Академия для старшей дочери графа (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 7

В любом случае, мальчишка плавным движением откинул одеяло в сторону и стал себя внимательно рассматривать. Заметил и катетер для капельницы и фиксацию переломов и… все остальное. Кое-какие функции организма уже восстановились, что не могло меня не порадовать — значит, восстановление идет полным ходом. А вот драконий оборотень смутился. Увидел, что лежит без одежды. Покраснел до корней волос. Метнул смущенный взгляд на меня, заметил, что я отметила реакцию его организма. Быстро набросил на себя одеяло. Откинулся на подушки и закрыл глаза.

А чего смущаться? Нормальная реакция организма… ну, да, в его возрасте, наверное такие вещи вызывают смущение.

— Сбегать не собираюсь, — сообщило это драконье чудо через несколько минут, — Даю слово. Принц клана… нe нapyшит дaннoe слово.

— Так ты принц? — улыбнувшись спросила я.

— Толку от этого титула… Если принцев в клане несколько десятков, — хмыкнул драконий оборотень. Он ткнул в правое плечо, на котором обнаружилась маленькая татуировка черного парящего дракона, а над ним — корона.

Оборотень словно решил доказать мне, что он для меня ровня. Если не выше по социальной лестнице.

А мне, если честно, до его происхождения, дела не было. Был он принцем на самом деле или просто нанес себе татуировку на плечо в ближайшей таверне, мне было безразлично. Но вот некоторый интерес к тому, как принц (если парень действительно принц) оказался в застенках моего отца, мальчишка во мне пробудил.

Глава 5

Драконий оборотень снова перевел взгляд на кувшин с водой. А я почувствовала такую дикую жажду, что вначале даже не сообразила, что это не мое чувство. Это значило лишь одно — мальчик стал неосознанно (а может и осознанно) «проектировать» свои чувства на меня. Конечно, я могу поставить капельницу, но психосоматику это не снимет.

Ведь и дождь за окном, наверное, напоминал парню о том, что пить пока нельзя! Дракон тихо вздохнул… а затем меня отвлек резкий звук разбивающегося за спиной стекла. Пока я поворачивалась на звук, пока пыталась сообразить, почему разбилось зеркало, пока поминала старую страшилку из моего мира — разбилось зеркало, жди семь лет несчастья, а это … Академия. В ней как раз семь лет и учатся… Пока поворачивалась обратно…

Кувшин с водой успел обрести способность перемещаться по воздуху. То есть он не сам, конечно! Воду я перехватила уже на подлете к драконьему оборотню.

Не будь я универсалом, тактика отвлечения внимания могла бы сработать. С водой работать могут лишь маги воды, а у них с рождения абсолютно синие глаза. Только дракон забыл, что маг — универсал с водой справится не хуже мага воды.

Дракон несколько недовольно проводил кувшин взглядом. А на мои междометия, сопровождающиеся перехватом летящей прямо на меня и него воды не обратил внимания. Облизал губы, на которые попало несколько капель… Ну, наверное, он в своем клане тоже часто слышал что-то похожее тем выражениям, что я озвучила. Послушного ребенка он мне почему-то не напоминал. Осуждающе поднял брови, еще бы, леди, графская дочка, а ругается, как… нехорошо, одним словом.

Так что вода отправилась обратно в кувшин, а оборотень тихо что-то прошипел. Должно быть, тоже ругательства. А может, обещание в следующий раз проделать все более незаметно для меня.

— Хорошая тактика, паршивая стратегия, — пояснила я, поставив кувшин с водой на самый дальний от кровати подоконник, — Ты неплохо развлекаешься. Разбитое зеркало должно было отвлечь меня от твоих маневров с кувшином. Только вот ты не учел, что то, что я не даю тебе пить — не мой каприз, а необходимость. И в случае если твоя тактика сработала бы, ты бы получил осложнения.

Ответом мне был хмурый взгляд дракона.

— Я поставлю капельницу, так что воду ты все же получишь. А вот пить пока нельзя, — пояснила я.

Глас вопиющего в пустыне… Драконий оборотень не слушал, то что я ему говорю, а вместо этого снова рассматривал кувшин с водой.

Капельница его на некоторое время поддержит, но, к сожалению, не отвлечет от кувшина. Похоже, дракон воспринимал противостояние со мною, как забавную игру, совершенно не желая понимать, чем все это для него может закончиться.

Отвлечь его нужно, вот что…

Впрочем, установка капельницы на некоторое время действительно отвлекла дракона.

Или, скорее, достаточно напугала, чтобы драконий оборотень притих и постарался отстраниться от непонятного сооружения, отдаленно напоминающего приспособления для пыток. Отстранился, насколько позволяла кровать, стоящая у стены и замер.

Вырываться он не стал, помня о том, что я вполне могу и высшим парализующим его связать, но на меня смотрел, широко раскрыв глаза. Явно воспринимая капельницу, как наказание за разбитое зеркало… судя по испуганному и виноватому взгляду.

Испугался? Не то слово. Некоторое время он молча рассматривал аппарат для капельницы (а ведь аппарат и лампочками мигал, и писк издавал)… затем что-то прошептал. То ли снова ругательства, то ли молитвы.

Конечно, я его понимала — для никогда не видевшего электричества парня, выросшего в средневековье, эта машинка должна была показаться страшнее пыточных инструментов в подвале моего отца.

— Если ты хочешь знать мое истинное имя, то меня зовут Сиерлен. И я не полукровка. И не квартерон. Любой черный дракон может принять человеческий облик. Я и принял, когда решил побродить среди людей. Только вот обратно превратиться… не получается, — чуть слышно признался мальчишка.

Решил, что если назовет свое истинное имя, то я сжалюсь над ним, и капельницу подключать не буду?

Средневековье… Столь явная паника мальчишки в ответ на простейшую процедуру, в которой я использовала незнакомую ему установку, поставила меня в тупик.

Почему? Потому, что мальчик не производил впечатление необразованного. Наоборот, выучка чувствовалась во всем, и в умении использовать магию, и в том, как держался юный дракон… пока не почувствовал страх. Так могли бояться (и боялись) необразованные деревенщины, а не драконий принц, который явно был учеником, занимавшимся с личными преподавателями!

Столкнувшись с незнакомой ему магией, юный шалопай должен был испытывать любопытство, и желание «разобрать вещь на запчасти», чтобы посмотреть, как она устроена… то есть сломать, так как разобраться, как работают технологии, опережающие «свое» время на десять-пятнадцать веков, может лишь технический гений.

Только в этом мире с техническими гениями напряг. Так как основная специализация тут — магия. А вот впадать в панику дракон был не должен. Нетипичное для юного дракона поведение меня расстроило. Почему нетипичное? А что этот шалопай забыл в мире людей? Его появление здесь кроме как простым любопытством не объяснишь.

Это значило лишь одно — мой отец (точнее отец настоящей Каэри) сумел таки не только нанести столько физических ран драконьему оборотню, но и «зацепить» парню психику.

Словно в ответ на мои мысли мальчишка нахмурился и пробормотал: «Драконам неведомо чувство страха. Если дракон хоть раз испугается, его выкинут из клана не задумываясь».

— Да, солнышко? А что ты тогда испытываешь сейчас, в панике вжавшись в стенку? «Усталость»? «Азарт охотника»? — насмешливо подумала я.

И все же дракон умел читать мысли. Так как моя мысленная насмешка произвела на него впечатление.

Мальчишка наконец «отлип» от стенки, к которой прижался спиной и сам протянул мне руку, в которой был катетер. Может быть, сработало то, что он прочел в моем сознании, что сама процедура безболезненна — это установка катетера может причинить некоторую боль, но катетер то уже был установлен! Может быть, подействовали мои мысленные насмешки и подозрения в трусости, только дракон, хоть и без особого энтузиазма, но подчинился.

Когда капельница была установлена, дракон приподнялся на локте и постарался сесть в кровати. И совершенно по детски застонал, втянул воздух сквозь зубы…

— Больно? А помнишь, мальчик, я тебе говорила, что двигаться нужно поначалу осторожно? Это еще не самое плохое, что могло случиться. Вот напейся ты ледяной воды из кувшина, еще не так было бы больно! — в раздражении подумала я. Ну, сколько можно нарываться на проблемы? Неужели никогда не надоест?