у него всё болело. Рука от ожога, душа от тоски, голова от всех мыслей. Он уже проклинал будущую вечеринку и не хотел на неё идти, но его тянул к себе магнит, имя которому Инея. Масла в огонь души Глеба подлил ещё и Веня, когда они встретились в назначенном месте в назначенное время.

— Глеб, а может нам купить цветы? Как ты думаешь? Ведь мы приглашены к дамам, а значит не плохо бы прийти с цветами. — Спросил он Глеба, когда они искали нужный адрес. — Я своей Авроре куплю розу, она очень любит белые розы. А ты? Ты купишь своей Дульсинее цветы?

— Кто тебе сказал, что Инея моя? — Возмутился он на вопрос Вени.

Веня замер на месте, потом рассмеялся и с улыбкой сказал.

— Брось! Ты меня разыгрываешь? Ты что хочешь сказать, что Инея не твоя подружка? — Веня даже забыл закрыть свой рот.

Глеб возмущённо фыркнул.

— Я тебе не верю. — Сказал Веня, приняв такой ответ Глеба за отказ. — По словам Авроры, она от тебя без ума. Да и ты тоже изменился с тех пор, как… — Он замолчал, натолкнувшись на мрачный взгляд Глеба, но потом, с лукавинкой в глазах, добавил. — Мне кажется, что ты не в ладах с собой из-за того, что влюбился в женщину, не соответствующую твоему идеалу. И злишься по этому поводу. Ты же всех перекусал взглядом на работе. Целый месяц мы все в недоумении, а он оказывается, влюбился?!

Глеб резко остановился и спокойно сказал. — Ещё одно слово на эту тему, и в гости ты пойдёшь один. Понял?

— Точно. Влюбился. — Не слушая его, сказал Веня. — Ну, слава Богу! А мы уж думали, что ты заболел какой-то смертельной командировочной лихорадкой.

В это время они подошли к цветочному киоску, и Веня стал внимательно изучать его ассортимент. Он выбрал самую большую белую розу и купил её.

— Этот сорт называется «Утренняя заря». — Сказал он, поворачиваясь к Глебу. — Мне так сказала продавщица. — Она похожа на мою Аврору. — Вениамин мечтательно улыбнулся.

— Она тебе ещё не то скажет, лишь бы продать свой товар. — Проворчал Глеб, осматривая цветы.

— Ну, брат, я думаю, что тебе действительно не стоит ходить на этот вечер. Ты же там всех пере заразишь своей хандрой, а ещё, не дай Бог, укусишь хозяйку. — Вениамин насмешливо нахмурил брови и продолжил. — Иди ты лучше домой, а я куплю Инее алую розу и буду ухлёстывать за двумя сестричками сразу. Я думаю, что справлюсь, потому что, такой соперник, как ты, мне не будет мешать.

Но Глеб слов Вени не слушал. Он был поглощён созерцанием одного цветка за витриной цветочного киоска. В самом углу витрины, одиноко, в стороне от всех пёстрых букетов, в вазе стоял цветок, состоящий из тонкого длинного стебля с мелкими острыми листочками, на конце которого красовались три огромных белых лилии. Нежные белые лепестки цветов окаймлялись розовой бахромой, а тёмные тычинки придавали цветку контрастность.

— Ей не подойдёт роза. — Произнёс он.

Веня удивлённо спросил. — Ты о ком говоришь? Кому не подойдёт роза, Авроре?

— Нет! Я говорю, что Инее не подойдёт роза. Ей подойдёт совсем другой цветок. И ты прав, мне его надо купить. — Сказал Глеб. Он подошёл к киоску и показал продавщице на цветок.

— О! у Вас замечательный вкус. — Восхитилась девушка за прилавком цветочного киоска. — Это последний цветок этого сорта. А сорт называется «Влюблённая Дульсинея». Правда, это очень дорогой цветок. — И она назвала его цену.

Сначала Глеб замер, потом кивнул и купил цветок.

Когда он повернулся с ним к Вениамину, то услышал его восторженные речи.

— Ну, я вижу, что мраморная статуя дала трещину. Я и не знал, что могу быть таким убедительным.

— Не приписывай себе достоинств, которыми не обладаешь. Именно потому, что ты не можешь быть убедительным, я и не могу пустить тебя одного на этот вечер. Ты же там уронишь лицо нашей фирмы. — С хитринкой в глазах, сказал Глеб. — И к тому же я хочу убедиться в правильности твоих слов… и слов Авроры тоже.

— Ты говоришь загадками, друг мой. А может, ты сомневаешься, что я не справлюсь с сестричками? Зря? Я мастер по этой части. — Веня говорил и видел, что его колкие слова перестали донимать Глеба.

— «Что с ним произошло? — Думал он. — Может он купил какой-то волшебный цветок? На голову ведь ему ничего не падало, чтобы вдруг его так изменить»!

А Глеб и сам не понимал своего чувства. Лишь только он увидел этот цветок, то понял, что видит перед собой Инею, и не купить его он уже не мог. А уж когда взял его в руки и вдохнул его аромат, то понял, что нет ничего желаннее для него на свете чем девушка-цветок по имени «Влюблённая Дульсинея». Ноги его сами ускорили свой шаг, а мысли унеслись к их первой и последней встречам.

В таком состоянии они нашли нужный адрес, вошли в нужный подъезд, поднялись на лифте на нужный этаж. И лишь, когда позвонили в дверной звонок, Веня вдруг сказал.

— Глеб, а ведь мы не купили цветы самой госпоже Белыш! Ты со своей любовью меня совсем запутал…

Но Глеб возмутился. — Я его запутал?! Если бы ты поменьше болтал о своих способностях, может быть тогда, подумал об этой необходимости. А вот, что теперь делать?

Глава 7

Дверь им открыла Аврора. На ней было светло лиловое платье, обтягивающее фигуру девушки, как вторая кожа. Платье отливало серебром и оттеняло каждый изгиб и выпуклость её фигуры. Её длинные льняные волосы были схваченные вокруг головы серебреным обручем, украшенным мелкими цветными камушками, прикреплёнными к обручу тонкими серебреными нитями на разной длине. Нежный изысканный макияж подчёркивал чистоту глаз Роры и белизну её кожи. Она была похожа на принцессу из страны грёз, залетевшую сюда на своих прозрачных серебристых крылышках.

Мужчины на мгновение застыли, залюбовавшись предоставленным зрелищем. Первым ожил Вениамин. Он подошёл к Авроре, одной рукой обнял её за талию и притянул к себе.

— Ты так прекрасна, как утренняя заря, любовь моя. И я готов повторять тебе все слова, которые говорил раньше, о своей пылающей и не тленной любви. Но боюсь, что моя речь продлиться несколько часов, хотя и блаженных. — Голосом влюблённого кота заговорил Веня. — Прими от меня этот цветок, усыпанный моими поцелуями. Прекрасной женщине дарю прекрасное создание.

Личико девушки покрылось нежным румянцем, она поцеловала «этого соблазнителя» в губы и взяла цветок.

— Тебе надо писать любовные сонеты, милый друг. — С улыбкой сказала она. — И через несколько лет, рядом с томиком сонетов Шекспира на моей книжной полке, будет стоять твой томик сонетов под псевдонимом Венспир. — И тут она обратилась к Глебу. — Вы согласны, Глеб?