Академия для старшей дочери графа (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 56

— Детки знают, что их ждет. Этого достаточно для того, чтобы они слушались тебя беспрекословно, Каэри, — его телепатическая мысль, появившаяся в моих мыслях стала причиной того, что я вздрогнула и обернулась на драконьего оборотня.

— Но перекричать толпу у меня не получится. Нужно что-то делать, чтобы они все меня услышали, одновременно, — пояснила я дракону.

Похоже, Сиерлен взял на себя часть организационных вопросов не просто так. Какая-то причина его внезапной «взрослости» от меня ускользала. Зато я узнала, как на акустику помещения и толпу «золотой молодежи» может подействовать драконий рев, в полную силу.

В помещении воцарилась тишина. Нарушенная лишь стуком об пол падающих тел наиболее впечатлительных учениц.

— Вот теперь ты можешь говорить и тебя никто не перебьет, Каэриэль Саэми Аризора Лейри, дочь того, кто поднял щит для Империи и Академии в прошлый раз, — спокойно припечатал Сиерлен.

Я не стала выяснять у Сиерлена, какого лешего он поставил в известность о своем драконьем происхождении всех присутствующих, даже тех кто сначала не обратил внимание на его явно драконью внешность и артефакты, которые он на себя напялил, посчитав их или подделкой под старину или «позаимствованными» у драконов.

— Спасибо, Сиерлен! — с чувством сказала я. Академия безмолвно внимала мне. Даже шепотом никто не разговаривал.

— Вы все знаете, что в Академию проникло смертельное для людей заболевание. К счастью, драконы умеют его лечить. Поэтому я попрошу, чтобы девушки и юноши, учащиеся на лекарском факультете, и факультете травников, а также алхимики выбрали добровольцев, которым я покажу, как лечить лихорадку. Их попрошу подойти ко мне и ректору. Остальные факультеты обязаны собраться на территории, помеченной гербом их факультета, и не нарушать границ. Лекарств достаточно для всех, и я и вызвавшиеся добровольцами раздадим первую партию уже сегодня, вместе с горячим питьем и закусками. Тот, кто уже может приготовить еду магически, присоединяется к добровольцам с лекарского, алхимического и травнического факультетов. Главы факультетов должны проверить, что все учащиеся их факультета присутствуют в зале, и доложить об этом ректору. На этом пока все!

Мне пришлось быстро, с помощью магии, «рисовать» на стенах гербы факультетов. Когда я разметила стены зала гербами, а пол — просто расчертила, как большие «классики» на шестнадцать клеток, в зале началось медленное движение в сторону «своих» факультетов тех учащихся, кто оказался не на «своей клеточке». Зачем «клеточек» было шестнадцать, когда факультетов в Академии всего двенадцать? Ну, одна клетка была нужна для административной работы, туда направились ректор, преподаватели и попечители. Одну я оставила для приготовления пищи. Еще одну дну — для складов с лекарствами и моих добровольцев. А одна была нужна мне для «тяжелых» и для моей операционной. Так как мало ли что может случиться, пока суть да дело.

— Где бы еще операционный стол раздобыть? Ваять его магически — пустая трата времени и сил, когда в Академии полно уже готовых столов. Может, попросить нескольких ребят покрепче принести стол из кабинета ректора? Или пусть лучше магически левитируют? Кого бы мне этим озадачить? — подумала я

— Даже думать забудь, — раздался в голове возмущенный рык дракона. Похоже, Сиерлен и со мною решил разговаривать, как дракон.

— Ты о чем? — кажется, пока я разбиралась с административными проблемами, мальчишка снова успел себе напридумывать проблем. Ну не о столе же он переживает!

— Как раз о столе. Даже думать забудь, что ты будешь оперировать меня на глазах у всех этих… детишек! — снова раздался телепатический возглас, но на этот раз он уже больше походил на отчаянное восклицание, такое Сиерлен использует, чтобы «давить на жалость», чью — не важно.

Правда, на его маму эти нотки не действовали, наверное она к ним уже привыкла, за столько то лет! А вот на меня, к сожалению, действовали, да еще как! Привязка Истинной не только гарантирует замечательный секс. Остальные эмоции тоже усиливаются,

и физическое состояние партнера чувствуется, как свое собственное. Причем, от меня сила этих эмоций не зависит. И экранировать их у меня не вышло. Так что паника, злость и отчаяние моего дракона окатили меня, как ледяным душем, и, похоже, отразились на моем лице — судя по понимающей и сочувствующей физиономии ректора, который, видимо, без всяких слов понял, что эти чувства — моего драконьего оборотня.

Глава 50

То, что Сиерлен прекрасно умеет выносить мозг, причем не только мне, я уже знала. Поэтому постаралась проследить логическую цепочку его мыслей. Цепочка прослеживалась, конечно, но с трудом. Разубеждать дракона в том, что я собираюсь его оперировать при всех нужно было немедленно, до того, как он чего-нибудь учудит.

— А с чего ты решил, что стол мне нужен для тебя? Когда ты появился в моей жизни, у меня в распоряжении было несколько комнат. И в одной из них был операционный стол. Как раз для того, чтобы если кто-то будет нуждаться в медицинской помощи, мне не пришлось бы оборудовать операционную, рискуя жизнью возможных пациентов. Тебе, кстати говоря, эта моя предусмотрительность, возможно, спасла жизнь.

Напоминание о нашей встрече моего библиотечного вандала не успокоило. Сиерлен хмуро посмотрел на меня и пробормотал что-то на драконьем.

Я уже привыкла к тому, что когда Сиерлен сердится, он автоматически переходит на общение на драконьем и не обижалась на это. Но в этот раз в качестве свидетеля был один неучтенный фактор.

«Фактор» навострил уши, приподнялся на локте, с триумфом посмотрел на меня и с усмешкой глядя на Сиерлена, заметил: «Этот дракон оскорбил Вас, адепт первого курса Каэри!»

А я и не заметила, что Маэльтар постарался пробраться поближе к «администрации». Неужели мне не повезло и этот олух — с лекарского факультета?

— Я не оскорблял Каэри! — возмущенно возразил Сиерлен, — Я просто сказал…

— Что ее квалификации недостаточно для лечения драконов, — с готовностью перевел Маэльтар, — Настоящий Истинный не стал бы подвергать сомнению компетенцию своей Истинной. Тем более вслух и на глазах у всех.

Маэльтар владел драконьим языком. Кажется, в совершенстве, судя по реакции Сиерлена…

Вот теперь драконий оборотень покраснел и решил нанести «непоправимый магический урон» сопернику. Соперник, впрочем, тоже подготовился к нападению. Да уж… Похоже, если дело и дальше так пойдет, то операционный стол понадобится очень скоро.

Вот только магической дуэли из-за меня мне и не хватало для полного счастья! Умиления от того, что за мою честь будут драться два… адепта Академии, я не испытывала.

Ректор стоял слишком далеко от нас и вмешаться не успеет, и я, и «дуэлянты» это сразу поняли. Время, кажется замерло на мгновение.

— Маэльтар, если Вы нападете на Сиерлена, то от меня за время обучения Вы не услышите ни слова! — быстро остудила я пыл адепта Академии.

И сразу переключилась на дракона, пока он от Маэльтара горстку пепла не оставил.

— Сиерлен, прекрати немедленно, я не считаю, что ты меня оскорбил! — постаралась я объясниться со своим драконом.

Маэльтар пробормотал что-то о лживости и коварстве драконов и том факте, что истинные черных драконов — всегда черные драконы, и «ящерица просто морочит Вам голову, Каэри, и Вашим Истинным не является».

Я посмотрела в глаза Сиерлену, надеясь, что он это бормотание не расслышал. Ага, как же! На мальчишке лица не было, настолько он был в ужасе от произошедшего. Такого отчаяния и боли в глазах моего дракона я не видела с того момента, как нашла его в застенках.

Эти двое сговорились? И как мне с этим явлением бороться? Дракон из-за нашей связи уязвим… но это не значит, что он не может однажды устроить «сопернику» пламенную встречу. Ведь библиотеку он однажды попытался сжечь? А кроме того, Сиерлен сильный маг. И не гарантия, что я успею вмешаться в драку двух влюбленных в меня подростков, если им приспичит выяснять отношения. Или хотя бы прооперировать то, что останется от «соперника» Сиерлена. Хотя судя по реакции драконьего оборотня, он решил, что «беззащитный и несчастный» дракон — лучшая защита от нахала, чем позавтракавший «соперником» дракон.